Авантюрист. Калифорния

* * *
Пятое марта тысяча восемьсот седьмого года. Восточный берег реки Мауми, Мичиган, Соединенные Штаты Америки. Восемь часов утра.
— Все готово? — обратился Текумсе к своему брату Тенскватаве.
— Да, брат. Подарки от Ахайи закреплены на опорах моста.
— Хорошо, когда синие мундиры начнут переправу и повезут пушки, мы взорвем мост.
Под подарками Ахайи Текумсе имел в виду динамит. Посланцы Текумсе недавно вернулись из Флориды с грузом из десятка винтовок, патронов и самое главное, взрывчатки.
Сейчас этой взрывчаткой был заминирован мост через Мауми, по которому вот-вот должна была начаться переправа войск генерала Халла.
— Полковник Кокрейн предупрежден. Он атакует, как только мост будет взорван.
— Хорошо, брат. Ты сам будешь стрелять в этот, как ты его назвал?
— Динамит.
— Да, ты сам будешь стрелять в динамит?
— Да, я лучше всех умею пользоваться оружием Белого Духа.
— Решать тебе, ты вождь.
Через полчаса первая милицейская дивизия американцев подошла к мосту, а через три переправа была в самом разгаре.
В какой-то миле от моста были слышны ружейные выстрелы, там американцы уже вступили в бой с отрядом полковника Кокрейна. Они владели превосходством, но генерал Халл решил, раз уж британский командир настолько глуп, что вышел навстречу его армии с такими ничтожными силами, то лучше всего будет переправиться полностью, включая артиллерию и разом навалившись, уничтожить англичан.
Вот, наконец, по мосту загрохотали первые пушки, совсем скоро они, в соответствии с планом Халла, начнут обстреливать позиции англичан. И их появление это сигнал для Текумсе. Время действовать.
Он встал из-за своего укрытия, располагавшегося в шести сотнях шагов от моста, вскинул винтовку Белого Духа и тщательно прицелился. Даже если кто-то из американцев его и видел, то наверняка не придал бы этому значения. Что такое один индеец, да еще и так далеко. Невозможно на таком расстоянии попасть в человека.
Но Текумсе и не собирался стрелять в американцев, его целью был динамит, закрепленный на опоре моста. Динамита было много, и он должен был попасть.
Первый выстрел индейца ушел в молоко, как и следующий. Он даже не попал в опору. Третий был уже ближе, а вот четвертым он попал.
Динамит тут же сдетонировал и мост взлетел на воздух вместе с четырьмя пушками и нешуточным запасом пороха и ядер. Воздух наполнился криками раненых солдат и жалобным ржанием умирающих лошадей.
Американцы моментально остановились, мост являлся единственной переправой и как теперь быть, никто не знал. И к тому же на западном берегу, куда успели переправиться чуть более четырех тысяч ополченцев, послышались звуки яростного боя. Пользуясь замешательством противника, Кокрейн атаковал всеми силами.
Его поддержали и индейцы Текумсе, чуть более трех тысяч из них были на западном берегу, а пять на восточном. До этого они, умело маскируясь, ждали в лесу в километре от моста, но когда раздался взрыв, бросились на врага.
Километр — это очень много, будь на месте милицейских дивизий регулярная армия, американцы их бы просто перестреляли, но ополченцы есть ополченцы, взрыв моста и атака индейцев их настолько смутила, что, вместо стройных залпов, атакующих встретила жиденькая цепочка наспех сделанных выстрелов.
Очень быстро воины Текумсе преодолели расстояние до врага, и началась рукопашная. В которой у американских ополченцев шансов было не много. Особенно после того как отряд полковника Кокрейна принудил сдаться успевших переправиться американцев и развернув захваченные пушки, начал с западного берега поддерживать огнем своих союзников
К чести генерала Халла и его штабных офицеров надо сказать, что они не побежали даже тогда, когда основная масса их солдат обратилась в бегство, и продолжили драться до последнего. Самого Халла зарубил Тенкскватава. Его трофеем стал мундир американского генерала, который он потом с гордостью носил, за что его соплеменники дали ему еще одно прозвище: Синий Мундир.
Разгром был полный, более семи тысяч американцев погибли, еще две тысячи попали в плен. Первая Американская Армия прекратила свое существование.
На севере, возле Огденсбурга, состоялось еще одно сражение. Британская армия под командованием генерал-майора Айзека Брока сошлась со второй американской армией генерала Ван Ренсселера. Здесь англичанам не удалось достигнуть решительного успеха, все-таки им противостояли регулярные американские войска. Но даже то, что Огденсбург остался за ними, можно было считать успехом.
Пожалуй, единственным, в чем американцы преуспели, стали диверсии. Им успешно удалось взорвать резиденцию лейтенант-губернатора, и в результате этого в Йорке случился грандиозный пожар, практически уничтоживший центр города. Если бы не дождь, то город сгорел бы полностью.
Правда генерал-майор Брок, назначенный к тому моменту лейтенант-губернатором Верхней Канады в тот момент уже покинул город и направился к войскам в Огденсбурге. Так что жедание Джефферсона исполнилось только частично.
В Квебеке диверсия так же была успешной, правда только частично. Взрывом американцы повредили, но не уничтожили инфраструктуру порта, и парализовали его работу на несколько недель.
 
* * *
Двадцатое апреля тысяча восемьсот седьмого года. Луизиана. Окрестности Нового Орлеана.
— Сколько вы говорите у вас воинов, вождь Ахайя?
— Четыре тысячи лучших воинов семинолов и их союзников готовы атаковать город.
— Понятно, у меня два линейных корабля и четыре фрегата, пять транспортных на которых восемьсот человек морской пехоты и пять тысяч обычной. Ваша атака будет сигналом для нас. Для артиллерийской поддержки я выделил вам две батареи четырнадцатифунтовых пушек вместе с расчетами. Когда мы услышим канонаду то подойдем на дистанцию выстрела, принудим береговые батареи к молчанию и высадим десант.
— Это хороший план, я уверен, что он сработает.
— У ваших воинов интересное оружие. Откуда оно?
— Его сделал для нас отец моего внука.
— Как это? Семинолы разве делают огнестрельное оружие, да еще такое современное?
— Нет, отец моего внука маркиз Алехандро де Каса Альмендарес.
— Испанец? Все равно странно.
— Но это так.
Ахайя разговаривал с сэром Александром Кокрейном, командующим британскими силами на Карибах. Два месяца назад из метрополии пришла эскадра направленная ему в помощь, и адмирал горел желанием захватить Новый Орлеан.
Морская пехота, о которой он говорил, была его личным проектом. В ней служили исключительно чернокожие из местных, причем там были каксвободные так и беглые рабы. За это адмирала постоянно критиковали, но он стоял на своем и не собирался распускать эти подразделения. Сегодня они наконец-то пойдут в свой первый настоящий бой.