Ловчие (СИ)

И почему я вдруг провалился вглубь реальности? Надо же, как почуял, что рядом где-то сущность… Может, дело в Духе моего рода? Велес ведь бог охоты у восточных славян… Или животных ли, я толком не помнил.
Я ещё размышлял о произошедшем, когда автоматические стеклянные двери разъехались передо мной, окатывая волной из смеси дорогого алкоголя, женских духов и ароматических свечей. Но внутрь я так и не шагнул.
Лысый мачо как ни в чём не бывало пританцовывал в толпе загорелых и красивых людей. Это был его дом, без всяких сомнений. Я видел его прямо перед собой, а лихо оставалось неподвижным чучелом, не предпринимая вообще ничего. От злости я рывком затормозил реальность, чтобы спящие не мешались под ногами. К чёрту лихо! Сил мне хватит и своих.
Но так и остался стоять на месте, разинув рот. Потому что Андрей, херов змеемачо, убивший мою семью и накликавший на мой город смертоносный холод тоже превратился в бестолкового болвана.
Андрей был спящим.
  
Глава 17
 
Вид с той скалы прямо просился под кисть хорошего художника. Лены, например. Она ведь только портреты домой носила, а в мастерской у неё было всё: от натуралистических пейзажей, прописанных в мельчайших деталях, до сюрреализма, достойного усов Дали. Жаль, она не увидит этого - смеси реальности и её потаённых глубин, где обитают пожирающие незадачливых ловчих твари. Я брал камушек, бросал его и сразу тормозил вращение мира. Змеерыба так и не могла понять, откуда на неё покушаются, но и попасть пока ещё не удалось - уплывала. О жизненной энергии я не беспокоился. Я больше вообще ни о чём не беспокоился.
Вот как такое могло произойти? Не умом ли я двинулся? Я же своими ушами слышал телефонный разговор Андрея, где он фактически признался в убийстве моей семьи. Он и о Серёге, брате моём, говорил. О его принадлежности к одному из родов Вотчины. Исчезновению Андрея из полузатопленной машины нет других объяснений, кроме действия таланта какой-то водной сущности, да хоть бы и вон той, что внизу в ручье плавала. Да я ведь в самолёте ощутил, когда он использовал талант! Лихо же реагировало! Было же! И тут такое…
Камень завертелся и угодил совсем рядом с гадиной. Она даже не отреагировала - привыкла. Утерял интерес и я, закурив очередную сигарету.
Полиция и скорая приехали быстро. Тусовку пришлось разогнать. Ещё бы, такое дело - в ручье утонула одна из гостей. Правда, никто не помнил её, да это дело пятое. Андрею пришлось с полчаса объясняться со служителями закона, но убедить их удалось, и он не поехал в участок. Связи, видимо, у него было неплохие.
Ничего в жизни странней я не испытывал. Когда утихла шумиха и разъехалось большинство гостей, Андрей подошёл ко мне и заговорил. Спросил о здоровье, где брал ром, которым отравился. Поинтересовался о том, где я родился, где вырос. Учился, служил, работал, кто мои друзья и коллеги, братья и сёстры. Где моя семья спросил.
Он пытался меня… вспомнить.
Почему лихо так подвело меня? Почему Андрей вдруг перестал быть отмеченным? Дело ведь не в том, что он внезапно оказался спящим, нет. И спящие могли быть убийцами, чего уж…
Я вошёл в храм и глянул на экран одноглазого.
“Талант 1-1. Постоянная тяга к отмеченному, если отмеченный использует талант сущности, незамедлительно становится известно его точное местоположение. Придаёт против отмеченного неодолимую силу, скорость и ловкость. В качестве отмеченного может быть только совершивший убийство по своей воле человек”.
По своей воле…
Я смял сигарету и встал. Злость смолой кипела где-то глубоко-глубоко, но вот-вот была готова выплеснуться наружу, подобно вулкану. По своей воле! Вот, сука, в чём причина! Всё ж на поверхности было, а я…
Выходит, лихо тянулось к нему всё это время только потому, что отмеченным Андрея сделал патриарх! Передал, так сказать, по наследству. А когда “увидело” воочию - уснуло. Другого объяснения не было.
Андрей не выбирал подрезать наш “Опель” на Литейном мосту или нет. Это за него сделал кто-то другой. И я догадывался, кто. Та баба, с которой он скулил по телефону. Каа, мать её.
