Счастливая невеста
Мойра молчала всю обратную дорогу до Курзон-стрит. Она могла думать только о Стюарте Уэстоне…
* * *Утром леди Каннингем повезла Мойру на Бонд-стрит, чтобы сделать кое-какие покупки перед следующим светским раутом.
— Съедутся сливки лондонского общества, — щебетала она, ведя Мойру по знаменитой улице, завораживающей своими великолепными магазинами. — Уверена, что оба моих шотландских гостя произведут фурор.
— Если судить по прошлому вечеру, Юэн, несомненно, обзаведется множеством поклонниц, — ответила Мойра, чувствуя себя подавленной. Даже пышные наряды, выставленные в витринах, не поднимали ей настроения.
Позже Мойра с Юэном уже передвигались в экипаже леди Каннингем, направлявшемся в Хэмпстед [27].
Дом графа стоял на самой границе «пустоши» [28]. Мойре сразу же понравился особняк и окружающая обстановка — удивительно было видеть зеленые холмы посреди Лондона.
— А теперь вы должны надеть маски, — скомандовала леди Каннингем, когда экипаж остановился. — Помните, их нельзя снимать, пока часы не пробьют полночь.
Внутри перед Мойрой предстало богатство, затмившее все, что она видела прошлым вечером в доме герцога Эйберфера.
Слуг было так много, что девушке стало завидно.
— Ах, леди Каннингем, вот и ваши шотландские друзья, — поприветствовала их графиня Хэкфилд.
На ней было темно-синее шелковое платье, расшитое каплями черного янтаря, а голову украшала великолепная бриллиантовая диадема. Маска лишь условно закрывала ее лицо, и по стилю Мойра угадала оригинальную работу венецианских мастеров.
Не прошло и нескольких минут, как графиня увела Юэна к трем юным леди, стоявшим неподалеку.
На глазах у Мойры ее брата вновь принялись обхаживать и баловать.
«Ах, мне совершенно незачем наблюдать за Юэном. Прогуляюсь лучше по дому», — и девушка легко затерялась в пестрой толпе.
Спустя какое-то время она почувствовала усталость и решила поискать тихий уголок. Очутившись в оранжерее, Мойра выскользнула через стеклянные двери в сад.
По всему саду, нежно покачиваясь на ветру, горели мириады китайских фонариков, что выглядело очень эффектно.
Девушка стояла у фонтана, любуясь, как изо рта каменного дельфина струится вода, и вдруг почувствовала, что она здесь не одна.
Повернувшись к огромной замысловатой клумбе, Мойра увидела совсем рядом человека в маске разбойника.
— Ой, вы меня напугали! — вскрикнула она, прижимая руки к горлу.
— Вы тоже не любите толпу? — поинтересовался незнакомец.
Он не извинился за то, что испугал девушку. Мойра заметила это и насторожилась.
— Я просто хотела посмотреть сад.
Он подошел ближе, но Мойра все равно не могла разглядеть его глаз под маской.
— В темноте ничего не видно… — почти зловеще проговорил он.
Что-то в его манере говорить показалось девушке знакомым. Она лихорадочно пыталась вспомнить: этот голос… она определенно слышала его раньше, но где?
— Темнота мне не мешает, — легкомысленно ответила она.
— В таком случае вы — бесстрашная юная леди. В доме осталось множество дам, которые не рискнули бы выйти наружу. Сад примыкает к пустоши, а там бродят дикие звери.
— Там, откуда я родом, к ним привыкли. Я их не боюсь.
— Какие смелые речи! Но могу ручаться, что вы не всегда так отважны.
Мойра смолкала в нерешительности. В поведении этого человека было что-то угрожающее. Ей не нравилось, какой оборот принимает их беседа.
— Я не понимаю, к чему вы клоните. При всем уважении, вы меня не знаете, а потому, как мне кажется, не вправе судить о моем характере.
Незнакомец глухо, пугающе расхохотался. У Мойры кровь застыла в жилах.
«Да ведь я слышала этот смех раньше», — подумала она, судорожно напрягая память.
— Вы не помните нашей последней встречи, не так ли, леди Мойра?
В этот миг девушкой овладела паника.
Кто этот человек и почему он так угрожающе себя ведет? Мойра бросила взгляд на огни оранжереи, и ее сердце испуганно забилось. Незнакомец отрезал ей путь к бегству.
