Прости, я тебя не ждал (СИ)

Но странное настроение Ярского не проходит, ни пока мы принимаем душ, ни пока собираемся на наш последний ужин на райском острове. Он задумчив и как-то даже печален.
— Ну что не так? — не выдерживаю я и задаю вопрос.
Стас только тяжело вздыхает, затем садится на край кровати и притягивает меня к себе на колени. Долго выводит узоры на моем голом бедре, смотрит в глаза, оглаживает шею и поправляет мои распущенные волосы. А потом вдруг задает какой-то совершенно нелепый вопрос:
— Ты же любишь меня?
— Да, Стас, я люблю тебя! Очень люблю! — киваю я.
— По-настоящему?
— А разве можно любить понарошку? — и улыбаюсь этому странному разговору.
— Значит, ты могла бы мне простить многое?
— А уже есть что прощать? — рассмеялась я и взъерошила ему волосы.
— Рада, просто ответь на вопрос. Мне важно знать твои пределы, — он слишком серьезен, и я решаюсь ответить максимально честно.
— Тебе бы я смогла простить все, кроме измены. Делить тебя с другой я не хочу и не буду, Стас.
После этих моих слов Ярский склонил голову и надолго замолчал, переваривая, очевидно мои слова. Я закусила губу, боясь услышать от него, что-то наподобие «ну знаешь, милашка, все мужики полигамны, так что, или смирись, или катись». Это будет больно. Смертельно.
— Помнишь, ты говорила, что уже кому-то доверилась, сказав «да», и этот кто-то сильно разочаровал тебя. Что он сделал?
Я тяжело протяжно вздохнула и отвернулась. Зачем он бередит старые раны, они только-только затянулись. Я не хочу вспоминать этот кусок дерьма по имени Ассатан Морт, я не желаю омрачать свое настоящее даже тенью воспоминаний о нём.
— Зачем тебе знать это? — обреченно прошептала я.
— Когда-то я открылся тебе, — ответил Стас, дотрагиваясь рукой до своих шрамов.
Он прав. Я не должна скрывать свою боль, я могу выговориться, хоть как-то поделиться своей бедой. Он — моя опора и моя поддержка. Да, всего я сказать не могу, но в чертах обрисовать у меня получится.
— Я влюбилась в одного парня. Очень популярного парня, знаешь ли. И я очень хотела, чтобы он обратил на меня свое внимание. К сожалению, это случилось. После того как он получил то, что действительно от меня хотел, то не просто отряхнулся и ушел. Нет. Перед этим он, фактически, раздавил меня, думая, что я захочу продолжения. Не просто поставил на место, а размазал. Понимаешь?
— Да, Рада, я понимаю, — не поднимая головы грустно ответил Стас, — скажи, а ты могла бы простить такое? Если бы знала, что этот парень раскаивается в содеянном.
— Нет, Стас. То, что сделал именно этот человек я не прощу никогда. И давай больше не будем о нем. Он не достоин того, чтобы мы с тобой о нем говорили. Он просто мусор этого мира.
  
Глава 49
 
После этих моих слов, Ярский вновь крепко-накрепко обнял меня и нежно поцеловал, тихо нашептывая:
— Я бы простил тебе все, Рада. Абсолютно! Понимаешь? Ошибиться может каждый. А я так тебя люблю, что всегда готов протянуть тебе свою руку, даже если ты оступишься. Просто знай это. Хорошо?
— Спасибо, — только и нашлась я с ответом. Наверное, это нормально обсуждать такие нюансы на берегу.
Мы молча сидели так, обнявшись, еще несколько минут, прежде чем Стас спросил меня:
— Ты готова или тебе еще нужно время на сборы?
— Буквально десять-пятнадцать минут, — улыбнувшись, ответила я.
— Хорошо, я подожду тебя снаружи, — и вышел в открытые двери, во влажную теплоту тропической ночи.
Когда мы только приехали, я обнаружила, что один из двух огромных чемоданов набит совершенно новыми вещами для меня. Шорты, туники, невесомые парео, сарафаны, майки, и, конечно же, всевозможные купальники. Ярский позаботился обо всем, даже об обуви: плетеные сандалии, удобные сланцы и коралловая обувь — здесь было все, что мне нужно.
Вот и сейчас я выудила из шкафа разноцветный летящий шифоновый сарафан длинной в пол. Сел идеально, как будто специально на меня шили. Идеальный фасон: открытая спина, а на груди перекрестные полосы ткани скрывают самое сокровенное. На голову повязала бант в цвет сарафана. Получилось, по-моему, очень мило. Улыбнулась последний раз своему отражению и вышла к Стасу.
 
