Невеста Серебряного дракона
Еще бы спросил, как нам живется под гнетом его юристов, которые продолжают натравливать на приют все новые и новые социальные службы, а те, в свою очередь, докапываются до каждой мелочи. Правду говорят: никто не хочет делать, но все хотят поучать.
Когда через минуту телефон снова «тренькает», я мысленно ругаю себя за то, что не догадалась сразу же заблокировать наглого лунника. Есть мужчины, которые даже такую забывчивость называют приглашением к флирту, и что-то мне подсказывает, что Коряга - как раз из этих. Он же Серебряный дракон, богач, красавчик, властная задница! Таким не отказывают какие-то там смертные женщины!
Я открываю сообщение, намереваясь послать его самым что ни на есть прямым текстом и отправить в блок, но…
О Господи.
Нужна пара секунд, чтобы рассмотреть вложения - три переснятых на телефон распечатанных фотографии, на каждой из которых - мы вдвое на той же кухне, где я сижу и сейчас. И приписка, от которой по моей спине ползет неприятный холодок.
Я набираю его номер даже не задумываясь, может ли он говорить.
Сможет, чтоб его гром побил!
— Маргарита, неужели? - Его голос на том конце телефонной связи звучит подчеркнуто мягко, хотя есть в нем какие-то царапающие нотки.
Если бы мне не было глубоко плевать на его моральное и физическое самочувствие, я бы даже предположила, что он там не в самой лучшей форме. Но пусть бы его хоть трижды скрутило - мне то что?!
— Это очередная попытка заставить меня прогнуться под ваши правила? - спрашиваю в лоб и так сильно сжимаю телефон, что ноют костяшки пальцев.
— Понимаю, что вам будет тяжело в это поверить, но на этот раз я абсолютно не при чем.
Мой рот сам издает отрывистое «ха-ха!»
— Вы там мучаете какое-то домашнее животное? - подшучивает Коряга.
Я зажимаю рот ладонью, чтобы не позволить себе улыбку. Не будет ему такой радости, даже если лунник никак не смог бы это увидеть.
— Откуда эти фотографии, Коряга, и что означает ваша угроза?
— Я пока не выяснил первоначальный источник, но полчаса назад их положила на мой стол моя невеста. Уже почти бывшая невеста.
Его невеста. Я хорошо помню скандал в прессе и рыдающую, прости господи, странную лунницу, которую постила почти каждая новостная страница в Инстаграм. При всей моей неприязни к Коряге и искренних пожеланиях зуда ему во всех местах, даже он не заслужил звания жениха вот этого… как бы так помягче выразиться…
Ладно, кто я такая, чтобы судить?
Да и не о том сейчас речь.
— Тогда объясните мне, господин Будущий сенатор, почему из-за ваших проблем с женщинами страдать должна моя репутация?! - Встаю, шагаю к двери и закрываю ее накрепко изнутри, чтобы никто из ребятишек не смог подслушать наш разговор. Я так взвинчена, что могу пропустить пару крепких слов. - Я не желаю, чтобы мое имя упоминалось рядом с вашим в контексте таких… гнусностей!
— Ну прямо-таки гнусностей, - растягивает он. - Может, сойдемся на маленькой гнуси?
Я останавливаюсь как вкопанная, вдруг ясно понимая, что, пока меня эта ситуация буквально разрывает изнутри, проклятый лунник как будто даже рад случившемуся.
И это подозрение заставляет с новой силой вспомнить, с кем я имею дело - с лунником. С одним из тех бессердечных типов, которые думают, что им все дозволено только лишь потому, что однажды, несколько сотен лет назад, они вышли из тени Луны и назвали себя избранными. И потому что им мы обязаны всеми продвинутыми технологиями современности. А взамен они забрали себе всю власть, насадили свои порядки, провозгласили себя кастой избранных и назначили нас, простых людей, вторым сортом.
Если Корягу так веселит вся эта ситуация, значит, тому есть только одно объяснение.
— В чем ваша выгода? - спрашиваю в лоб и еще раз проверяю, крепко ли заперла дверь. Внутри уже бурлит такая злость, что меня вот-вот прорвет, как Везувий. Жаль, что лунники до сих пор не изобрели технологии, при помощи которых по телефонной связи можно передавать не только слова, но и пинки под зад.
— Почему вы всех во всем подозреваете, Марго? - Он как будто вздыхает и стонет одновременно.
Вселенная, если ты правда всех нас слышишь, надеюсь, в эту минуту ты делаешь ему очень больно!
— Маргарита, господин Коряга. - повторяю я и нагло перебиваю его попытку вставить комментарий. Уже и так понятно, что в словесной перепалке мы друг для друга - достойные противники, и я даже не хочу проверять, сколько времени может вот так препираться. И ему не позволю втянуть меня в спор, потому что, кажется, лунник именно этого и добивается. - Я не подозреваю всех, Коряга - только жестокосердных лунников, которые вламываются ночью в мой дом, награждают приступом изжоги, а вдобавок радостно сообщают, что по их вине мое имя будут склонять во всех мусорных СМИ.
Пауза.
Она так затягивается, что я почти собираюсь закончить разговор, но Коряга подает голос.
— Простите, Маргарита, но, когда вы злитесь и одновременно иронизируете, ваш голос становится каким-то особенно вкусным. Не могли бы вы повторить эту фразу еще раз - боюсь, я только что бессовестно вас прослушал.
— Вы - сумасшедший? - спрашиваю абсолютно серьезно.
Несмотря на все щедроты, полученные лунниками от Луны, она же «наградила» их даром мгновенного помешательства. Грядет полное лунное затмение - мало ли что могло сломаться в голове будущего важного сенатора.
— Только когда слышу ваш голос, - беззастенчиво признается Коряга. Потом, как будто вдруг вспоминает причину звонка, сдержанно откашливается и продолжает уже почти деловым тоном: - Вопреки вашему нелестному обо мне мнению, должен донести свою позицию - мне тоже совершенно не нужна огласка в прессе.
Почему я все равно ему не верю?
Прикусываю кончик большого пальца, чтобы не вставить едкую ремарку. Нужно подождать и, в конце концов, вежливо позволить ему закончить. Лунник или нет - речь идет о моем воспитании.
— И в этом мы с вами солидарны, - продолжает он. - Или мне показалось?
— Нет, не показалось.
— Поэтому, раз мы невольно оказались в одной дырявой лодке…
— … По вашей вине, - встреваю я и тут же прикусываю язык, потому что Коряга громко и заливисто хохочет. Он как будто знал, что я не сдержусь и обязательно его ужалю.
— Вы невероятно очаровательны, Марго! - Он так громко прищелкивает языком, что у меня закладывает ухо. - Но на этот раз ваш покорный слуга склоняет голову и признает свою полную и безоговорочную вину.
Кающийся лунник? Нет, определенно он что-то задумал.
Я даже забываю о том, что должна огрызаться, и полностью сосредотачиваюсь на его словах, чтобы случайно не пропустить что-то важное. Или «услышать» хитро спрятанный подтекст.