Золотая орда (СИ)
– Ай, Камил, молодец! – с некоей гордостью в голосе произнес муж. Я полуобернулась -Тимур аккуратно забрал у меня пистолет и начал его разбирать, проверяя, не застряла ли в его стволе патрон – это тоже было важное правило, которое муж мне объяснил.
Внезапно, помещение заполнили мужские голоса – это братья Тимура ввалились сюда, чтобы, судя по всему, тоже пострелять. Я смотрела на них, отмечая, какими вымотанными, словно после забега, они выглядят. Я так же заметила, что у всех них были красные, припухшие костяшки на руках, а так же у двоих из них по синяку и разбитому носу.
– Они что, дрались друг с другом? – прошептала я, когда Тимур подошел ко мне. По его лицу поползла ухмылка.
– Просто спарринговались, обычное дело, – пояснил муж.
– Тимур! – кто-то из мужчин окликнул его. – Там эти, снова пришли, тоже хотят пострелять из нашего оружия.
– Я скоро, – Тимур сжал, на миг, мой локоть, а затем направился к выходу.
Я с грустью посмотрела ему вслед – здесь, среди его братьев, но без Тимура, мне тут же, стало не по себе. Они ведь были мужчинами, а я – женщиной в их мужском царстве. Но моим мыслям не получилось развиться дальше – потому что ко мне подошел Ильнур. В темной водолазке, с влажными, видимо, после душа, волосами, со своим утонченным лицом, он выглядел как аристократ. Но я знала – за всей этой картинкой скрывался жестокий человек.
– Что загрустила, Камилка? – Ильнур в своей манере подмигнул мне, а я покачала головой.
– Снова ты мне подмигиваешь, – пожурила я его.
– Привычка, – пожал плечами Ильнур. – Хочешь еще пострелять?
Я замешкалась, глядя на выход.
– Тимур обещал еще поучить меня, – отозвалась я.
– Ну, пока он идет, ты можешь еще попрактиковаться, – Ильнур извлек из кобуры пистолет.
– Тт, – пояснил он, аккуратно вкладывая мне оружие в руки. Второй пистолет. Он показался мне чуть легче, чем предыдущее оружие, но волнение вновь нахлынуло на меня. Ильнур, продолжая стоять позади меня, чуть поправил мои руки. Я нахмурилась, переживая, как расценит это Тимур. Но, с другой стороны, я не делала ничего предосудительного. А судя, по тому, что за человек Ильнур, он просто пытался помочь мне – как и раньше.
Я сделала 4 выстрела, потом опустила пистолет. Мои руки тряслись – от усталости и напряжения.
– Неплохо, – Ильнур забрал оружие, задумчиво улыбаясь. – Ты почти попала.
Я знала, что он говорит мне так, чтобы утешить.
– Я безнадежна, да? – вопросила я.
– Ну, как тебе сказать, – деликатно начал подошедший Тимур. Он задержал взгляд на Ильнуре и тот, выдержав его, отошел в сторону, чтобы пострелять в другие мишени. Я ярко ощутила энергию недовольства от Тимура. Стать причиной раздора – этого я точно не хотела.
Повернувшись к Тимуру, я, одаривая его заигрывающей улыбкой, спросила:
– Теперь я могу посмотреть на твое оружие?
Он, сощурив глаза, внимательно посмотрел на меня. Внутри меня все сжалось. Я не хотела, что бы мой муж так глядел на меня.
– Не сейчас. Здесь бойцы полковника пришли пострелять, не хочу, чтобы ты отвлекала их.
– Жаль, – выдохнула я, немного озадаченная и разочарованная. Неужели Тимур приревновал меня? Сама мысль казалась мне нереальной.
– Пошли, – Тимур окинул меня изучающим взглядом, я даже передернула плечами.
Я выпрямила спину и последовала за мужем, проходя мимо его братьев, я вежливо поздоровалась с ними, и тут же их хмурые лица преобразились (насколько это было возможно) – они улыбнулись мне (улыбки получились похожими на оскал, но я уже была готова к этому). Мне хотелось спросить, как у них дела, но Тимур, разместив свою ладонь между мои лопаток, мягко, но уверенно, подтолкнул меня к выходу. Стало ясно, что он не хочет, чтобы я задерживалась.
– А что на втором этаже? – тихо поинтересовалась я, как только мы вышли в коридор. Где-то там, дальше, слышались мужские голоса.
– Спортивный зал и душ, – Тимур протянул мне куртку, затем нахмурился, наблюдая, как я пытаюсь справиться с заедающим замком. Устав ждать, муж помог мне с ним, изрекая:
– Надо купить другую.
