Невеста Серебряного дракона

— Правда, К’Рэйг? - Марго привлекает мое внимание еще одним выразительным нажимом на предплечье.
— Да, да, - отвечаю с улыбкой, пытаясь вспомнить последнюю фразу из их с Анной диалога.
— Господин Шад’Фар, честно говоря, не предполагала в вас такие… прогрессивные взгляды, - многозначительно растягивает журналистка, оценивая меня взглядом снизу вверх, словно линейкой. - За вами укоренилась репутация приверженца древних устоев.
— Имеете ввиду махровый патриархат? - нарочно выбираю ироничную формулировку.
— Пережиток времен, когда мужчины еще был способны охотиться на мамонтов, - еще шире улыбается она.
— Жаль, что прилетевший из космоса камень поставил крест на правильной модели эволюции, - продолжаю я.
— Господин Шад’Фар, пара слов для читателей журнала «МэнсЛайф». - Наконец-то в игру включается один из олухов, и я с облегчением переключаю на него внимание.
Следующий полчаса мы с Марго старательно и, по моему скромному мнению, крайне убедительно корчим влюбленную парочку, которая, наконец, может достать свои чувства из тени и наслаждаться их официальным статусом. Марго ведет себя абсолютно идеально. Она вежлива, предупредительна, отпускает милые шуточки, а когда кто-то из троицы начинает наглеть или сворачивать на острую тему - пресекает это уместной остротой. На ее фоне я чувствую себя каким-то недалеким лесорубом, который время от времени хмыкает и выдает скучный и правильный набор предложений. И это очень странно, потому что в последний раз, когда мой язык был так глубоко в заднице, я еще толком не брился!
Когда, наконец, все заканчивается - на тридцать минут позже, чем я рассчитывал, и охрана провожает журналистов, мы с Марго, не сговариваясь, занимаем места в стоящих друг напротив друга креслах. Между нами - пара метров и «преграда» в виде кофейного столика.
Мы смотрим друг на друга - и я испытываю смешанные чувства от того, что у меня на носу, кажется, первая семейная ссора. Или, возможно, даже скандал. И поэтому не рискую начать его первым.
Но Марго, похоже, и близко не терзается теми же мыслями, хотя с уходом журналистов улыбка улетучивается с ее лица, и она снова похожа на ту неласковую Маргариту Шереметьеву, в чей дом я так необдуманно вломился посреди ночи. Хотя, если бы мне предложили вернуть время вспять и переиграть, я бы черта с два это сделал, потому что все это в конченом итоге привело к тому, что я заполучил эту женщину в свое лично и неделимое владение.
— Это было очень смелое заявление, - все-таки нарушаю тишину первым.
— Вы о моей похвале вашему здоровому образу жизни? - Она нарочно делает вид, будто не понимает, о чем я. - Или о той части моего интервью, где я хвалю ваш острый ум и деловую хватку?
— Кстати, Марго, откуда такие познания?
— Врага нужно знать не только в лицо, - пожимает плечами. - Пришлось заглянуть вам в тыл.
— Так и знал, что вы украдкой поглядывали на мою задницу. - Несмотря на напряженность между нами, я искренне смеюсь.
— Не льстите себе, Коряга, - тоже как будто искренне посмеивается моя жена, - это не доставило мне удовольствия. Хотя, вынуждена признать, глубокой моральной травмы тоже не нанесло. Но ладно, вы уселись тут с видом Акеллы, который еще не промахнулся, не для того, чтобы обмениваться со мной шуточками и комплиментами вашей пятой точке. - Она перестает улыбаться. - Если вы собираетесь сказать, что не согласны - ваше право. Но имейте ввиду, господин Шад’Фар, что в таком случае у меня не останется выбора, кроме как устроить вам громкий и очень финансово затратный развод. Моя моральная компенсация войдет в книгу рекордов Гиннеса. И прежде, чем вы мысленно вручите мне титул Главной стервы, напоминаю, что насилие над волей человека считается принуждением и не может быть оправдано никакими «благими намерениями». Вы могли совершить одно благородное дело - оставить меня и моих детей в покое, и это был бы благородный поступок. А получилось то, что получилось. Теперь нам обоим остается только молить бога, чтобы шумиха поскорее утихла, и наш развод мог состояться в максимально быстрые сроки. Безболезненно для обеих сторон.
Я даже слова не могу вставить - так лихо Марго разносит в щепки всю мою оборону.
А я же не какой-то долбаный придурок, чтобы в ответ на вполне справедливые обвинения начать орать, скрипеть зубами и доказывать, что мужик, самоутверждаясь за счет слабой женщины - моей собственной жены. Которую, кстати говоря, в отличие от нее, выбрал в здравом уме и крепкой памяти.
— Меня прямо радует ваше молчание. - Марго энергично поднимается и идет в сторону лестницы. - Раз с моими «супружеским долгом» на сегодня покончено, я вас покину - мне нужно сообщить моим детишкам приятную новость!
    
Глава двадцать третья: Марго
У моего нового статуса есть преимущество - личный автомобиль.
Я уж не знаю, когда Коряга успел все это организовать. Он вообще спал?! Или весь этот хитрый план был придуман заранее, поэтому меня, как «дорогого гостя», давно ждали все эти радости жизни - и вышколенная прислуга, и дорогая одежда, и даже роскошный «Бентли» с белоснежным кожаным салоном и личным водителем?
О такой хитрой продуманности даже думать не хочется, потому что тогда получается, что все слова лунника о моей защите - просто блеф. И опять же - откуда он мог узнать о том, что я заявлюсь на благотворительный вечер вместе с Ши, если я сама узнала об этом в последний момент?
Пока водитель везет меня по указанному адресу, достаю сумку и со стоном смотрю на экран телефона, который «подмигивает» мне большим красным значком пустой батареи и просто выключается. Просто отлично!
— Госпожа Шад’Фар, - водитель привлекает мое внимание - и мы «смотрим друг на друга» через зеркало заднего вида. - Господин Шад’Фар просил обратить ваше внимание на пакет.
— Какой пакет? - Верчу головой и только сейчас замечаю большой бумажный пакет, прислоненный к противоположной дверце. - Там взрывчатка?
Водитель вежливо усмехается и снова переключает внимание на дорогу.
Я беру пакет, развязываю красивые ленты и запускаю внутрь руку. Там как будто много всего, так что вытаскиваю то, что попадается первым. Это, как ни странно, запечатанный новенький телефон. Тот, который стоит дорого и который нигде не купить, потому что они появились в продаже неделю назад и были раскуплены в первый же день. Причем я уверена, что видела у Коряги самый обычный телефон, по-моему, даже поцарапанный и довольно древний.
— Это мне? - интересуюсь у водителя, до сих пор не очень понимая, что мне делать с этим добром.
Он бросает на меня короткий взгляд в зеркало, но ничего не отвечает. Логично, вряд ли бы Коряга стал распространятся о своих планах.
— Ладно, - улыбаюсь себе под нос, - значит, буду считать что все это - маленькие мелочи к большому утреннему подарку.
Быстро достаю телефон, вставляю в него свою сим-карту и первых пару минут пытаюсь понять, как тут все устроено, потому что таких у меня еще не было, а я, хоть и не древняя, но все равно довольно далека от современных гаджетов. Для меня главное, чтобы телефон звонил, был надежным и достаточно большим, чтобы комфортно просматривать социальные сети и набирать текст. Свою первую разгромную статью о Коряге я написала как раз в телефоне, пока ехала в метро - и у меня был какой-то дикий угар.