— Спускайся, ты чего там расселся? - крикнул снизу хозяин дома. - Местные не любят, когда кто-то из моих гостей на этой скале сидит. Полицию вызывают. Священное, мол, место. 
Забавно, если затормозить реальность, можно было увидеть, что он стоял в каком-то метре от плотоядной рыбины, и та вообще никак не реагировала. Интересно, что это за сущность такая?.. И почему эта скала священная для тайцев?.. Хотя не, не интересно. Насрать, если быть до конца откровенным.
Я кивнул и пошёл вниз. Оставалось разве что вискаря нажраться, потому как дальнейшего пути я не видел. Не было его, дальнейшего пути. Вот что мне оставалось делать? Пытаться разговорить Андрея? Так он сам делал это за меня с завидным энтузиазмом. На моложавом лице прямо читалась мука от того, что ответ о нашем с ним знакомстве рядом, вот он - рукой подать, а не достать никак.
— Они полицию вызывают, говорю же, - дружески похлопал меня по плечу Андрей. Рука у него была неподъёмная, каменная. - Я когда тут землю брал, долго с гражданством мурыжили, мешали оформить. Потом и строить не давали всякие чудики. Тут, мол, дух какой-то обитает, представляешь? - посмеялся он не очень естественно. - Какой только херни не выдумают, лишь бы русским землю не продавать! И это я уже два года как был подданным королевства!
— А ты не веришь в это?
Андрей скосил на меня маленькие чёрные глазки, показательно усмехнулся и потёр подбородок-ледокол. Я заметил кое-что интересное в этом взгляде. Сомнение.
— Какая разница, во что я верю. Я может потому и тут, что не хочу больше ни верить ни во что, ни думать ни о чём, ни искать. Хватит. Родина? Флаг? Нахер всё! Виски, брат. Но, - он выставил палец, - только из проверенных источников.
— Угу, - рассеяно покивал я. - Правда в вине...
Мы прошли опасно близко от места, где шевелила отростками змеерыба, и я на всякий случай посторонился. Проверять, вынырнет ли она не особо хотелось. Андрей опять покосился на меня. И вдруг остановился.
— Знаешь, я раньше в мистику особо не верил. Но… - подбирая слова, он вдруг посмотрел на змеерыбу. Я готов был поклясться, что Андрей глянул прямо в остекленевшие глаза твари! - С недавних пор кажется, что тут правда обитает… что-то. Ладно, пойдём. Расскажу такую забористую хрень - не поверишь! Ты, кстати, как к травам относишься?.. После отравления самое то, поверь! Я медицинский в Питере заканчивал.
Мы устроились на террасе: хозяин дома с вискарём, я же осторожничал - пил некрепкий зелёный чай с теми самыми тайскими травами, о которых он говорил. Ежесекундно казалось, что это всё умело разыгранный спектакль, что ещё мгновение, и он прыгнет на меня и задушит, криво ухмыляясь. Я иногда перепроверял его, проваливаясь вглубь реальности, но натыкался лишь на пустой неосмысленный взгляд спящего. Делений жизненной энергии оставалось три, и я прекратил бессмысленные попытки его подловить.
— Мне иногда снится такая муть, - он отхлебнул виски. - Это если говорить про мистику. Мы же о мистике говорим? Вот. У тебя бывало ощущение, что внутри тебя есть что-то… есть кто-то… бля, как бы это…
— Посторонний?
— Во, - он ткнул в меня оттопыренным от стакана пальцем. - Точно.
— Было. Давно как-то, но было, да, - слепил на ходу я, затаив дыхание.
— А у меня такое постоянно. Во сне. Почти каждую ночь мне снится, что внутри меня какая-то холодная тварь. Ползает по нутру, скребётся о рёбра, щупает там всё какими-то отростками… Фу, сука… Но самое жуткое не это. Самое жуткое, Костя, это начало сна. То, как гадина эта во мне оказывается.
Я молчал. Ждал, пока он расскажет всё до конца, но тут ему позвонили. Андрей встал и принялся расхаживать по террасе, громогласно решая вопросы бизнеса, а я весь обернулся терпением, медленно поглощая чай. В эту минуту я целиком и полностью прочувствовал народную китайскую мудрость о том, что сидя у реки рано или поздно дождёшься проплывающих по ней трупов твоих врагов.