Я пожала плечами – я привыкла к этой куртке, конечно, теперь у меня был великолепный полушубок – но он больше подходил для менее теплого времени. Миновав охрану, я краем глаза заметила в соседнем зале мужчин в полицейской форме. Я тут же напряглась, но Тимур напомнил мне то, что я слышала раньше:
– Это люди полковника.
Лишь когда мы оказались внутри бмв, я осмелилась уточнить:
– Люди полковника, полицейские, приходят пострелять к вам?
На моем лице застыло изумление – я никак не могла соединить эту новость в логическую цепочку.
– У них – лишь служебные пистолеты и ограниченное число магазинов, а это так скучно, – Тимур широко улыбнулся мне, – у нас они могут хотя бы познакомиться с другим оружием, к тому же, не нужно забывать, что это – бойцы Данияра Ренатьевича.
– Ты хочешь сказать, что вы – бандиты и полицейские работаете в команде? – ошеломленно прошептала я. Мой мир затрясся, зашатался, угрожая разрушиться.
Тимур не ответил – лишь демонстративно вскинул брови, оставляя меня в замешательстве.
– Едем за одеждой, дальше – по обстоятельствам, – сменил тему разговора Тимур, и я, все еще размышляя над сотрудничеством полиции и криминала, вяло кивнула головой.
Мы заехали в торговый центр – единственный, что был в нашем городе. Стоило продавщицам увидеть Тимура, как воздух наполнился напряжением, которое, казалось, можно было потрогать – таким явственным оно было. Я покосилась на мужа – он выглядел чертовски привлекательным. Что так могло напрячь этих женщин? Вероятно, другая сторона Тимура.
Продавщицы, пытаясь угодить мне, словно волшебницы, приносили то, о чем я лишь уточняла – будь другой оттенок куртки, который я видела в журнале, или шарф, или обувь… они вились вокруг меня подобно трудолюбивым пчелкам, и я была бы рада, если ими двигала этакая любовь к покупателю, но, заглядывая в их красивые глаза, я понимала, что дело было в страхе. Они боялись Тимура. И, вероятно, опасались, что я, подобно капризной кукле, устрою им скандал.
Но, слава Богу, я не была такой. Я не стала задерживать дольше, чем это было необходимо, продавщиц. Быстро выбрав то, что подходит мне, я, даже не став мерить это (за исключением обуви и куртки) сообщила Тимуру, что я закончила. Он, лениво поднявшись с кресла, глянул на свои часы, изрекая:
– !5 минут – мне даже не верится, что женщина может так быстро совершать покупки.
Я улыбнулась ему – тепло и благодарно, подходя к мужу поближе. Я тут же уловила, какие на меня бросали взгляды продавщицы (хотя они и пытались делать это украдкой, у них это скверно получалось) – знаете, смесь женской зависти и, они смотрели так, словно я самоубийца. Я отвернулась, чувствуя, как во мне разгорается злость. Какое право они имели так пялиться на меня?!
Только мы сели в машину, как у Тимура зазвонил мобильник. Я шумно вздохнула – видимо, сейчас ему сообщат то, что не очень поспособствует нашему дальнейшему времяпровождению. А мне так хотелось провести этот вечер, да и ночь, вместе. Когда Тимур закончил разговор, то, улыбнувшись, сообщил:
– Сегодня ты едешь со мной в клуб.
И это была еще одна радостная новость для меня. Я довольно улыбнулась, морально готовясь к походу в клуб. Прошлый раз я была слишком взволнованна, поэтому сегодня мне хотелось быть спокойной и уверенной. В конце концов, я шла с мужем.
Было около 7 вечера, когда бмв остановился на охраняемой парковке «Странника». Я тут же отметила, что здесь стоит ниссан, а вот мерседеса не было. Мы зашли в клуб через запасной вход. Я думала, что Тимур поведет меня в подвальное помещение, но ошиблась – он начал подниматься по лестнице вверх, правой рукой утягивая меня за собой. Чем выше мы поднимались, тем громче становилась слышна музыка – видимо, в воскресный день клуб открывал двери раньше, чем в будни.
Мы вышли наружу, тут же встречаясь с одним из охранников – вероятно, он были приставлен к этой двери, дабы ни один левый человек не посмел проникнуть на личную территорию братьев. Тимур что-то сказал мужчине, и охранник кивнул головой, поднося к лицу рацию и что-то говоря. Мы двинулись дальше, вступая в полутьму, подсвеченную сверкающими, крутящимися шарами, что висели у самого потолка. Шум ударил мне в уши, и я поморщилась – мне не нравилось здесь находиться, но, я любила и хотела быть с Тимуром, поэтому решила отнестись к сегодняшнему вечеру, как необходимости, как к работе мужа.