Андердог - 2 (СИ)
Неизвестных было четверо. Они расположились на опушке за стволом широкого дерева. Все мужчины. Уровни от девятого до одиннадцатого. Один с широким круглым щитом и топором, остальные лучники.
О чем-то не таясь переговариваются, постоянно указывая пальцами на частокол и ворота.
Хутор на первый взгляд, как будто вымер. Но Обжору не проведешь. Внутри, за стеной притаились двое. Мужчина и женщина. Готовы к нападению. Кроме того, кот доложил, что вокруг много детских следов. Значит в самом доме прячутся, как минимум двое или трое детей.
Тем временем, неизвестные, наконец, пришли к какому-то соглашению и начали действовать. Один, самый тощий, под прикрытием деревьев последовал в обход поляны.
Щитоносец, дождавшись, когда его товарищ скроется из вида, поднялся во весь рост и шагнул в сторону ворот. Оставшиеся двое, приготовив луки, заняли позиции за деревьями.
Если я правильно все понял — в лоб атаковать не решились. Будут отвлекать защитников хутора, а тощий лучник, тем временем, попытается перелезть частокол с противоположной стороны.
— Эй, хозяева! — крикнул зычным голосом воин. — Впустите мирного путника переночевать?!
Не дождавшись ответа, он с насмешкой громко спросил:
— Чего молчите?! Или в этих землях не принято быть гостеприимными?!
Его хриплый голос напоминал звук трущихся друг о друга деревяшек.
Я услышал, как один из стрелков тихонько хихикнул.
Из-за стены ему, наконец, ответили не менее зычным голосом:
— Это ты что ли падаль подзаборная, мирный путник?! Еще один шаг и угощу стрелой промеж глаз! Вот тебе и будет мое гостеприимство!
Лучники заерзали и переглянулись. Отчетливо различил довольные улыбки на их лицах. Рыба заглотила наживку.
Воин еще что-то громко крикнул в ответ, но я его уже не слушал. Посмотрел на харна. Кот был готов к атаке. Такой случай упускать не стоит.
На один миг в темноте сверкнула молния угря. Думаю, ее могли заметить только хозяева дома. Хотя вряд ли…
До этого хитро ухмыляющиеся стрелки, медленно сползли на землю. Харн хищным призраком скользнул к их телам. Я шагнул следом, на ходу доставая «стрекозу». Два коротких укола в шею одному… Второму… Угрызений совести нет — сволочи пришли убить эту семью.
Дело завершил харн.
Когда, пришли системные сообщения о победе, Обжора по моему сигналу бесшумной тенью растворился в кустах. Спустя несколько долгих минут, перед глазами появились очередные оповещения о гибели тощего. Облегченно выдохнул — гад не успел забраться внутрь.
Всё. Остался болтун у ворот. Он, кстати, уже заметно нервничал. Видать не понимал, почему его товарищи, до сих пор не действуют.
Наконец, хозяева дома перешли от слов к делу. На крикуна одна за другой посыпались стрелы. Тот, изрыгая проклятия, прикрываясь щитом попятился спиной к лесу.
Тяжело дыша, мужик вломился в кусты, как раз под мой «таран». Секундой позднее, выскочивший из кустов Обжора, всем своим весом обрушился на грудь здоровяку. Всё — этот тоже готов.
Из-за частокола в нашу сторону прилетело две или три стрелы. Одна опасно близко вжикнула у моей щеки. Испуганно ойкнув, упал на живот. Фух… Еще бы на два пальца вправо и в моем глазу появилось бы неприятное украшение.
Когда защитники хутора прекратили метать стрелы, харн медленно оттащил тела поверженных под укрытие деревьев. В отличие от обозников, у этих троих обнаружились кошели полные эсок. Скрижалей не было. Видимо, сразу использовали все добытое на себя. Кроме того, разбогател еще на несколько десятков серебряных и медных монет. Тяжелое оружие и части экипировки не брал — так или иначе далеко мне это добро не утащить. Не с моими показателями.
Снова прислушался к себе — обирая поверженных мной врагов — отторжения не чувствовал. Весельчак был прав — теперь эти вещи мои по праву победителя.
