Продана замуж

В один миг просто сорвусь и не смогу контролировать эмоции.
Я уже таю… Поэтому, перед побегом, и нанёс ей контрольный удар со второй женой!
Думал, она не сможет этого пережить, сделает что-нибудь с собой.
Хрупкая куколка оказалась намного сильнее, чем я думал.
Особенно внутри. А не снаружи.
Несколько напряженных минут, мы оказываемся в больнице.
София и правда беременна. Ребёнку грозит опасность.
Пора принимать решение!
Что мне выбрать?
Убить? Или пощадить?
Если оставлю этот плод, то замараю грязью светлую честь родителей.
А если избавлюсь?
Смогу ли потом жить нормально?
С этим грузом дерьма?
Я убью маленького человека.
Своего…
Каким бы он ни был, он и моя кровь тоже!
Я выдыхаю. Какой сложный выбор.
Нервно тру переносицу пальцами.
Есть ведь другой выход…
На ум приходит идея!
Это лучшее, что я могу придумать, чтобы угодить всем.
— Решение принято. Я хочу…
Откашливаюсь.
Адски борюсь с демоном внутри!
И он… проигрывает.
Но проигрывает на время.
Потому что то, что я скажу Софии после того, как её состояние улучшиться, шокирует вдвойне.
— То есть я хочу оставить этого ребёнка.
— Правда?
В ясных глазах вспыхивает блеск радости.
Вытаскиваю свою руку из цепкой хватки девчонки, направляюсь к выходу.
— Да. Отдыхай, ни о чём не волнуйся.
Озвучив это, покидаю кабинет. Несколько часов провожу в приёмном отделении, а потом врач зовет меня в палату, в которую определили жену.
— Всё в порядке. Состояние стабильное, угроза миновала. Можете зайти.
Кивком поблагодарив врача, я вхожу одноместную палату с недешевым ремонтом и оборудованием. Мою супругу определили в самое лучшее место в городе и обслужили самые лучшие врачи. Средств я не пожалел за услуги.
Вхожу, замираю напротив худенького тельца, которое лежит в постели, натянув до шеи одеяло. Только рука одна с бледной, почти белой кожей, выглядывает из-под одеяла. А в ней игла торчит с трубкой.
Я долго думал над проблемой, в итоге, пришёл к идиотскому решению, но не могу иначе. Пусть поймёт, примет. Придётся смириться.
— Карим, я… спасибо тебе большое, — щеки девчонки заливает лёгкий румянец. Она слегка приподнимается на локтях.
Рано радоваться. За такое не нужно благодарить!
— Хорошо, что ты решил оставить нашего малыша. Мне, конечно, не понятны твои мотивы… плод развивается без патологий, врачи проверили. У меня нет в роду серьёзных заболеваний. Так почему?
Нашего…
Ты ошибаешься!
Не будет никакого нашего!
Так не должно быть!
Это неправильно…
Губы дёргаются, обнажая оскал, меня накрывает ураганом злости и ярости. За голову хватаюсь, выкрикивая резким тоном:
— Не хочу детей. Ребёнок — помешает моей карьере. Он станет мишенью для моих конкурентов. А у меня много недоброжелателей.
Что за бред я несу?
Лишь бы правду не узнала!
— Как это? — с удивлением пучит глаза.
— У меня есть друг. Он мне как брат родной. Они с супругой давно мечтают о детях, но у них уже сколько лет ничего не получается.
— Нет, Карим! Нет! На что ты намекаешь?
Обхватывает живот руками, как бы защищая.
Но я уже всё решил… Мнение не поменяю!
Пусть скажет спасибо, что вообще в живых оставил, запретив аборт.
— Да, София! Ты станешь суррогатной мамой для моего друга. Родишь — отдашь ребёнка им. Точка.
  
Глава 26.
 
— Решение принято. Я хочу…
Пауза.
Я не дышу.
Как будто сейчас умру.
Как будто меня казнят насмерть!
— То есть я хочу оставить этого ребёнка.
— Правда?
Резко голову вверх запрокидываю, глядя на мужа с лёгкой улыбкой на лице.
Неужели!
Неужели я победила!
Хотя бы раз мне удалось повлиять на ход событий!
Мой голос учли! Впервые…
Это очень хороший знак.
У меня получилось! Почти получилось укротить зверя, растопив лёд в каменном сердце.
Впереди ещё много работы, но результат есть. Такими осторожными шажками я буду двигаться к вершине своей цели.
Карим уходит, а я счастливая, закрываю глаза, вытирая слезы ладошкой. Сейчас я плачу не от грусти, как привыкла за последнее время, а от непередаваемой радости.
 
