Гипноз твоих глаз (СИ)
— Слушай, а давай эту девчонку с собой возьмем? Она ничо такая, да?
Не успела Лера испугаться и рассердиться, — кому понравится, когда тебя обсуждают, словно зонтик, захватить с собой или нет? — как с облегчением услышала:
— Нет. Баба на корабле — к беде. Обойдемся без нее.
— А знаешь, что? — вдруг нахмурился номер один, оценивающе скользя по девушке липким, жадным взглядом, — Я останусь. Хочу с этой… Ва-ле-ри-ей, — он по слогам прочитал имя девушки на рабочем бейдже, — поближе познакомиться. Так что… Угощай сегодня другого, братан.
— Не хочу я с вами знакомиться! — взорвалась Лера. — Уходите уже!
— Когда женщина говорит «нет», она говорит «да»! — ухмыльнулся наглец, рассеянно схватил шоколадный батончик со стеллажа, сорвал упаковку и засунул в рот под возмущенный вскрик продавщицы. Дело принимало нехороший поворот. Пахло жареным. Полным ходом горела Лерина безопасность, планы на вечер, а теперь огонь грозил перекинуться и на скудный бюджет. Она отступила подальше от прилавка и отрезала:
— У меня с речью никаких проблем нет. Мое «нет» — это «нет»! Заплатите за шоколадку и уходите!
— Ты иди, братан, иди. Дальше я сам, — повернулся парень к стоящему рядом.
— Ладно, — улыбнулся номер два, опять одними уголками губ. — Наше дело предложить, ваше… Не разбить себе голову при падении.
Не успели прозвучать последние слова, как в воздухе мелькнул его кулак, резко и куда-то вбок дернулся подбородок номера первого, — и вот обмякшее тело плавно устремляется вниз, а красавчик ловко подхватывает его и заботливо пристраивает на полу.
— Что стоишь? Помогай! — рявкнул он, покрепче хватая парня в отрубе. — Я за руки, ты за ноги.
Девушка стояла в ступоре, двигаться не получалось, мыслить нормально тоже. Только рука запоздало взметнулась вверх в попытке остановить случившееся, и тут же отдернулась назад от ужаса. В итоге, она суетливо схватилась за сумочку, желая найти телефон, пробормотала:
— Ему надо скорую вызывать!
— Ему не надо скорую.
— Ты его убил что ли? Я не собираюсь…, - у Леры пересохло в горле, язык еле ворочался. — Я отказываюсь помогать перетаскивать труп!
— Он не труп пока, — прорычал номер два, угрожающе распрямляясь. — Проспится и через несколько часов очнется.
— Но…. Мне магазин закрыть надо… Иначе Мироныч уволит…
— Запирать магазин с этим экспонатом собралась?
— Нет… Нет, — пролепетала Лера. В голове царил отчаянный сумбур. На ее глазах один мужчина вдруг вырубил другого. Вроде бы тем самым ей помог. Но так внезапно… С чего бы вдруг? Добрый самаритянин? Или еще один хищник, устранивший другого, чтобы жертва досталась ему? Он ведь может и ее вырубить точно также! И уволочь в свою берлогу… В любом случае, есть здесь какой-то подвох… Бежать без оглядки! Но как?
Из хаотично мелькающих мыслей девушка выбрала одну и вцепилась в нее, как в спасательный круг: «Сначала помочь ему вынести тело, а потом ринуться в магазинчик и запереться изнутри на ключ!» На мысли о том, что эту бронебойную машину вряд ли остановит их хрупкая, дверь, постаралась не задерживаться.
Как будто управляя чужеродным организмом, заставила себя нагнуться, вцепилась дрожащими пальцами в щиколотки, завернутые в носки, и, поудобнее ухватившись, потянула вверх. Не рассчитав тяжести, — худой на вид парень оказался свинцовым! — она потеряла равновесие и завалилась вперед, прямо на лежащего в отключке.
От абсурда ситуации ее замутило. Вместо того, чтобы сидеть на своей раскладушке, вкушать умопомрачительную пиццу, — это же чеддер и грибы, Карл! — она лежит тут, уткнувшись носом в чужую, пропахшую куревом грудь, а позади стоит белый Мухаммед Али и заставляет переносить поверженное тело.
В следующую секунду она ощутила, как сильные руки с легкостью вырвали ее из горизонтального положения и перевели в вертикальное. Выпрямившись, Лера тут же наткнулась на его темные глаза — колодцы. Отчаянно забарахталась, пытаясь выплыть. От растерянности прикусила губу. Как же так? Это ведь ее работа всегда была — топить чужие глаза в своих! Не наоборот!
