Время бусово (СИ)
При каждой беседе князь Дажин не забывал упомянуть и о Бусе. Его не только, как отца, интересовало взросление и развитие ребенка, но и давние слова древнего волхва о божественном предназначении Буса, по-прежнему, не давали спокойно жить. Вот и на этот раз он не напря-мую, а вскользь поинтересовался Бусом. И Златогор, не единожды объ-яснявший ему, что все люди сотворены по подобию божескому, а, зна-чит, не лишены божеского начала, только неизвестно никому, когда эти начала проявятся в жизни: в детстве, в юности или же в глубокой ста-рости, вновь отделался общими фразами. Мальчик рос, как мальчик: в меру подвижный, в меру шумливый со своими сверстниками, смышле-ный, с хорошей памятью. Успешно постигал все то, чему его учили ро-дители и он, Златогор.
— Злата воодушевляют Веды и подвиги лиц духовных: жрецов, фи-лософов, историков, поэтов. Бус же, — отвечая на вопрос Дажина, про-должил волхв, — больше интересуется деянием великих полководцев древности. Их жизнью. Так что пока предсказания волхвов сбываются. Видно, предначертано ему свыше быть воином и полководцем. Но пока он — всего лишь ребенок. И не будем забывать об этом, князь.
В разговоре с Дажином один на один, без посторонних, Златогор не употреблял определений «светлый» или «великий». А сейчас проис-ходил именно такой разговор. Так как от общего стола, за которым ве-селились, поздравляя князя и княгиню, приглашенные гости, установ-ленного на летней веранде, обвитой плющом и лозами виноградника, они удалились в небольшую беседку, расположенную так же в просто-рном дворе князя, но поодаль от основных жилых и хозяйственных по-мещений.
При посторонних он бы непременно упомянул эти титулы Руско-ланского князя, чтобы даже намеком не подрывать его авторитет среди сородичей и одноплеменников.
Помолчали, думая каждый о своем.
— Знаешь, — первым нарушил затянувшееся молчание Дажин, — со-бираюсь воев к берегам Ра-реки повести в этом году, ближе к холодам, когда все полевые работы будут окончены, и зерно станет храниться в закромах… Племена хуннов просачиваются на наши порубежья. Скот воруют, русов и берендеев обижают. Полон берут…
— Хорошо задумано, — поддержал без каких-либо колебаний Злато-гор. — Только приготовиться надо к походу как следует, чтобы ненаро-ком поражение не понести. Боги любят сильных и подготовленных. — Высказался, и глаза его хищно сверкнули на продолговатом аскетиче-ском лице.
— Подготовимся, время еще есть…
— Да поможет нам Перун громовержец в благих начинаниях! — Ис-тово промолвил волхв, подняв руки к небу.
— Я почему речь о том завел, — продолжил Дажин, — я думаю Буса и Злата в поход сей с собой взять. Пусть привыкают к боевой обстановке. Пусть на конях поскачут, да мозоли на задах натрут. Пусть запахом ды-мов бивуачных пропитаются. Не все же время им штаны на скамьях в храме Божьем протирать. Как мыслишь?
— И это верно, — вновь согласился волхв. — Впрочем, бери всех мо-их учеников и меня с ними заодно. Будем науку воинскую на деле по-стигать, а не на тренировочных ристалищах.
Уже пару лет, как Бус и его товарищи не только постигали Веды и прочую премудрость, но под руководством опытных воинов проходили обучение боевому искусству, чередуя ученые беседы, уроки грамоты и счета с уроками борьбы, плавания, стрельбы из луков, сражению на ме-чах как в конном строю, так и в пешем.
— Добро, — засмеялся князь лукаво. — Впрочем, мне ли не знать, ка-ков из тебя воин! Ты и мечом владеешь не хуже чем словом.
— Так я не о себе речь веду, а о своих подопечных мальцах, — скромно заметил Златогор, но голову долу не опустил, лишь слегка на-клонил ее в знак внимания к собеседнику. Отчего седые волосы, схва-ченные на голове серебряным обручем — символом ведической власти, испещренном руническими надписями, — рассыпались по плечам.
— И я о том, — вновь улыбнулся князь.
