Репетитор для Рапунцель

– Всегда все бывает впервые… – протянул я прежде, чем подумал, и тут же насупился: – В общем, осматриваю тебя, проводим занятие – и все на этом.
Девушка послушно кивнула, прикусив губу, обнажая идеально белые зубы. И снова друг в штанах решил дать удар под дых. Чтобы скрыть явную эрекцию, пришлось встать на колени и быстро осмотреть руки Баевой, которые та предусмотрительно выставила вперед.
– Ай, – взвизгнула он, крутанув шеей. – Кажется, там что-то есть. Болит…
Потянувшись к нежнейшей коже, я ощутил ни с чем несравнимый бархат… А этот запах! Мята, роза и базилик. Коктейль, способный поставить на ноги даже импотента.
Я и не заметил, как наклонился так близко, что кончик носа коснулся кожи. Кристина вздрогнула и отстранилась, посмотрев на меня широко распахнутыми глазами. Осознав, какой я идиот, строго выпалил:
– Зрение ни к черту. Ничего не было видно.
– Ясно, – кивнула она, на вид успокоившись.
– Осколка нет, но осталась царапина. Отделалась легко, – слабо улыбнулся я, стараясь не смотреть на девушку.
Не знаю, как и почему, но она влияла на меня… странно. Годы в голове не было ничего, кроме работы. Она заменяла все: семью, досуг и даже девушку. С кем переспать – просто найти, этого вполне достаточно. Проблем никогда не возникало.
Но теперь передо мной сидело полное исключение из правил. Кристина Баева была юна, неопытна. Каждое мое прикосновение к ней отзывалось дрожью и волнением. Она стыдливо прятала взгляд, краснела, смущалась. А значит – девственница. Кроме того, дочь хорошего друга.
А таких проблем мне точно не нужно. Значит, надо поглубже запрятать свои желания, включить мозг, провести занятие и навсегда распрощаться с этой девушкой.
Кристина
Максим Викторович смотрел на меня… странно. Иногда с удивлением, иногда с осуждением. Но всегда с повышенным вниманием. Будто под микроскопом выискивал недостатки. Всем своим видом: надменным выражением лица, насупленными бровями, снисходительной речью – репетитор показывал, как сильно хочет моего ухода. И я сдалась.
– Возможно, вы правы, – устало выдохнула я, поднимаясь с постели. – Мне стоит уйти. Заниматься в мокром насквозь платье, к тому же грязном… Не лучший вариант.
Он замер на мгновение, будто обдумывая этот наверняка очень заманчивый вариант. После чего устало выдохнул и подошел к своему шкафу.
– Нет уж, я обещал твоему отцу. И вряд ли испорченное платье достаточная причина для отмены занятия, – порывшись там немного, Круглов достал совершенно новый, запечатанный банный халат, который обычно бывает в гостиницах, и бросил мне на кровать, не глядя. – Переодевайся. За час платье высохнет, поедешь домой хотя бы сухой.
Так я и поступила. Сложно спорить с человеком, от которого зависит твоя судьба. Повесив платье в шкаф-сушилку, я вернулась за стол, где меня уже ждал Максим Викторович. Мы вдвоем делали вид, что совершенно не замечаем разгромленной части гостиной.
– Не будем размениваться на легкие темы. Начнем сразу с программы нашего вуза, – строго отчеканил он, а затем начался ад.
Репетитор гонял меня по всем темам, уточняя каждую мелочь. Я чувствовала себя словно на допросе, хотя в общем-то неплохо справлялась. Ни один вопрос не был мною проигнорирован!
Затем вспомнились слова мамы. Мол, не стоит сразу показывать, что я знаю все. Где-то нужно и промолчать, чтобы Максим Викторович меня вроде как этому научил.
– Я не знаю, – пожала плечами я, наивно моргая глазками. Но тот странно вспыхнул, будто от радости, найдя «больную мозоль».
– Как ты можешь не знать ответ на такой простой вопрос, Баева?! – воскликнул он. – Это же… Элементарно! Вряд ли нам есть о чем в дальнейшем говорить после такого! Думаю, нет смысла дальше…
– Данная тема не входит в программу моей специальности. Кроме того, в вашем вузе нет специалистов, преподающих в данной области. Вы ведь выпускаете будущих судей, а не переводчиков, – поставила все точки над «і», я и мужчина тут же сник, начиная допрос по новой. Ведь знал, что я права.
Больше таких осечек себе я не позволяла, воспринимая занятие как квест на выживание. Чем больше правильных ответов дам, тем ближе светлое будущее. Кроме того, безумно хотелось утереть нос репетитору, которому давно пора снять корону. Да, я разгромила его аквариум, но это не значит, что я идиотка. Просто день пошел не по плану.
– Все, – устало выдохнул мужчина, злобно захлопывая учебник. – Время вышло, ты свободна. Переодевайся.
– Я хорошо справилась? – невинно пробормотала я, видя, как от данного вопроса ощетинился мой горе-преподаватель. Меня же это дико веселило! Ничего страшного, если корона спадет и мужчина начнет уважать кого-то, кроме себя.
– Хуже, чем я ожидал, – уклончиво ответил Максим Викторович, после чего стрельнул в меня недовольным взглядом и поднялся. – С твоими данными надо учебники зубрить, а не аквариумы разбивать.
Слова ректора стрельнули в меня, буквально разбив сердце и растоптав гордость. Мало того, что мужчина задел комплекс отличницы, так еще и буквально назвал меня страшной. Как еще трактовать это мерзкое словосочетание «с вашими данными»?!
– Спасибо за честный ответ, – молча поднявшись с места, я сложила учебники в сумку и быстрым шагом проследовала к шкафу, чтобы переодеться. Справилась с этим за пару минут и, когда вышла, обнаружила, что Максим Викторович ждал меня все время у двери.
– Послушайте, Кристина, – нервно и сбивчиво пробормотал он, внезапно перейдя на «вы» в который раз за вечер. Но даже смотреть на него не хотелось. Боялась, что не выдержу и разрыдаюсь. – Вы, наверное, не так все…
– До среды, – вежливо улыбнувшись, захлопнула дверь, не дожидаясь ответа репетитора. Это неправильно и некрасиво. Но впервые я поступила не так, как нужно, а как чувствовала.
Платье неприятно облепляло тело, хотя и просохло. Видимо, все дело в воде аквариума. Спускаясь по лестнице, я заказала уборку в дом Максима Викторовича, потратив на нее половину своей месячной нормы. Другую половину планировала потратить на покупку нового аквариума с рыбкой. Вряд ли прошлая выжила.
Подобные траты просто было объяснить родителям. Дескать, хочу угодить столичному снобу. Они оценят. Правда, на что теперь жить мне? Вот это вопрос.
 
