Крадущийся охотник, затаившийся дракон (СИ)
Я прямо на ходу вежливо поклонился спине жрицы:
– Благодарю эту щедрую, но скромную Майку, так и не назвавшую фамилию своих уважаемых предков, но пока этому нетребовательному Лю Фану довольно и того, что есть. Лю Фан довольствуется малым, предпочитая качество количеству.
– Мой род Хам. Хам Майка. – Представилась жрица. – У нас тут только Хамы, Замы и Ойки. Одна большая дру-у-ужная семья. А насчет лисичек подумайте, уважаемый Лю Фан, подумайте. Они даже мышей ловить умеют, хи-хи-хи… вместе ловить мышей, знаете ли, интереснее и веселее, хи-хи-хи… А уж как это романти-и-ично…
Мы пришли. Небольшое отдельное здание. Отправление ритуалов в храме хулицзин поставлено на поток – есть с два десятка строений, в которых ритуалы могут проводиться одновременно – были бы свободные жрецы. А спланировано все так, что посетители не толпятся у главного входа… и иногда даже не видят друг друга. Грамотная логистика, я бы сказал.
Маленький уютный и симпатичный молельный домик. Восемь на двенадцать шагов. Две стены глухие, две – открытые, но в холодное время года могут закрываться панелями из ткани или из бумаги на раме. Из дерева. Очень аккуратная и тонкая резьба на стенах. В основном, конечно, растительные и цветочные узоры, но и фигурки всяких зверей (в первую очередь, конечно, лисиц) попадаются. Даже фигурки людей есть. Дерево уже старое – даже под прозрачным лаком оно почернело от времени. Общий стиль такой… легкий. У медведей – гораздо тяжелее. И общий сюжет у косолапых – охота, сражения, баталии. Ну, любители меда – ребята воинственные, да.
Как только Майка скинула свои сандалии и вступила белоснежными носочками на до блеска натертые воском доски пола, ее поведение изменилось. Теперь это, действительно, была серьезная жрица, отправляющая ритуалы, а не легкомысленная ветреная подружка медведицы. После приглашающего жеста мы с Ханой тоже сняли обувь и последовали за ней.
Под крышей оказалось ощутим теплее, чем снаружи. Пар изо рта уже не вырывался, а доски не холодили ступни. Храмовый комплекс лисиц располагался на небольшой возвышенности, и сейчас через одну из «открытых» стен открывался прекрасный вид на «язык» леса и на город Банбу по обе стороны от этого «языка».
А дальше, до самого горизонта – полноценный лес. Как-то умудрились люди основать город в одной из немногочисленных лесистых местностях этой провинции. И не вырубить этот самый лес в процессе строительства. Или лисы не дали? Или лисы лес восстановили после вырубки, поспособствовав бурному росту деревьев? Кстати, вполне может статься, что город основали как раз лисы, а не люди. Вот уж что было пропущено в нашем домашнем образовании, так это древнейшая история. А вот политическая история последних пяти сотен лет – это пожалуйста – могу перечислить всех императоров, годы их правления и некоторые пикантные подробности из увлекательной жизни Двора.
– Позвольте ваш лук, уважаемый Лю Фан!
Двумя руками протянул лук, который был принят с таким же церемонным поклоном.
– Как обычно? – При этом деловито осведомилась Майка. – На меткость?
– Нет, уважаемая сестра. Меткость у меня своя и к этому шедевру отношения не имеет. А вот увеличить силу, крепость и скорость, что вложил в этот лук мастер, сделавший его, а также защитить этот лук от моего неосторожного обращения – это я считаю более правильным.
– Оу! – Майка довольно покивала. – А мне казалось, что люди подзабыли уже эту затертую до дыр старую истину…
– Что за истина? – Заинтересовалась Хана.
– «Стреляет – лук, но попадает – лучник». – Процитировала Майка, задумчиво рассматривая клеймо. – В том смысле, что не надо свою криворукость перекладывать на лук. Надо же… лучная мастерская Гуна все-таки смогла пережить кризис! Эта Майка будет надеяться, что юный мастер Гун таки заглянет в наш храм, дабы мы смогли отблагодарить его за усердие и возрадоваться вместе с ним покорению им очередной ступени мастерства!
