Новые земли (СИ)

Через несколько сотен шагов Акар, найдя среди болота сухой участок земли, отодвинул свисающие ветки дерева и коснулся почвы ладонью. Это было нужно для усиления связи с внешней силой. Почувствовав, что впереди стало меньше людей, Акар нахмурился. Что-то было не так… Обернувшись, он увидел, что в отряде, который растянулся цепочкой и следовал за ним, двоих не хватает.
— Нападение! — проорал Акар и…
***
Они были настолько беспечны, что не заметили нашего исчезновения. Как и того, что прошли в считанных метрах от нас. Как я понял, их способности обнаружения действовали не постоянно, а как импульс, который требовалось ещё и запустить.
И который не особо сработал против тех, кто приложил все силы, чтобы спрятаться.
Среднестатистический покров для обычного человека невидим. Его можно ощупать рукой, но в этом нет смысла. Есть покровы, которые светятся или имеют узоры, но это был не случай дороманцев. Да и какая разница, если я-то как раз их защиту прекрасно вижу. Как и слабые места.
Знаками показал Кае, кого она должна взять на себя и куда бить. Это мы отдельно отрабатывали. Я находил слабые места и обозначал цели. Кая выбирала определенное таинство и разила с потрясающей эффективностью. Ну, должна была разить… Пока мы эту схему на практике не проверяли, начав тренироваться в этом мире. Ей достался второй противник с конца. Изначально я хотел его взять на себя, потому что он банально дальше, а мне проще будет до него добраться. Но потом увидел, что у последнего замыкающего защита куда крепче. Кае не хватит сил, чтобы быстро с ним разобраться. Да и небыстро тоже…
Скользящим шагом, двигаясь прямо по воде, я разогнался и… Сила удара напрямую зависит от скорости. А ещё от качества движения. Того самого приближения к совершенству. Движение — это не только шаги. Это всё тело, вся работа мышц, от стопы до положения пальцев, что сжимают копье. Это ритм сердца и дыхание. Это взгляд и устремленность.
Разогнавшись, я вложил весь импульс в один прокол. Он был настолько точечным, настолько малым, что грубая защита дороманца, способная выдержать таранный удар, его не заметила. Шейные позвонки превратились в труху, дороманец по инерции сделал несколько шагов и осел. С секундным запозданием второй идущий упал в тени, ушёл под воду и… Я даже пузырей не увидел. Пока остальной отряд не отдалился. Тогда да. Кая отпустила труп, и он всплыл.
Кая бросила на меня вопросительный взгляд. Показал ей, что отходим, прячемся и готовим совместную мощную атаку.
Мы успели подготовиться как раз в тот момент, когда, пройдя ещё немного, старший группы, как я его определил, коснулся земли. Дернулся, вскочил, увидел пропажу своих и закричал.
— Нападение! — раздался мощный вопль.
В таких случаях первое, что делают, — это усиливают защиту и оглядываются. Разумное поведение, не поспоришь. Но не в том случае, когда в тебя летит здоровенный темный шар, скрывающий внутри световой заряд.
Сквозь зажмуренные веки, отвернувшись, я и то разглядел вспышку. Мощно Кая вдарила. Выше головы прыгнула.
Об этом я подумал, уже начав двигаться. До отряда шагов тридцать-сорок было. До ближайшей ослепленной цели. Дороманец, вооруженный обычным деревянным щитом и мечом, выставил их перед собой и крутил, надеясь, что ему это поможет. Я зашёл ему в бок. Один удар — и копье вошло в щель между броней, пробило покров и оставило рану. Это его не убьет сразу, но задержит, отвлечет и ослабит.
Рядом пронеслась Кая. Не всех ослепило. Их она накрыла темнотой и набросилась с мечами. Какой-то худощавый парнишка, что подвернулся ей, сначала расстался с рукой, а следом и с правой ступней. Та повисла на лоскуте мяса, когда он, неуклюже падая, задрал ногу.
Я эти детали не специально выхватывал. Восприятие так обострилось, что удавалось ощущать поле боя разом, объёмно. Так-то я не смотрел на то, что Кая делает. Двигался уже к следующему противнику.
Ему удар пришёлся по глазам. И снова я не задержался, двигаясь к лидеру, тому самому, что нас выслеживал.
