Новый декан

— Мы когда-то с вами встречались, мисс Сеймур? — внезапно спросил Купер.
Я едва мимо стула не села после такой резкой перемены темы. Он вспомнил? Конечно, я бы, с одной стороны, хотела этого, но в свете убийства и всего прочего… лучше бы я для Дина Купера так и оставалась девушкой, с которой он познакомился только здесь, в Свонвэлли, одна из многочисленных студенток университета Свонвэлли.
— Нет, профессор, мы раньше не встречались, — пробормотала я, искренне надеясь, что моя ложь покажется декану достаточно достоверной. Хотя надежда была очень слабой, призрачной, можно даже сказать.
Весь облик мошенника выражал собой высшую степень скептицизма.
— Вот только я то и дело ловлю на себе взгляд, преисполненный обиды и гнева, мисс Сеймур. Ваш взгляд. Так смотрят на того, кто когда-то обидел, по-настоящему обидел. Но для этого нам пришлось бы встретиться? Не так ли?
Я только хлопала глазами, не зная что именно отвечать на эти вопросы. Правда подходящим вариантом не казалась, а с враньем…
— Но мы с вами не встречались, сэр.
Признаваться в мои планы не входило, следовало стоять на своем до последнего, иначе… Вдруг Купер сделает мне что-то плохое, если узнает, что я свидетель его преступления, что я знаю, кто он такой и могу рассказать?
Разве что доказать все равно не сумею…
— Вы лжете, мисс Сеймур, — усмехнулся декан, чуть сощурившись. — Причем как человек от природы правдивый, делаете это из рук вон плохо. Просто так вы меня невзлюбить не могли, людям я нравлюсь, стало быть, причина есть и достаточно веская. Отсюда вывод: мы с вами виделись, я вам что-то сделал, но забыл. Учитывая, сколько лет назад я кому-то действительно что-то делал… Вы наверняка были ребенком. Но я не помню, чтобы обкрадывал людей с фамилией Сеймур.
Я обалдело округлила глаза, не понимая, почему Купер так запросто признается…
— Может, вам воды налить, мисс Сеймур, по-моему, вам дурно, — почти весело предложил мужчина.
И мне действительно стало дурно! Он обо всем догадался! Совершенно обо всем! И что теперь? Убьет? Сможет ли он сделать что-то, пока Кэролл сидит в приемной?!
— Вы… — пискнула я.
Дин Купер только глаза закатил со снисходительной миной. И действительно налил мне стакан воды, в который вцепилась как в ту самую спасительную соломинку.
— Ну да, вероятно, вам думается, будто мой прежний способ заработка — большой секрет, и я должен бояться, что секрет этот раскроется. Но… нет.
Преподаватель спокойно и расслабленно улыбался.
— Все, кому необходимо знать, о моем прошлом осведомлены. В том числе высшие полицейские чины и моя семья, мисс Сеймур. Свой долг перед обществом я уже успел отработать. Бояться мне нечего и некого, в том числе у меня нет причин бояться вас, так что приходите уже в себя и перестаньте трястись.
Верила ли я разглядывал и разглядывал меня, очевидно было, что его сейчас куда больше интересовало, где и как мы с ним сталкивались прежде, чем моя дипломная работа. Пока угрозы в его глазах не читалось, однако меня вряд ли кто-то назвал бы по-настоящему проницательной, чтобы заметить признаки опасности.
Я взгляда от декана не отводила, поэтому казалось, что стоит только моргнуть — как непременно произойдет какая-нибудь гадость. Какая — совершенно неясно, но наверняка поистине невероятная по своему масштабу.
— Вы на меня смотрите прямо как лань на охотника, — обронил мужчина и беззаботно рассмеялся. Вот эта показная беззаботность напугала почище угроз.
На самом деле, страшно оказаться вот так лицом к лицу с преступником, который сильней тебя физически и, вероятно, магически тоже. И у которого как бы есть причина свернуть тебе шею.
— Очень поэтичное сравнение, — пролепетала я, мечтая только о побеге от этого человека, из этого места. И желательно подальше. Проблема с дипломом и научным руководством внезапно стала казаться совершенно надуманной.
— Вероятно, слегка неуместное при этом, — вздохнул с расстройством Купер. — Идите уже, мисс Сеймур, мне вовсе не хочется объяснять, почему вдруг студентка в моем кабинете лишилась чувств. Конструктивного диалога у нас явно не выходит.
Я не стала уверять, что все это не так, просто подскочила на ноги и выскочила за дверь, как ужаленная. Даже не попрощалась, чего бы в нормальном состоянии никогда не позволила. В конце концов, это же важно — проявлять уважение к окружающим, особенно если это твои же преподаватели.
Кэролл проводила меня недоумевающим взглядом, но спрашивать ничего не стала.
Вылетая из приемной, я врезалась на полной скорости в не успевшего увернуться бедолагу. Права, моя невольная жертва обладала достаточной силой и сноровкой, чтобы не только не упасть, но еще и меня придержать.
— Осторожней, Вэл, — услышала я голос Уилли и, подняв глаза, поняла, что действительно едва не снесла Ласлоу.
Тут же виновато улыбнулась и попросила прощения. У меня от сердца отлегло, каким-то чудом присутствие сына грымзы Ласлоу внушало чувство уюта и безопасности.
— Нет-нет, со мной все в порядке. Но почему ты такая… испуганная? — тут же принялся за расспросы первокурсник. — Тебя кто-то обидел?
Уилли как будто действительно тревожился за меня, и то показалось чертовски милым! Просто противозаконно милым!
— Обидели, Уилли, но обидели очень давно, — призналась я, не собираясь мучить мальчишку подробностями своих детских трагедий. У Ласлоу и без того хватает забот. — Лучше расскажи, что вы такое провернули прошлым вечером. Пойдем, прогуляемся немного, и ты поведаешь мне эту наверняка увлекательную историю.
Уилли гордо приосанился и буквально засиял от радости и удовлетворения. Стало еще любопытней, чем прежде. Все-таки мальчишки в любом возрасте одинаковы: засунь их в компанию единомышленников и дай возможность самую малость самоутвердиться, и они понемногу начинают расцветать.
— …представляешь, и тут я предложил сделать эту штуку! А ребята, сказали, что идея — класс! — восторженно рассказывал об удачно осуществленной диверсии Ласлоу, подпрыгивая на каждом шаге.
— То есть… вы подбросили артефакт, который приманил в дом Бета Гамма Тау черных муравьев? — уточнила я и не сумела сдержать смеха.
Уилли кивнул и довольно вздохнул.
— Ну, Майк предлагал зарядить артефакт на красных, но все-таки это слишком жестоко.
Я улыбнулась, втихомолку радуясь тому, что пусть Уилли Ласлоу и сущий ребенок в душе, но при этом ребенок, который не иначе как чудом все-таки имеет свое мнение, а также готов его отстаивать. И пусть мир не спешил улыбаться не похожему на других парню, Уилли все-таки остался на удивление добрым парнем. Или же разумным. В конце концов, натравить на Бета Гамма Тау черных муравьев — мерзко и неприятно, однако эти насекомые не несут иного вреда кроме морального. А вот искусай посреди ночи целую толпу студентов красные муравьи… Наверняка без помощи целителей не удалось бы обойтись, а заодно без внутриуниверситетского расследования, что неминуемо привело бы к братству Зета Каппа Пси. И парни огребли бы все. Разом. И, приходится признать, поделом.