Хм… передать, что ли, юному мастеру Гуну эту радостную весть? Лисицы его практически приглашают в свой храм… и, сдается мне, вовсе не чай пить. Ну, не только чай. Скорее, ему предложат хапьян. Утром. В постель. Когда из-под многочисленных лисьих хвостов выкарабкается. Но в том-то и дело, что прямо никого пригласить в храм лисы не могут – в храмы люди ходят добровольно, по собственному желанию. А вот так, намеком, через третьих лиц – вполне допустимо. Не зря же Майка об этом упомянула в нашем присутствии?
– … заодно, поспособствовать восстановлению численности столь замечательного рода лучных мастеров!
Ну, да – вполне конкретно и прозрачно так намекает… И я с ней согласен – парню надо развеяться, а то за своими луками так других радостей жизни и не познает. Да и бледно он выглядит – наверно, из мастерской даже на улицу не выходит – только на рынок иногда двоюродного деда сопровождает.
Майка аккуратно положила лук на невысокий каменный алтарь из старого кое-где покрошившегося камня, выровняв его по каким-то своим соображениям.
– Если на крепость, силу и скорость, то потребуются в том числе и стрелы. – Задумчиво решила жрица. – Кладите сюда, на алтарь. Можно прямо в колчанах. Хана, твой лук заговаривать?
– А давай! Фан-Фан обещал меня научить пулять из лука!
– Но это будет чуть-чуть дороже… – Тонко улыбнулась жрица. – И я вовсе не про плату за обучение стрельбе из лука – судя по некоторым признакам, порядочная юная дева уже оплачивает свое обучение у этого молодого человека.
– Вот же заразы рыжие! Жадность ваша…
– Но-но-но! – Погрозила пальчиком Майка. – Ты в храме Преподобной, косолапая! Не забывай!
– Пф! – Хана показательно зевнула… скромно прикрывшись рукавом платья.
– Ответственный Лю Фан может снова встретиться с создателем этого лука. – Намекнул я. – И передать ему не только свое восхищение этим замечательным оружием…
Майка недовольно цокнула языком:
– Договорились. Тогда лук Ханы – бесплатно.
– И в полцены за все остальное… – Предложил я.
– Оу… а этот Лю Фан точно уверен, что среди его достойных предков не было кого-то с рыжим хвостом и ушками?
Я пожал плечами – от отца вполне можно было ожидать «сюрприза» в этом плане.
– Просто этот благодарный Лю Фан беспокоится о здоровье мастера луков Гун Жонга. Юному мастеру не помешает вмешательство умелых целителей… и участие целительниц.
– Ах, как же приятно встретить признание наших скромных умений! – Порадовалась Майка, вставая перед алтарем.
Церемония началась, когда лисица запела и совершила первые движения ритуального танца с двумя большими веерами… кстати, вполне боевыми – с усиленными металлом спицами и острыми лезвиями-кромками. Одновременно ее одеяния взметнулись, будто от ветра… «засветив» две стройные очаровательные ножки и целых пять лисьих хвостов… Мы тут, оказывается, чуть ли не с настоятельницей храма шуточками перебрасывались! Или, по крайней мере, помощницей настоятельницы. С другой стороны, а какие еще знакомые могут быть у дочки верховной жрицы Предка истовых поклонников меда? Маж-ж-жоры!
– Фан-Фан! – Прошептала Хана. – А как ты его назвал? Вы ж, мальчики, постоянно своим игрушкам имена даете.
С удовольствием продолжая наблюдать за грациозными и выверенными движениями лисицы, я зашептал в ответ:
– Имя у оружия появляется само, никто его специально не придумывает. После достаточно длительного использования оружия имя как бы всплывает в голове. Или неожиданно ловишь себя на том, что разговариваешь со своим оружием… естественно, обращаясь к нему по имени. С освященным оружием, к слову, такое происходит куда чаще. С моим «Шепотом» на пятой или шестой охоте так случилось. Мать рассказывала несколько историй. Поучительных. Из них выходило, что штука эта в некоторых случаях опасная. По ее мнению, нельзя привязываться к оружию и нельзя давать ему личность. Как правило, выходит боком.
– Ну… мудрая у тебя матушка, чего уж там… Жалко только, что при восседании на трон вся мудрость концентрируется где-то между троном и задницей… – И перехватив мой взгляд, торопливо уточнила. – Это не я! Это мама так сказала!