Только вот и он просто так дожидаться нас не хотел. Зрения он временно лишился, но это не помешало ему упасть на колени прямо в воду и опустить ладони под неё. Сухой участок земли находился совсем рядом с ним, но, ещё когда заметил нападение, к болоту шагнул, а потом и вовсе не в ту сторону ступил. Но, может, это и неважно было. Может, ему слой воды не мешает со стихией работать.
 
В тот момент, когда прямо из воды поднялось облако мокрого песка, я понял, что да, не надо. До того, как оно защитило его и спрятало, я на полной скорости врезался в мужчину. Он был крепким. Пусть и старым, но твердым, как скала. А я был тем, кто такие скалы в качестве разминки на руках вверх по стенке таскает.
Дороманца смяло, откинуло, и я пролетел прямо над ним, успев выпадом достать ещё одного…
Когда мы с Каей отступили, выжившие сбились в кучу, закрывались щитами, и пытались разобраться, где мы находимся.
— Удачно вышло, — сказала девушка. — Могли попробовать и добить всех разом.
— Не. Слишком крепкие, — покачал я головой.
Чтобы убить готового к бою противника, ещё и одним ударом, надо постараться. Практики не идиоты. Жизненно важные места они защищают в первую очередь. Поэтому бить по тем же глазам зачастую не имеет смысла. Имею в виду стандартными способами. Куда легче пробить в бок или ногу, где плотность покрова ниже и нанести рану проще. Это в тех случаях, когда не уверен, что превосходишь противника на голову.
А так, если подводить итоги, мы убили ещё двоих, а из выживших всего один не получил раны. Тоже молодой парень. Он запаниковал, оступился, плюхнулся и ушёл под воду. Что его и спасло.
— К тому же… — произнёс я.
Раздался первый вскрик, и один из дороманцев повалился. Забыли они, где находятся. А может, не забыли, но не успели что-то предпринять, отреагировать.
Вокруг болота. Это не самая простая территория. Подводные стебли, мало того что их плохо видно, ещё и поживее своих собратьев будут. Почуяв кровь, они сразу потянулись к отряду. Со всех сторон. Кричал тот, кого схватили за ногу. Почуяв рядом плоть, стебли умели стремительно вцепляться в неё. На концах у них шипы с зазубринами, если добрались до тела, только с мясом выдирать.
Дороманца спасли. Стебли обрубили. Но они и дальше будут тянуться. Отряду придётся либо постоянно двигаться, либо тратить силы на обрубания.
— Расходимся, — сказал я Кае. — Будем атаковать по очереди, выжидая подходящий момент.
Наши противники ещё не знали, что уже мертвы. Больше не будет таких рисковых сражений. Мы их измотаем и уничтожим поодиночке.
***
Наш отряд догнали в тот же вечер. Встретили нас по-разному. Куге приветственно рукой махнул, Гаврил цепко осмотрел. Резано и Хала спокойно прореагировали, будто наше возвращение — что-то обыденное.
— Вопрос решен, — сказал я.
— Решен… Насколько? — осторожно спросил Гаврил.
— Да подошли мы к ним, — ответила Кая. — Поговорили, оказалось, нормальные мужики, просто мимо проходили. Ну и дальше пошли.
Гаврил хмыкнул, но уточнять не стал. Я тоже ничего больше не сказал. Тот самый случай, когда всем всё понятно, но лучше не прояснять ситуацию. Зачем нам лишние слухи? Я верил, что отряд Гаврила не будет трепаться на каждом углу, но… Пять человек — это пять человек. Где-то кто-то ляпнет, и всё, станет широкой общественности известно, что всего лишь вдвоем мы завалили десять опытных охотников.
— Интересно, что это у вас за варварские земли такие, — единственным, кто не удержался от комментариев, был Куге.
— Так они оба деревенские, — невозмутимо ответил Резано. — Жили на отшибе.
— Деревенские? — неверяще переспросил Куге.
Да и остальные как-то странно на нас посмотрели.
— Сам не поверил, когда узнал, — усмехнулся Резано. — Но что есть, то есть.
— Какие-то проблемы были, пока шли? — перевёл я тему.
— Нет, — ответил Гаврил. — Если нас никто не преследует, можно сбавить темп.