Тихо обошли хутор. Обжора сообщил, что защитники разделились. Женщина осталась у ворот, а мужчина перебрался к противоположной стене. Видимо, наконец, дошло, что их могли отвлекать. Правда, слишком поздно. Не вмешайся мы вовремя — тощий уже ударил бы им в спину.
Труп неудавшегося диверсанта лежал недалеко от частокола. Ему не хватило буквально метра, прежде чем Обжора настиг его.
Я тяжело вздохнул. Этого придется оставить. Наверняка, хуторянин уже заметил погибшего и приготовил свой лук.
— Всё, дружище, — шепнул я. — Уходим. Больше нам здесь делать нечего.
* * *— Вы добыли Сухой утёсник.
— Поздравляем! Вы получаете:
— Эссенция опыта (5 шт).
— Глиняная скрижаль «Травничество».
— Глиняная скрижаль Ловкости.
— Глиняная скрижаль Наблюдательности.
— Глиняная скрижаль «Владение ножом».
На мелкое невзрачное растение, наткнулся совершенно случайно во время привала. Мы как раз облюбовали с Обжорой неприметный холмик, густо заросший сухими травами и кустами. Среди которых и обнаружился сухой утёсник — нулевая трава с крайне низкой ценностью.
В отличие от серого мха, росшего большими пластами, за утёсником приходилось «охотиться». Понаблюдав немного, как я увлеченно ползаю по земле перебирая сухую траву, харн улизнул на охоту.
— Вы добыли Сухой утёсник.
— Поздравляем! Вы получаете:
— Эссенция опыта (5 шт).
— Глиняная скрижаль «Травничество».
— Глиняная скрижаль Ловкости.
— Глиняная скрижаль Наблюдательности.
— Глиняная скрижаль «Владение ножом».
— Еще один попался, — довольным голосом пробормотал себе под нос.
Насмешливый мужской голос за спиной заставил вздрогнуть.
— Как добыча?
Чувствую, как по спине пробежал холодок. Медленно, не делая резких движений, оборачиваюсь.
Буквально в двух шагах от меня замерло трое мужчин. Взглянул на уровни и помрачнел. Самый низкий — двадцать второй. Самый высокий — двадцать седьмой. Он похоже у них главный.
Окинул быстрым взглядом отличную экипировку. Помрачнел еще больше. Одеты, как скауты. Из оружия короткие клинки и составные луки. На шее у каждого по десятку амулетов. Похоже я попал в руки к лесным рейнджерам. Для этих воинов, я с моими заклинаниями, что тот балаганный фокусник.
— Ну, рассказывай, — спокойно обратился ко мне «двадцать седьмой». Взгляд льдисто-серых глаз словно пронзает насквозь. На загорелом бородатом лице косой шрам от левой брови до мочки правого уха.
Самый младший из троицы, тем временем сделал шаг и снял с моего плеча котомку. Ловко развязал тесемки и углубился в осмотр моих пожитков.
— Барахло, — прокомментировал он увиденное и швырнул сумку мне под ноги.
Несмотря на страх, сжавший мое сердце, нашел в себе силы мысленно усмехнуться. До эфемерного рюкзака вам не добраться… Только после моей смерти…
— Тебе задали вопрос, оборванец, — нахмурил густые брови третий рейнджер. Двадцать четвертый уровень. Перебитый нос. Полные губы. Торчащие большие уши. Чем-то похож на моего старого соседа, который всю жизнь проработал грузчиком в речном порту Орхуса. Поговаривали, тот любил участвовать в кулачных боях на деньги.
— Ч-что р-расказывать? — изобразив самую испуганную рожу, на которую был способен, заикаясь спросил я.
— Кто? Откуда? Что здесь делаешь? — рубленными фразами продолжил допрос «главный».
— Эрик… Эрик Бергман… Кабальный господина Бардана… Иду в Орхус…
Решил говорить правду. Уверен у таких воинов «распознание лжи» должно быть прокачено до небес.
— Не врет… — сообщил лопоухий.
Главный молча кивнул, мол, тоже понял.
Я разглядывал мужчин и пытался понять чьи они воины. Корвина или Беренса?
Неожиданно главный поднял в предупредительном жесте правую руку.
— Зверь рядом, — приглушенно сообщил он.