Довести Хабиба
Она раздраженно потерла переносицу, выслушивая, что говорят на том проводе. Говорили, судя по всему, что-то нудное и нравоучительное…
– Да ничего со мной не случится, ну! – раздраженно выпалила Мадина и тут же виновато прикусила нижнюю губу, – Правда, мам…
Тяжелый вздох для храбрости, и Мадина продолжила.
– Кое-что произошло…Но ты только не волнуйся! Со мной всё хорошо, отлично просто! Вот…Нет…Да не перебивай…В общем…Я там на этой дороге в полях на обочину съехала. Занесло…И машину пришлось бросить…
Из трубки раздался какой-то нечеловеческий вопросительный вопль. Мадина быстро на пару секунд убрала телефон от уха, жмурясь. Потом вновь страдальчески вздохнула и поднесла обратно, когда стало потише.
– Нет, говорю же – хорошо все. Там мужчина ехал -он меня подбросит…Как куда? До курорта. Ему по пути. Да, нормальный…
Тут Мадина подняла на Хабиба оценивающий взгляд и по лицу ее пробежала бегущая строка, что маме врать не хорошо, но приходится.
– Нет, не маньяк....
Еще один взгляд, полный сомнения достался Хабибу.
– Да, спрашивала, – Мадина закатила глаза, – Нет, не надо просить Вадима меня забрать…Нет, мама!!....Машину? Ну, пусть забирает машину, я координаты примерные скину…Ты только предупреди, что я там чуть столб задела…
Мадина вновь отнесла орущую трубку подальше от уха. Поднесла снова.
– Ма-а-ам…Я же говорю, хорошо всё! Нет, не ушиблась…Да…Нет, не буду я ждать твоего Вадима, ну…
Мадинка устало уронила голову на подставленную ладонь, слушая собеседницу.
– Мам, довезет. Тут осталось-то…Хабиб зовут…
И тут вновь вскинула на Сатоева взгляд, только теперь горящий и нетерпеливый, прикрыла на мгновение динамик тонкими пальцами.
– Как твоя фамилия?
– Сатоев, – хмыкнул Хабиб, про себя думая, что деньги, похоже, все-таки от папочки…
– Сатоев, – повторила Мадина в трубку матери, – О 001 КО черный кадиллак эскалейд новый…
Хабиб удивленно выгнул брови – не всякая девушка обратит внимание на номер машины, хоть он у него и запоминающийся, а Мадина меж тем продолжала:
– Пусть твой Палей пробивает, успокаивается и не достает меня…
У Хабиба отвисла челюсть. Сначала от возмущения, что его вот так без спросу будет кто-то там пробивать. А потом, потому что до него дошло, чью фамилию она назвала, и КТО собрался его пробивать. Палей?!
– Всё, мам, целую…Пока.
Сбросив вызов, Мадина чуть не кинула телефон на стол и засопела себе под нос.
– Ну, как с маленькой…– медленно подняла на застывшего напротив Хабиба глаза, – Извини, что номер машины назвала. У меня просто отчим – параноик. Помешан на безопасности. Или…
И Мадина совсем неожиданно лукаво улыбнулась и кокетливо произнесла:
– …тебе есть чего бояться, Сатоев Хабиб, м?
Но Хабибу было не смешно. Совсем.
И манящая улыбка её воспринималась похлеще любой издевки. Заигрывания недоступных девушек его всегда только раздражали. Зачем это надо?
А Мадина, оказывается, была не просто недоступная, она…
Вкратце, если это тот Вадим Палей, бывший криминальный авторитет и нынешний губернатор соседнего региона, которого Хабиб мельком знал (а это похоже тот), то для случайного перепихона есть только одна более опасная жопа, чем Мадинкина – это жопа самого Палея.
– Ну, тебе со мной теперь точно бояться нечего, – прохрипел Сатоев в ответ и решил сладкого не заказывать…Что-то он итак наелся.
– Официант, счет, – Хабиб махнул парнишке, совсем по-другому смотря на молодую красивую женщину напротив и судорожно выуживая из памяти все, что мог о ней слышать и знать.
И что-то там одна муть и грязь была…
У Палеев в семье черти что творилось. Вроде бы, Вадим Львович сначала был женат на одной из дочек убитого Фарида Седого, еще одного известного бандита в их краях. А сейчас на матери этой дочки…
Стоп. Дочке? На ней что ли? На Мадине? А она значит…Фаридовна? Хабиб растерянно моргнул.