Глава 3
 
Не знаю, чего я ждала от нового вуза и учебы в нем, но все пошло явно хуже некуда. Во-первых, студенты разбились на группки еще на первом курсе. А во-вторых, как только все поняли, что я заучка, никто даже не пытался со мной разговаривать, только бросали ревностные взгляды.
– Это серьёзное заведение, – самодовольно заявил мне один парень на переменке. – Мало быть умной, надо еще стать пробивной.
– Так она же из какой-то деревни как раз и пробилась… Как она там называется? Кацапетовка? – поддержала его моя одногруппница, и аудитория тут же прыснула со смеху. – Столица не резиновая, Кристиночка!
Я была не из тех, кто лезет в обсуждения подобного рода. Тем более, спорит. Ведь явно, что после того, как на паре преподаватель яростно и самоотверженно хвалила только меня, все занервничали. Атака едкими словечками – первый признак слабости и скорого поражения.
Так что, равнодушно пожав плечами, я взяла вещи и спокойно вышла, направившись в корпус, где должна была проходить последняя пара.
– Дура, ты сама из села приехала, а Кристина – нет. Я ее личное дело читала в деканате. Она покруче каждого из вас. Вы вообще знаете, кто ее родители?! – послышался голос одной из студенток позади. Кажется, ее звали Аня, и она была единственной без пары: ни подруги, ни парня. Скорее всего, из-за лишнего веса, над которым все вокруг так и норовили посмеяться. – Кристина, подожди! Да стой тебе говорят!
Аня догнала меня в коридоре и дернула за руку, тяжело дыша. Я остановилась, пожалев ее легкие, и улыбнулась, прошептав: «Спасибо».
– Да не за что, – протараторила она. – Меня давно уже все тут раздражают. Но учусь из принципа…