ЭпидОтряд (СИ)

Каждое слово буквально пробивалось сквозь глотку, цепляясь острыми краями, царапая саму душу.
- Я обязан ей. И я хочу помочь.
- У тебя была возможность просто не допустить такого исхода. Но в то время ты ей не воспользовался, – бесстрастно напомнил капитан. Он сохранял недвижимость, только яркие глаза жили на каменном лице, да едва заметно вздымалась накидка на груди.
- Да, это правда.
Волна жгучего стыда опять нахлынула, обжигая душу Криптмана.
- У меня была возможность, но я ей не воспользовался. Я струсил.
Главное было сказано, Фидус выдохнул, чувствуя, как на душе стало чуть полегче, самую малость.
- Я хочу вытащить ее из Службы Очищения, – сказал он решительно, будто обрезая страховочные нити. – Я хочу спасти ее от смерти.
- В Адепто Пурификатум люди выживают.
- Три процента. Это общеизвестно. Один и девять десятых процента. Это на самом деле.
- Но чем я могу тебе помочь? – удивился капитан. – Ты все еще инквизитор, это ваши дела. Я бесконечно далек от Очистки. Хотя, если принять, что любое деяние во славу и благо Империума объединяет, то все мы, конечно, братья во служении.
- Я пытался, однако не преуспел. Моя группа распущена, адепты переведены под начало других инквизиторов. Совет настоятельно рекомендовал мне воздержаться на неопределенный срок от любых следственных действий. Я почти под домашним арестом. Обращался к нашим архивариусам и юристам, они не нашли способа официально и законно решить вопрос. Пока не истечет срок послушания, вытащить человека из Адепто Пурификатум невозможно.
- Ты забыл казус Замечательного Деяния, – напомнил капитан.
- Нет, не забыл. Она слабая девочка, она не переживет даже послушания. Что уж там говорить про Деяние…
- Сил слабой девочки хватило на то, чтобы таскать некоего инквизитора по воздуховодам, – усмехнулся космодесантник. – Не делай удивленное лицо, Фидус, там погибли двое наших. Разумеется, Орден дотошно изучил и перепроверил все материалы следствия. А заодно Ольга, даже не зная готика, ухитрилась пройти немалую часть баллистической станции, убегая от мутантов, сервиторов и еретиков.
- Му…
- Мутантов, – с вежливой непреклонностью повторил капитан. – Да, мы приняли к сведению твою версию и проверили ее тоже. Нет, ты ошибся, Орден, инквизиторы и «шестеренки» перебрали станцию по винтику и не нашли никаких следов описанных ксеносов. Мутанты – да, как на любом объекте, который достаточно обжит и велик. Однако не более того. Прими это к сведению и больше не предавайся фантазиями. Во всяком случае, здесь.
Яркий свет скользнул в молельный зал первыми лучами, как фехтовальщик, что проверяет защиту врага пробным выпадом. Фильтров на окнах не было, Криптман машинально прищурился, думая, как десантник переносит ярчайший свет.
- Впрочем, я согласен, послушание она не переживет. И ты решил, что я могу заменить собой армию ваших архивариусов?
- Ты не просто избранный воин Императора. Ты че… – Фидус запнулся, искорки сдержанного веселья на мгновение полыхнули в глазах титана. – Астартес, который посвятил жизнь знаниям, дипломатии, языкам. Искусству переговоров, достижения целей без войны. Ты говорил и добивался успехов с людьми, еретиками, ксеносами и Бог знает кем еще. Ты общался на равных с Экклезиархией, арбитрами, моими коллегами, всеми администрациями. И я подумал…
Фидус перевел дух, вдохнул поглубже.
- Может быть, ты сможешь посоветовать то, чего действительно не знает больше никто. Найти лазейку в законах и прецедентах, которой никто не пользовался.
Гигант поднялся с неожиданной легкостью. Плащ на нем взметнулся подобно крыльям, сам собой утянулся в талии, образовал широкие рукава. Очевидно, материал был необычный, с памятью формы. Капитан подошел к окну мимо Фидуса, посмотрел на звезду, даже не прищурившись, хотя инквизитору уже приходилось закрывать глаза ладонью. Криптман видел только темный силуэт на ослепительно ярком фоне
- Жаль, но здесь я ничем тебе не могу помочь.
- Или не хотите?
- Не хочу, – капитан, словно и не заметил вырвавшуюся у инквизитора дерзость. – Твоя слабость – твое бремя. Однако если бы я и захотел...
 