Так. Плевать. Надо быстрей довезти эту фифу до её несчастного курорта и всё.
Вертел он такие знакомства.
4.
Весь мой прошлый жизненный опыт кричал о том, что после сытного обеда мужчины становятся однозначно добрее, чем до него.
Вот только с Хабибом почему-то не прокатило.
Из кафе он вышел еще более хмурым, чем в него заходил. Сатоев и раньше не рвался поболтать и почти всю дорогу мы ехали молча, но я хотя бы постоянно ощущала на себе мужской заинтересованный, слегка насмешливый взгляд, который чисто по-женски мне льстил. От этого его взгляда по моему телу бродили будоражащие мурашки и щекочущее напряжение копилось внизу живота. И хотелось дерзить, и задирать нос, и улыбаться. И чувствовать себя живой…
Нет, я не была готова ни к каким интрижкам, тем более с каким-то быком-качком, но…
Ощущать себя сексуальной и притягательной всегда так приятно, правда?
А тут вдруг как отрезало.
"Это он на пробивку номера обиделся что ли?" – раздумывала я, хмурясь и топая за Хабибом по плохо убранной, заснеженной парковке гостиничного комплекса.
Но! Если на пробивку, то я ведь извинилась! Тем более, он до этого на меня наорал, мужлан неотесанный, и я вообще-то тоже обижалась! Так что 1:1. Всё честно!
Тоже мне…
Это вообще моя прерогатива- обижаться. Кто тут из нас женщина? Да и как вести себя с обиженными мужиками, я решительно не знала. Представители противоположного пола, которые попадались мне на жизненном пути, были какими угодно, но точно не обидчивыми.
Так накручивая себя, я сверлила широкую спину Хабиба растерянным и всё более гневным взглядом, бредя за ним к машине и мешая грязный снег своими светлыми уггами. Обиженка двухметровая…Ну никак я не ожидала от подобного человека столь тонкой душевной организации.
Мда…внешность бывает обманчива…
Сатоев пикнул сигнализацией, распахнул водительскую дверь и только тут обернулся ко мне, смиряя задумчивым и каким-то оценивающим взором. Не по-хорошему оценивающим…Не таким "вай, какая жЭнщина", а скорее " а стоит ли эту курицу брать?"
Я даже слегка тормознула, не зная, как реагировать, и застыла перед Сатоевым, не решаясь обогнуть капот и пройти к пассажирской двери. Мало ли – будет потом из салона вытаскивать. Унизительно…
Вместо этого вопросительно вскинула тонкую бровь, выдерживая молчаливую зрительную дуэль и думая про себя, что пусть только попробует меня тут оставить…
Женщина во мне в тот момент была в бешенстве и одновременно мечтала горько заплакать от обиды и смутного унижения.
Что случилось-то?
Где тот восхищенный жгучий взгляд Сатоева, который так донимал меня еще каких-то полчаса назад, заставляя подозревать в нём сексуального маньяка.
Я что? Чавкала?
– Что-то не так? – непроизвольно слетело с моих губ.
И лицо тут же залило густым красным, потому что в черных глазах Хабиба вспыхнул встречный вопрос "о чём ты?", а я не могла объяснить!
Не могла сформулировать. Да и не спрашивают о таком… Вот как?
Почему вы вдруг меня не хотите?
Раздосадовано прикусила губу, ничего не поясняя. "Что-то не так?" так и осталось звенеть в морозном воздухе между нами, отдаваясь в груди противной вибрацией. Его черные глаза, совершенно непроницаемые в эту секунду, будто пожирали меня и одновременно отталкивали. Совершенно дурацкое, неловкое ощущение.
Наконец Хабиб отмер, разрывая наш зрительный контакт, и небрежно кинул мне ключи, которые я, не ожидая подобного жеста, еле успела поймать.
– ТИ пАвИдешь. Я спат, – буркнул Сатоев со снова пробившимся акцентом и обогнул капот, направившись к пассажирской двери.
Я пару раз хлопнула глазами, возвращаясь в реальность, и пошла занимать место за рулем. После нашей внезапной игры в гляделки, слегка потряхивало. Нервы наверно…День выдался, мягко говоря, насыщенный…
– Доверяешь? – не сдержавшись, кокетливо мурлыкнула, косясь на развалившегося в почти полностью откинутом кресле Хабиба, пока настраивала водительское сидение под свои гораздо более скромные, чем у Сатоева, габариты.