Альфа. Взрослые сказки (СИ)
* * *— Коршун, ты этих двух баб уже полчаса разглядываешь. Если понравились, хватай и веди сюда. Места хватит.
Мужчина даже головы не повернул. Вертел в пальцах брелок от машины и не спускал глаз с двух женщин танцующих недалеко от барной стойки. Брюнетка и рыжая… Можно бы и подойти, чтобы наверняка узнать, но лучше лишний раз не светиться.
— Коршун, девочки стынут — пошлость женских смешков не могла скрыть даже музыка, — Мы тут отдыхать или как?
— Вот поэтому ты, Санёк, до сих пор у шефа на подсосе, — не оборачиваясь, произнес Коршун, — Мы никогда не отдыхаем. Заказ Серова помнишь?
— Момент, дамы, — второй мужчина выбрался из нежной хватки двух пар холеные ручек. Подошёл к балкончику, где стоял Коршун, и посмотрел вниз. МР-зона была на втором этаже, давая неплохой обзор на бар и танцпол.
— Да не, — вынес свой вердикт, — Та блондинка была, а эта черная, и волосы вьются, как у барана.
Коршун поморщился и сунул брелок в карман пиджака. Если бы Саня не был уникальным снайпером, шеф бы его давно в утиль списал. А так возись с этим… бараном.
— Волосы накрутить можно, перекрасить, рожу перекроить. Даже рост изменить пластикой. Ты на ее манеру двигаться глянь. На видео, что шеф сбрасывал, один в один все.
По кряхтению Сани стало ясно, что видимо тот или забыл, или не смотрел. А вот Коршун смотрел. И не один раз.
— Ну, так чё, Максу звоним что ли?
— Погоди. Шеф кипиша на пустом месте не оценит. Проследим.
Глава 3
Руслан
— Новые отчеты, Рус, — Влад продемонстрировал пухлую черную папку. Хлопнул ее на стол и быстрее руки в карманы убрал. Понятно, опять отдел безопасности пастью прощелкал. Уже полтора года кто-то периодически обгрызал их капиталы и сливал информацию по клиентам. Кусал мелко, но часто.
— Сколько?
— Около трех миллионов. Как обычно на зарубежные счета вывели.
— Ясно…
Удушливая злость на секунду выбила из головы все мысли. Заставила собраться и почувствовать себя почти нормально. Руслан переплел пальцы до хруста в костяшках. Когда он найдет эту крысу, то сделает так, что хоронить ублюдка будут в закрытом гробу.
Первые строки отчета замелькали перед глазами. Звякнувший мобильник он схватил буквально на автопилоте. И чуть не выронил, когда в трубке раздался хриплый голос Макса.
— Буду сегодня вечером.
Он сразу все понял. Жуткая пустота заструилась по венам и ударила в голову.
— Живы? — выдохнул единственное, что было в этот момент важнее всего.
— Живы, — неохотно отозвался Макс, — Но цена вопроса изменилась. Обсудим при встрече.
И бросил трубку. Руслан медленно провел рукой по лицу, пытаясь справиться с нарастающей волной животной радости. Живы!
Влад тоже выглядел ошеломленно. Но его удивление сопровождалось хмурым изломом бровей и плотно сжатыми губами. За эти два года в поисках он не участвовал, но и против альфы не шел. Занимался потеряшками и своей любовницей. Нашел очень похожую на Альку волчицу.
— Поздравляю Рус, — усмехнулся недовольно, — Кристина будет в восторге.
И вышел. А ему было сейчас плевать и на Кристину и на Влада. Хотелось бежать в гараж. Вот так, прямо в рубашке и брюках. Прыгнуть на харлея и гнать на встречу Маску, только бы сократить время хотя бы на час. И отчет на столе обесценился за одно мгновение. Потом, все потом. Они — живы, и впервые за два года глухая пустота в груди дрогнула и начала стягиваться. Руслан схватил мобильник, но тут же отбросил его в сторону. Он не станет звонить. Осталось подождать чуть меньше двенадцати часов.
* * *Макс появился в его кабинете в девятнадцать ноль пять. А вместе с ним двое ребят в униформе. Хоть сейчас на спецзадание, только оружия не хватает. Одного из них Руслан знал. Коршун. Толковый и очень хитрый волк. Макс его ценил за прекрасную фотографическую память.
— Доброго вечера, — оскалил клыки. А глаза как две яркие голубые льдины. Его родители оба были выходцы из полярных волков. Белоснежные и рослые.