— Я готова!
На мое появление Ярский громкой присвистнул, а потом довольно выдал:
— Черт возьми, я такой везучий малый! Смотри, какую горячую девчонку себе заграбастал, м-м-м, — нежный поцелуй в шею и теплая сильная рука обвилась вокруг моей талии, ведя меня вперед к уже ожидающему нас вертолету.
Да уж, у Ярского нет полумеров.
Ухающий гул лопастей, двадцать минут в небе и вот мы приземляемся на вертолётную площадку. Нас встречает местный персонал, облаченный в национальные одежды, играет живая музыка, а на шею нам вешают ожерелья из живых цветов. Проход к морю освещен огненными факелами, и я поверить не могу в окружающую меня сказку.
Волшебно!
На берегу нас ждала скоростная лодка, несколько сот метров и мы с надводной террасы спускаемся по винтовой лестнице. Вниз! Под воду!!!
Святой Космос! Я даже не знала, что так бывает!
Мне открылся шикарный тематический интерьер: бар в форме раковины, гирлянды из ракушек на потолке, причудливая мебель. А за панорамными окнами ресторана я увидела разнообразных и разноцветных морских жителей. С ума сойти!
— Стас, это просто сон! — с недоверием уставилась я на любимого, — Это прекрасно!
— Это ты прекрасна. А это — всего лишь подводный ресторан.
Мы были единственными посетителями сегодня вечером в этом необычном заведении. Единственный, накрытый на двоих, столик стоял рядом с панорамным остеклением, для неспешного любования подводным миром Индийского океана.
Стас выбрал для нас какие-то страшно дорогие морепродукты, а еще заказал бутылку игристого вина. Мы ели и неспешно переговаривались, обсуждали прошедшие в этом раю дни и даже возможность вернуться сюда вновь.
— Рада, на Земле еще тысячи прекрасных мест, которые я хочу тебе показать. Мальдивы только начало наших совместных путешествий. Обещаю!
— Смотрю у тебя на меня оформились далекоидущие планы, — шутливо подколола я мужчину.
— У меня на тебя бесконечные планы, — проникновенно поведал мне Стас.
А я, в который раз, раскраснелась от удовольствия и счастья быть его женщиной. Только не обмани меня, не причини зла, не соверши предательства. Я прошу тебя!
Подошедший к нам молодой официант наполнил бокалы шампанским и вдруг музыка в помещении стихла почти до минимума. Я удивленно огляделась, но ничего странного не заметила.
— Почему стало так тихо? — поинтересовалась я.
— Может потому, что мне важно не пропустить ответ на свой вопрос, — улыбнулся Ярский.
— Вопрос? Какой вопрос? — я все еще недоумевала от его слов.
Вдруг Стас нырнул рукой во внутренний карман брюк и выудил оттуда белую бархатную коробочку.
Мои мозги отказали напрочь!
От нервного ожидания я обхватила вмиг вспыхнувшие щеки ладонями, пытаясь хоть как-то их остудить.
А Стас уже встал из-за стола и опустился передо мной на одно колено.
Одинокая слезинка счастья все же сорвалась с моих ресниц.
Стас открыл футляр, и я увидела самое прекрасное кольцо, которое только можно себе представить: платина, огромный квадратной огранки сапфир и россыпь более мелких калиброванных бриллиантов. Совершенное украшение!
— Родная, я не хочу больше тянуть. Я нашел тебя и не намерен отпускать. Позволь мне быть рядом всегда, стать твоей опорой, твоим самым преданным другом, твоим тылом и самым верным любовником. Я мечтаю стать твоим мужем, Рада. Ты выйдешь за меня замуж?
Слезы и эмоции душили меня до такой степени, что я способна была только кивать. Сказать «да» категорически не получалось, но я все же попыталась что-то выдавить из себя.
— Д-д-дааааа!
И сразу же после моего ответа мой безымянный палец почувствовал тяжесть ювелирного украшения.
Мамочки! Я выхожу замуж!