— На кого же град и вотчину думаешь оставить на время похода? — поинтересовался прагматичный волхв. — Мир не любит пустоты…
— Думаю, что супруга моя, Ладуня, подобно древним воительницам нашим, справится, — ответил князь, посмотрев в глаза волхва, словно желая увидеть в них истинный ответ, а не тот, который предназначен для его ушей.
— Что ж, — отозвался волхв, поразмыслив, — выбор не самый худ-ший. Русколань будет находиться в руках хоть и нежных, но верных и крепких. Это хорошо…
— Вот и я так же мыслю, — улыбнулся Дажин, окончательно сбра-сывая внутреннее напряжение.
— Тогда пора идти к гостям, — просиял своими зелеными глазами и Златогор, — а то еще обидятся: каков хозяин, пригласил к застолью, а сам взял да и ушел.
И они, продолжая тихо общаться между собой, направились на ве-ранду, к праздничному столу, вокруг которого слышался веселый гомон подгулявших гостей, попробовавших не только сурицы славянской, но и греческих вин.
Вина были так изобильны и хороши на вкус, а внимание хозяйки так обходительно, что многие даже не заметили, как князь и волхв по-кинули праздничный стол, уединясь для превратной беседы. Возможно, и заметили, но проявили тактичность и рассудительность, присущую взрослым людям. Ведь за праздничным столом сидели мужу известные, много повидавшие и познавшие в мире Яви и Прави, а не дети каприз-ные, взбалмошные, сующие свой нос куда не след.
— За князя с княгинюшкой! — увидев приближающегося князя, вы-крикнул кто-то из гостей. — За дом их гостеприимный!
— За Русколань и ее народ! — отозвался Дажин, поднимая серебря-ный кубок, наполненный сурьей и поданный ему с поклоном одним из нарядных отроков, обслуживающих званый пир.
УЧЕНИЧЕСТВО
Следующий день был посвящен занятиям по письму и цифири. Златогор объяснял, а его ученики прилежно водили палочками по наво-щенным дощечкам, выводя значки и символы. Если же они допускали ошибки, то плоским концом палочек стирали ранее написанное, чтобы вновь на этом месте вывести правильный значок.
— Старайтесь, старайтесь, — время от времени подбадривал питом-цев волхв. — Ибо ученье — свет, а неученье — тьма египетская…
Не только славянские Веды почитывал волхв Златогор, но и свя-щенные книги других народов были ему ведомы… И детишки стара-лись, склоняя от усердия головки над доской и прилежно работая ост-рыми кончиками палочек.
Когда обучение письменности на данный день было окончено, и Златогор разрешил ученикам отправляться домой к родителям, то они и не думали расходиться.
— Идите, идите, — напомнил им Златогор, — на сегодня обучение окончено. Или что-нибудь непонятно?
— Учитель, — обратился Бус, как старший по возрасту, — не могли бы вы нам еще о дальнейшей истории русичей рассказать?
— Так о том мы поговорим на следующих занятиях, — стал объяс-нять Златогор. — Немного обождите, и все узнаете. А пока побегайте, пошалите — детям это просто необходимо. От движения силы прибав-ляются. Древние греки специальные состязания по силе и ловкости про-водили, Олимпиадами называемые. На них они и боролись друг с дру-гом, и копья на дальность метали, и бегали на расстояния, и из луков по целям стреляли, и диски бросали, кто дальше бросит. Так что и вам по-лезно побегать, да пошалить немного, а то от всех наук моих еще, не дай Бог, хилыми да немощными станете. Кто же тогда Русколань от во-рогов оборонять будет?
— Мы! — твердо заявил Бус. — Мы! — И добавил: — А вы, Учитель, нам все-таки поведайте о прошлом наших пращуров.
— Или хотя бы о том, были ли Олимпиады на Руси? — поддержал брата Злат.
— Поведайте, поведайте, — подхватили остальные. — Мы послушаем. Мы не устали.
— Какие же вы хитрецы, — улыбнулся ласково волхв. — Что ж, де-лать нечего… Придется рассказывать.
Он помолчал, собираясь с мыслями. Притихли и его ученики, при-готовившись слушать захватывающие истории из жизни предков.
— Раз вы просите, — заговорил Златогор, — то расскажу я вам о готах или гетах, как еще по-иному зовут готов. Ибо они в настоящее время самые что ни на есть опасные соседи Русколани. Я уже упоминал, что готы образовались от тех родов Кисека, которые не пожелали жить вме-сте с родами отца Яруна.