Поспешно закрыла глаза, разрывая нить взглядов, и с услышала удивленное:
— Нежная какая… Ладно, я сам.
Шелест ползущего по полу тела. Очередное звеньканье. Вот тогда бы броситься к выходу и запереть дверь! Но изнутри все время что-то мешало, тормозило, склеивало волю в безвольную жижу, и момент оказался упущен. Снова тренькнула дверь, и Лера открыла глаза. Номер два стоял в дверях один и задумчиво разглядывал настенные часы. Девушка сглотнула и спросила внезапно охрипшим голосом:
— Что ты с ним сделал?
— Как что… Связал и спрятал в багажник.
Глава 3
Эти слова прозвучали нелепо, гротескно, но одновременно настолько соответствовали нарисованному в сознании образу громилы, что у девушки от диссонанса дернулся лицевой нерв под глазом. После побега из прежней жизни такое случалось все чаще. Организм взывал о помощи, сигналил, что не справляется со стрессом. Тут бы витамины пропить и таблетки на основе пустырника, но на такую роскошь денег пока не хватало.
Лера горько улыбнулась. Какая ирония! Когда ты в бегах, не важно, сколько средств у тебя на счету. Важно только количество налички, которое можешь раздобыть в текущем режиме. А в глуши, не имея возможности использовать профессиональные навыки, разве раздобудешь нормальные деньги?
— Где ты живешь? — внезапный вопрос вырвал ее из горьких дум, и она уставилась на парня, удивленно округлив глаза:
— Что, простите?
— Где. Ты. Живешь, — медленно отчеканил тот, ничуть не тушуясь.
— Это вас не касается, — усмехнулась девушка, чувствуя, как гнев помог ей собраться с духом. — Спасибо, конечно, что избавили меня от одного назойливого клиента. А теперь, будьте так добры, избавьте меня и от второго!
— Пятничный вечер. На улице полно пьяни, — неторопливо объяснил мужчина, как маленькой. — Я доведу тебя до дома и заодно мы поговорим.
— Послушайте. Просто оставьте меня в покое и занимайтесь своими делами! — воскликнула Лера. — Говорить нам не о чем. Моя жизнь и безопасность — не вашего ума дело!
— Правда? — съязвил номер два, почему-то не на шутку разозлившись. Засунул руки в карманы и приблизился к ней так близко, что она ощутила пряный запах его кожи. — Не тебе, девочка, решать, что мое дело, а что нет.
На этих словах он с видимым трудом оторвал от нее сердитый взгляд и быстро вышел из магазина. У Леры вырвался стон облегчения и она на ватных ногах помчалась к двери. Уже по дороге вытащила негнущимися пальцами ключи из кармана, заперла изнутри все замки, прижалась к стене и быстро-быстро задышала.
Покосилась на коробку с пиццей и даже не расстроилась, что та давно уже перешла в стадию активной разморозки. На фоне происходящего голод и еда отступили на задний план.
Итак. Что ей делать? Если этот мужик был ищейкой Ваграма, ей срочно, сверкая пятками нужно бежать на вокзал. Садиться на первый утренний автобус — на последний она уже не успевает, и ехать, весь день, как перчатки меняя автобусы. В таком случае, прямо перед рейсом она сумеет снять приличную сумму налички, — таиться смысла не оставалось! — и снова искать себе потайную норку.
Если же это случайный прохожий, которому она приглянулась, тогда можно не дергаться. К тому же, когда почти нет нала, невозможно куда-то дернуться, не засветившись при этом карточкой в банкомате.
Вот же головоломка!
Девушка бросила взгляд на настенные часы. Девять тридцать пять — последний автобус вот-вот уйдет с вокзала. Значит, в любом случае придется сегодня ночевать в этой деревне. Если помедлить еще немного, она доберется домой после десяти, и тогда Кристина, хозяйка комнатушки, спустит на квартирантку всех собак.
Один раз она задержалась на работе, когда Мироныч потребовал расставить слишком поздно привезенный товар. Пришлось согласиться — колбаса, молоко и замороженные продукты в их жаркой подсобке до утра бы не дожили. Вернулась домой пол одиннадцатого, тихонько разулась и проскользнула по скрипящим половицам в свою каморку. А потом, в полумраке, случайно споткнулась и уронила стул. Вот грохоту было! Но откуда там взялся стул? Она могла поклясться, что стула перед раскладушкой отродясь не стояло! Не иначе любознательная хозяюшка наведывалась к ней в ее отсутствие и кое-что переставила с места на место.