Он стал приближаться к девушке, и та почувствовала запах виски и сигарет.
— По-моему, мы не закончили с вами одно дело…
И тут Мойра вспомнила его. Ангус МакКиннон!
— Как… как вы здесь оказались? — запинаясь, проговорила она, пытаясь отойти назад.
Ангус не ответил. Он расхохотался недобрым, зловещим смехом и бросился к Мойре.
Девушка попыталась убежать, но Ангус схватил ее за юбки и потащил к кустам.
— На помощь! Помогите! — закричала она, силясь оттолкнуть МакКиннона.
— Вы мните себя важной персоной, мадам, но я-то знаю, что вы — женщина сомнительной нравственности. Я прочитал это в вашем взгляде: вы всего-навсего продажная девка!
Мойра зажмурилась и закричала так громко, как только позволяли ее легкие.
Почти сразу же она почувствовала, что ее швырнули на землю… а уже в следующий миг какая-то женщина помогала ей сесть.
— Все хорошо, милая, — говорила она, поднося к носу Мойры бутылочку с нюхательной солью.
— Остановите этого человека! — прозвучал громкий мужской голос. — Он напал на юную леди, его нужно задержать.
— Леди Мойра, вы представить себе не можете, как я сожалею, что в наш круг пробрался негодяй!
Это была графиня.
Она велела лакею помочь Мойре подняться, отвести в библиотеку и налить ей бренди.
— Прошу, ступайте, оставьте меня, — сказала девушка лакею, когда тот подал ей бокал. — Будьте любезны, разыщите моего брата, лорда Стрэткэррона. Это молодой человек с рыжими волосами и в маске Пьеро.
Лакей поклонился и вышел из комнаты.
Минут через пятнадцать в библиотеку влетел Юэн.
— Мойра, с тобой все в порядке? Лакей говорил что-то о нападении и о человеке в саду…
— Это был МакКиннон.
— Что?!
— Должно быть, он нашел другой путь в Лондон. Но одному Господу известно, как он узнал, что мы будем на этом приеме. Думаю, он искал возможность отомстить после того, как его бесцеремонно высадили с «Победоносного».
— Мерзавец!
— Милорд, мы поймали какого-то человека, который бежал к «пустоши», и сообщили о нем властям. Его заперли в винном погребе до приезда полиции.
Это был дворецкий Хэкфилдов.
— Не желает ли ваша светлость, чтобы я велел подготовить ваш экипаж к отъезду?
— Да, думаю, так будет лучше.
— Но, Юэн, ты так приятно проводишь время. Я не хочу портить тебе вечер.
— Не спорь, сестричка. Кроме того, лакей уже принес наши плащи.
Леди Каннингем очень расстроилась, услышав о конфликте Мойры с Ангусом.
— Как он раздобыл приглашение на бал к Хэкфилдам? — удивлялась она, когда экипаж вез их домой.
— Он банкир и знает в Сити уйму влиятельных бизнесменов, — поморщившись, сказал Юэн. Он ни на минуту не отпускал руку Мойры с тех пор, как они покинули особняк Хэкфилдов. — Могу лишь предположить, что он как-то вышел на нужных людей.
— Ужасно! Это просто ужасно! Хэкфилды потрясены тем, что такой человек получил доступ к их кругу. Отныне его перестанут принимать во всех приличных домах.
Мерное покачивание коляски начало убаюкивать Мойру. Измученная чудовищным происшествием, она вскоре задремала.
На Курзон-стрит экипаж остановился.
«Как будет здорово, если меня ждет письмо от Стюарта», — с надеждой подумала Мойра. Она знала, что в некоторые районы Лондона почту доставляют шесть раз в день.
Поэтому, когда Бербридж открыл им дверь, Мойра первым делом спросила, не приходило ли на ее имя письмо или сообщение.
— Нет, миледи, но завтра первую почту принесут в половине восьмого утра. Ваша светлость ждет какого-то важного послания?
Мойра покачала головой, внезапно почувствовав себя глупо. Зачем бы Стюарт стал ей писать? Они не влюбленная пара и даже не друзья.
— Не желаешь немного выпить перед сном, Мойра? — спросила леди Каннингем.