Невеста Серебряного дракона

Жанна издает такой звук, будто искренне сомневается в моих словах.
— Главное, - уверенно сжимаю ее сутулое плечо, - не давай им усомниться, кто главный.
Моя испуганная помощница снова обреченно булькает, и я поскорее выхожу из комнаты, чтобы не поддаться панике, которая и так торчит уже почти у самого горла.
Мы едем одним большим автобусом: двенадцать человек детей, я и инструктор по выживанию в дикой местности. Это была моя идея, чтобы за полноценный поход дети освоили хотя бы элементарные приемы выживания: как развести огонь без спичек, как ориентироваться на местности без навигатора в телефоне, как найти дорогу и, самое главное - как не поддаться панике, когда все идет не по плану. В наше время думающих телефонов, никому не помешает научиться выживать в доинтернетных условиях. На этот счет у нас с инструктором есть тайная договоренность, но для детей она будет сюрпризом.
Мы выезжаем за город в сопровождении двух полицейских машин, а дальше автобус сворачивает с магистрали на менее широкую дорогу. Ехать нам часа два, так что пользуюсь этим временем, чтобы пересмотреть все политические новости.
Коряга, как и обещал, не стал использовать компромат против Лакса.
Меня это злит, хотя я и понимаю, что сама виновата. Нужно было рассказать ему, что у нас с его бывшим конкурентом долгая «совместная история», только она не про старых друзей, а про старых врагов. Даже странно, что старик меня не узнал, потому что мне его лицо, даже заметно изменившееся, на всю жизнь вгрызлось в память. Но Коряга-то этого не знает!
Я быстро сую телефон в задний карман сумки, потому что искушение огорошить супружца огрызком своего невеселого прошлого становится слишком велико. А Коряге сейчас и так хватает забот. По моей вине он уже лишился мечты всей жизни, не хватало еще, чтобы до кучи сгоряча натворил дел.
Ладно, после возвращения подумаю, что со всем этим делать.
К точке выгрузки мы приезжаем уже за полдень. Это развилка перед заповедником, куда иногда возят походы. В ту его часть, которая считается дикой и заброшенной. Мы, конечно, не станем заходить в самую чащу, где есть и красивые водопады, и заброшенные чащи. Мой инструктор сразу показал маршрут похода, мы согласовали все точки остановок и места ночлега. И время Х тоже. Так что все идет как по маслу - мы выстраиваем детей в шеренгу, проверяем всех по головам и бодрым шагом направляемся к первому привалу, до которого отсюда идти примерно час - хорошее время для интенсивной разминки, чтобы дети почувствовали усталость, но не начали ныть в три горла.
Одно плохо.
Когда мы приходим на «стоянку», вместо обещанной поляны там оказывается… огромный провал в земле. Буквально, словно кто-то воткнул в нее большой дрын и расколол надвое, как скорлупу грецкого ореха. И глаз не хватает чтобы понять, есть ли у этой трещины конец и где он.
— Думаю, нужно идти туда, - говорит инструктор после небольшого осмотра местности.
Его голос звучит и приблизительно не так уверенно, как бы мне хотелось.
— Туда? - смотрю по направлению его взгляда. - Точно туда?
— Ну, мы скоро узнаем, - глуповато улыбается он, и я с трудом подавляю желание врезать ему между глаз, чтобы перестал делать вид, будто цена вопроса – всего лишь истоптанная детская обувь.
— Все хорошо, Маргарита Александровна? - спрашивает низенький пухлый Саша, весь рыжий и вихрастый как откормленный домовенок из старого мультфильма. - Может, надо вернуться?
— Отличная идея! - подчеркнуто восторженно говорю я и начинаю выстраивать детей в обратном порядке. - Кстати, товарищ инструктор, вы - уволены!
— Что?! Но это не моя… - начинает возмущаться он, но одного сердитого взгляда хватает, чтобы это желание быстро сдулось.
— Я верю, что эта дыра, - тычу пальцем в провал за нашими спинами, - конечно, не ваших рук дело. Но вы меня уверили, что являетесь профессионалом своего дела, что подготовили маршрут и нас не ждет никаких непредвиденных сюрпризов, потому что это - первый поход совершенно неподготовленных детей! Вы пообещали, что сверились со всеми прогнозами, связались со службами охраны заповедника и лично прощупали каждый метр земли, по которому собираетесь повести полтора десятка малышей. Скажите мне, не уважаемый, что именно и, главное, где вы прощупали? Лично мне очевидно, что эта дыра в земле для вас - большой сюрприз.
— Это… я… - заикается он, но на этот раз я просто поворачиваюсь спиной и лично слежу за тем, чтобы дети не поменяли пары.
Это очень важно, потому что ставить вместе двух шкодников - значит, добровольно подписаться под парочкой неприятностей, которые они непременно устроят. А двое зевак обязательно на что-то засмотрятся и отобьются от стаи.
— А почему я опять с Денисом? - хнычет как раз одна из трех моих «сонь_на_ходу».
— Потому что Денис будет за тобой присматривать, - говорю я, хорошо помня, что фраза в духе «я так решила» считается не педагогичной и травмирует хрупкую детскую психику.
Ну и даже если детворе всего от восьми до тринадцати, это не повод обращаться с ними как с умалишенными, не заслуживающими взрослого обоснованного ответа. Лучше потратить одну минуту на объяснения сейчас, чем всю дорогу слышать печальные детские стоны и причитания. Удивительно, почему многие родители пренебрегают этим простым, но эффективным правилом.
Убедившись, что все мои кукушата на месте, разворачиваюсь в обратную сторону. Кажется, инструктор печально плетется где-то в хвосте. Пусть скажет спасибо, что я не сбросила его туда, где ему самое место - в ту дыру, о которой он якобы знал.
Но и свою вину я тоже не снимаю. Нужно было сто раз самой все перепроверить, обзвонить весь список рекомендаций, которые он предоставил, а не выборочно набрать пару номеров. Даже не сомневаюсь, что среди сотни людей и организаций, которые работали с этим «профессионалом», наверняка есть случаи, очень похожие на этот.
Беда, впрочем, не приходит одна - это известный факт. И пока мы с детьми идем до места стоянки, я все время держу в уме, что что-то обязательно еще случится. Что-то не менее гадкое, чем безнадежно испорченный поход, из которого мои малыши должны были вернуться заметно окрепшими, вооруженными полезными навыками и знаниями, а также полные приятных впечатлений. И это «что-то» медленно зреет на горизонте в виде большой, угрожающе черной тучи, которая идет как раз в нашу сторону, подгоняемая заметно усилившимся ветром. Я пытаюсь вспомнить, что там с прогнозом, и все, что всплывает в памяти - солнечно, без осадков. Никакого стихийного бедствия точно не передавали - я трижды перепроверила! Но этот черный ужас на горизонте иначе, как стихийным бедствием и не назовешь.
— Мне холодно, - потихоньку хнычет Света. Ей уже десять, но она - известная трусиха среди всех моих кукушат. Даже пятилетние карапузы проявляют больше отваги, чем эта девочка. Хотя, конечно, она в свои десять едва ли сильно выше их ростом, и очень тонкая, буквально как соломинка, которую очень легко сломать.