Обследование заканчивается, меня переводят в палату, чтобы позаботится о лечении. Живот уже не хватает… Мне ставят катетер и вводят в вену препараты.
Спустя некоторое время я засыпаю, отпуская волнения. Когда просыпаюсь, сонная, вижу Карима, стоящего на пороге палаты.
Он смотрит на меня очень внимательно, нахмурив лоб. Грозный взгляд не сулит ничего хорошего. Этот взгляд я боюсь как приговора божьего…
У него глаза не человека, а зверя. Никак не могу с этим смириться и привыкнуть.
Заметив моё пробуждение, Карим направляется к кровати. Становится передо мной словно высоченный утёс, произносит тоном, полным холодного металла:
— Нужно поговорить. Тебе уже лучше?
— Лучше, — сжимаю пальчиками мягкое одеяло. — Врачи меня осмотрели, выделений больше нет… С ребёнком всё хорошо.
Боже, как же мне хочется, чтобы Карим меня обнял. Чтобы изменился. Вот прямо сейчас! Навсегда.
Стал бы таким заботливым, как в машине, как тогда, когда меня на руках нёс, умоляя потерпеть, когда на охранников орал и приказывал гнать машину в больницу.
— Хорошо, — сухо отвечает. — Я много думал и принял решение, надеюсь и ты тоже его примешь и поймёшь.
На языке разлился неприятный привкус горечи.
Я задержала дыхание.
Не нравится мне этот разговор, как будто он сейчас снова оторвет мне крылья, лишив веры на лучшее.
— Говори…
Пауза.
Мужчина прочищает горло.
Бьёт наповал!
— Не хочу детей. Ребёнок — помешает моей карьере. Он станет мишенью для моих конкурентов. А у меня много недоброжелателей.
— Как это? Но ты же сказал! Что оставим…
— У меня есть друг. Он мне как брат родной. Они с супругой давно мечтают о детях, но у них уже сколько лет ничего не получается…
Парализующий ужас ползёт по от пяток, поднимаясь все выше и выше. К самому сердцу… И выкручивает его узлом.
— Нет, Карим! Нет! На что ты намекаешь?
Обхватывает живот руками, как бы защищая.
Но я уже всё решил… Мнение не поменяю!
Пусть скажет спасибо, что вообще в живых оставил, запретив аборт.
— Да, София! Ты станешь суррогатной мамой для моего друга. Родишь — отдашь ребёнка им. Точка.
Я открываю рот и захлопываю. Открываю и захлопываю.
Спятил? Да что ж ты за человек такой? Карим!
Почему-то я ему не верю. Он опять пытается меня запугать, показать кто здесь лидер и кого следует бояться как конца света.
Нет, я не плачу, не швыряюсь вещами в захлопнувшуюся дверь, никак практически не реагирую, потому что привыкла к подобным выходкам. У меня уже выработался иммунитет.
Ничего он такого не сделает!
Энергетический вампир!
Как же я сразу не догадалась?
Карим такой человек, который неосознанно причиняет людям боль, чтобы питаться их страхом, болью, отчаяньем… Из-за того, что наверно его в детстве не любили. Про детство мужа я не знаю все правды. Лишь то, что рассказывают статейки в журналах и посты в социальных сетях.
Потому что кто-то так же бездушно обошёлся с ним однажды.
Но как узнать о его прошлом?
В интернете кучи статей, но почему-то я им не верю. Они были написаны профессионалами под диктовку.
Он ещё изменит своё решение. Я это точно знаю!
Впереди столько месяцев…
Айсберга кусок! Опять погорячился не подумав.
Карим что-то от меня скрывает, я это выясню. Буду стараться!
Если не можешь смириться с горькой ситуацией, попробуй с ней подружиться. Если я не могу смириться с тем, что не могу подать на развод и уйти, то мне придётся искать другие варианты. Быть сильной, биться за своё счастье, стараться помочь этому несчастному, лишённому счастья и тепла человеку.