Щелкнули жалюзи, опускаясь, шаг за шагом, перекрывая сложной системой планок яркий свет. Теперь залу освещал только мягкий свет лампадок.
– Некоторые законы и правила можно обойти, другие произвольно истолковать. Иногда – столкнуть нормы, пользуясь разночтениями. Но в данном случае все эти пути закрыты. Когда человек становится послушником в Адепто Пурификатум, он может покинуть Очистку тремя способами.
Космодесантник поднял кулак и перечислил, отгибая пальцы:
- Очищенным после четырех лет послушания. Прощенным, совершив Деяние. Или мертвым. Других не существует.
Фидус посмотрел на широкую ладонь с тремя пальцами, каждый из которых размером походил больше на маленький снаряд. Инквизитор понял, что гвозди, которыми крепились к стенам записи капитана, приколачивались отнюдь не молотком.
- Этого не может быть, – Фидус моргнул, с трудом удерживаясь от горестного вздоха. Он до конца надеялся, что старый мудрец, равно искусный в делах войны и мира, сможет помочь. Капитан улыбнулся, очень скупо, так, что инквизитор даже усомнился, не привиделось ли в тенях?
- Я видел многое… – медленно, размеренно вымолвил космодесантник. Он стоял рядом с Криптманом, и человек физически чувствовал невероятную энергию, мирно спящую в модифицированном теле космодесантника.
- Я видел горящие планеты, чья смерть сияла во тьме космоса погребальными кострами. Темный свет варпа, освещающий галактику из ничто и нигде. Штурмы орбитальных крепостей и гибель неисчислимых армий, когда миллиарды трагедий объединялись в единый поток страдания, сводящий с ума астропатов. Проявления сущностей столь поразительных, что разум не может даже воспринять их, и тем более понять. Все эти мгновения жизни растворились в реке времени, исчезли.
Гигант коснулся указательным пальцем виска под белой прядью волос
- И все же они остались в моей памяти. Память и знание сделали меня, как ты выразился… – астертес хмыкнул – Дипломатом. Порой надо прожить много жизней и увидеть миллионы смертей, чтобы осознать простую вещь. У любой задачи есть решение. Но иногда это решение требует посмотреть на проблему под совершенно особым углом.
- Не понимаю.
- Я не смогу помочь тебе вытащить девушку из Очистки незапрещенными способами, это невозможно. Однако если разложить твою задачу на составные элементы и взглянуть на них более внимательно, более, скажем так, широко, то... кто знает? Есть над чем поразмыслить.
- Значит, мой барабан все-таки прозвучал достаточно громко? – усмехнулся Криптман, невесело, с опущенными уголками рта. Надежда боролась в душе инквизитора с опасением.
- Меня сложно удивить. Я думал, что ты будешь просить за себя, поэтому согласился на встречу, и магистр дозволил тебе взойти на борт «Гнева». Было интересно, насколько сын своего отца готов унизиться и умалить достойное имя Криптманов. Но я ошибся, и это интересно. Почти необычно. По моим личным впечатлениям, когда человек ступает на дорогу трусости, он идет по ней до конца. Возможно ты исключение. Возможно…
- Значит, решение есть? – повторил вопрос Криптман, затаив дыхание.
- Да. Но тебе оно не понравится. И скорее всего ты умрешь, исполняя его.
Фидус облизнул губы, нервным движением пригладил бакенбарды, провел пальцами по ввалившимся щекам, опустил руки, сжав пальцы в кулаки до хруста в костяшках. И вымолвил одну короткую фразу:
- Что я должен сделать?
 
====== Часть I. Рота технического обслуживания. Глава 1 ======
День Х
- Принимайте.
Ольга подтянула выше край шарфа, до самого носа. Несмотря на подбитую каким-то мехом долгополую куртку, холодный ветер прокусывал, казалось, до самых костей. Что немудрено – Ольга всегда была худенькой, и скудный паек не способствовал образованию жировой прослойки. Кажется, в этой поганой вселенной человеческая жизнь стоит шиш да маленько, а питаются все исключительно тюремным пайком. Ну, в самом деле, где бы и чем бы ее здесь ни кормили, еда неизменно вызывала прочные ассоциации с баландой. И давали хавчик неизменно в железных мисках с инвентарными номерами на два-три десятка цифр.