Примкнули к Стае, пока она еще хоть что-то из себя представляла, но потом перебрались в Москву.
— Давай к делу, — бросил сквозь зубы Руслан. Влад даже голоса не подал. Сидел в кресле, недовольный, но молчаливый.
— Сначала договор, — Макс уселся напротив.
— Сколько?
Холодный и сухой смешок оборотня, как вьюга, понизил температуру в комнате на несколько градусов.
— Денег не хватит.
Макс достал из нагрудного кармана черной, военной куртки снимки и бросил на стол. Два маленьких прямоугольника скользнули по темной столешнице, и легли точно перед ним. Руслан сгреб их одним движением. Вгляделся, жадно фиксируя каждую деталь и…
— Ты облажался, Рус.._, - проскрипел в ушах голос отца, а может и его собственный.
И мир вокруг поплыл, закрутился вокруг него и этих двух маленьких фотокарточек.
Горло перехватило спазмом до едкой горечи во рту, и сердце рвануло из грудной клетки, с хрустом выворачивая ребра и разрывая мышцы. Кто-то выхватил из его скрюченных пальцев снимки. И на периферии сознания далёкой, злой канонадой раздался глухой смех Влада.
Судорожно пытаясь вздохнуть, Руслан уткнулся в похолодевшие ладони, хотя сейчас больше всего хотелось орать. Так, чтобы стеклопакеты покрылись сеткой трещин и осыпались, так же как рассыпались пылью шоры с его глаз.
Омега! Омега, мать твою!
В гудящей голове, как острые пазлы, собирались некогда разрозненные факты.
Били наотмашь хлёсткими пощечинами, запускали острые когти прямо в кипящий мозг и рвали его на части. Фиалки, преданность Грозовой, поведение потеряшек…
Сын. Мать волчица, их сын! Дар омеги, даже мизерный, всегда гарантировал только оборотней в парах!.
Тихий полный боли и отчаянья рык родился и тут же умер в горле. Множество маленьких, крохотных подсказочек вели его к очевидному факту! что Орали в голос, что глубоко внутри книжной девочки прячет носик ласковая волчица с пятном на плече. А он, идиот, сопротивлялся тяге своего зверя. Дёргал за цепь и кричал «Фу», пока волк рвал жилы, стараясь вывести его прямиком к чуду… Показать, что его пара — это и есть то самое ценное. Дар, который нужно беречь. Лелеять его, как самую невероятную драгоценность.
А всего то и надо было — разуть глаза и позволить чувствам расти без помех разума и логики. В его руках был не огранённый алмаз, а он его на пустышку променял…
Слепой и глухой в своем упрямстве и погоне за обманчивой выгодой.
— Я вижу, ты рад, — опять обнажил клыки Макс, а в глазах все такая же синяя стынь, — Мы сами вне себя от счастья. Были. Первые минут пять. Коршун.
Оборотень шевельнулось. Резкий голос вспорол напитанный льдом и свинцовой тяжестью воздух.
— Я вел наблюдение. Она, — мужчина запнулся и нервно потер острый подбородок, — она безэмоциональна. Как человек и как волчица. Только ребёнок вызывает ее интерес. Больше ничего. Сам мальчик полноценный оборотень. Проявляет задатки лидера. Зовут Олег. У меня все.
И у него — все. Готов был отыскать ее любую, плевал любые стопроцентные последствия от Обряда. Сотню планов обдумал, как исправит их. Но все оказалось много хуже. Невообразимо. Чертовски. Тотально… Наверное, это семейное, оставаться в дураках у Судьбы.
— Ну что, Рус. Упустил свое счастье? А теперь о цене.
Кулак грохнул о столешницу так, что боль плетью перетянула по всей руке. Охрана Макса рефлекторно за кобуру похваталась, забыли, что оружие сдали. Влад тоже на ноги вскочил. А он схлестнулся с обнаглевшим оборотнем взглядами.
— Закрой пасть Макс, — низкий рык сотряс кипящий от напряжения воздух, — Твое дело искать и помалкивать. Я жду адрес. И потом, может быть, мы поговорим о цене.
Коршун и второй из охраны ворчали, но глаза сразу в пол опустили. Макс сопротивлялся дольше, но тоже уступил.
— Зачем это тебе, Рус, — примирительно вскинул свои лапищи, — Мальчишку мы доставим, Грозовую тоже. А омега… Она бесполезна. Только Стая буянить начнет.