Своя Игра (СИ)
Единственное, что Ильсу понравилось — это стена, прозрачная от пола и до потолка. Он бы от такой дома не отказался — было б здорово наблюдать за работой отца. И свет, самостоятельно зажигающийся, когда кто-то входит в комнату, и гаснет, стоит только покинуть помещение.
Один из столов был тщательно расчищен от грязи и мусора. Причем, именно был. Сейчас же на нем в немыслимой мешанине валялись какие-то детальки, пластины, гайки, обычные с виду гвозди и паяльник, оставивший на белоснежном некогда столе черные расплавленные пятна. Рядом примостились хозяева всего этого безобразия и азартно резались с Бумером в карты.
— А чего это… — начал Ильсар, но закончить ему не позволили.
— Перерыв у нас, — заявил один из двух черноволосых парней, похожих друг на друга, как две капли воды.
— Ага, — кивнул лингрэ. — Этот, как его… политический.
— Технический, — с легким намеком на улыбку поправил его второй парень, в таком же как у брата сером комбинезоне, правда, пятен и пыли на нем почти не было, зато был узкий рваный разрез на рукаве.
— Сам ты технический, — возмущенно зашипел на него Президент. — Когда Президент устал, перерыв может быть только политический.
— Вообще-то мы ждем, пока клей на пластинах подсохнет, — хихикнул младший из братьев. — Тогда перерыв какой? Оклеительный?
— Да какого аража их клеить-то было? — хмыкнул Бумер. — Предлагал же магией скрепить. Тогда б и ждать не пришлось.
— Пока мы не знаем, как вариатор среагирует на постоянно воздействие магии, лучше ничего не предпринимать.
— Да, тю, — отмахнулся лингрэ, — чего он там среагирует? Куча ж магов кругом. Да и прекрасное волшебное существо с огромным магическим потенциалом.
— Какое еще волшебное существо? — не понял младший.
— Его Президентское Величество, — хихикнул Ильсар. Вернее, мысленно хихикнул, внешне же состроил предельно честную и серьезную физиономию, не раз испробованную на папаше Роддуке.
Сработало и на этот раз. Лингрэ самодовольно распушился.
— Вот. Раз на меня не среагировало, что уж о какой-то магической склейке говорить.
— Кстати, — вмешался Ильс, — а почему это ты вариатором пользуешься? Я бы тоже не отказался братцу мозги промыть.
— Ты дурак, да? — постучал лапкой по лбу наглый котяра. — Хочешь, чтобы Координатор догадался, что ты все вспомнил?
— А как он догадается? — пожал плечами мальчишка. — Я не хуже тебя всякие ужасы выдумывать умею.
— Ха, — возмущенно надулся лингрэ.
А один из парней пояснил:
— Когда вариатор налаживает связь, он сначала показывает того, кто лежит в кресле. Пока нам не удалось отключить эту опцию. Панель управления частично повреждена.
— Потому Бумер и входит в сон сразу в образе, чтобы Нарвис ничего не заподозрил.
— В каком таком образе? — разочарованно вздохнул Ильсар, предполагаемое веселье накрылось, как говорит дорогая племяшка, медным тазом.
— Да в разных, — хохотнул Президент. — В таком, к примеру.
Н-да, похоже, у Двести Восемьдесят седьмого появились конкуренты. Иначе, как объяснить столь заинтересованные взгляды.
— К тому же, — заявила красавица, кокетливо поправляя красную шапочку, — тебя велено не беспокоить.
— Кем велено?
— Барбариской.
— Что?
Ильсар замолчал, не зная, радоваться ему подобной заботе или злиться на бессовестный произвол. Так бы и ничего и не узнал, если б не решил вариатором полюбоваться. Оказывается, что только любоваться и может. А Ильс и поработать бы на нем не отказался. Может, на ком-то другом, кто его в лицо не знает? Хотя… он ж маг, вдруг среагирует.
— Послушай, — спохватился Ильсар, повернувшись к одному из технарей, о которых столько рассказывала Неор, — эээ…
— Гюнтер, — подсказал тот.
— Слушай, Гюнтер, а портал не собьет ваш вариатор?
— Портал? — задумался он. — Да вроде нет. Они ж его наверху открывают, на поверхности.
— Так то они, — виновато вздохнул Ильс. — А я его в соседней комнате открыл. Еще и стационарным сделал. Правда, не понял, как.
Это было единственное помещение, случайно подсмотренное — эх, вся его магия такая, случайная — в воспоминаниях деларис Туварэн. Здесь их зеленоволосая красотка устроила что-то вроде дамской берлоги, натащив в комнатку цветных тряпок, зеркал, видимо, выколупанных из каких-то приборов, и цветов в пузатых стеклянных колбах.
— Портал, значит… — протянул технарь. — Что ж, мы можем это проверить эмпирическим путем.
— Каким-каким? — испуганно всплеснула руками Шапочка, прижав их к трепетно вздымающейся груди. — Эротическим?
— Эмпирический, значит, основанный на опыте, изучении фактов, опирающийся на непосредственное наблюдение, эксперимент.
— Эротический эксперимент? — "красотка" кокетливо взмахнула ресничками. — Да вы шалунишки.
Ответить Гюнтер не успел, шум в коридоре недвусмысленно сообщал, что скоро к ним присоединятся новые участники эротического эксперимента.
— Опять, — схватился за голову технарь. — Да что им тут, медом намазано? Лезут и лезут. Шин, гони их отсюда. Я там электрошокер в коридоре установил.
— Чего? — взвился Президент, мгновенно оборачиваясь огромным злобным тигром. — Мой электорат и шокером? Да я вам.
— Так это что, ты их сюда приманиваешь?
— И ничего не приманиваю, — тигр лениво взмахнул хвостом, сшибив со стола стакан с соком. — Просто сказал Руиссу, что те, кто хочет лицезреть чудо-машину, а главное чудо-Президента, должны расписаться в книге у входа.
— А ты не слишком ли тут раскомандовался?
— Неа, в самый раз. И вообще, тут все мое, — тигр уменьшился до размеров толстого отъевшегося кота, вольготно развалившегося на столе, прямо поверх колоды карт.
— А почему тогда на обруче "императорская корона" написано? — хихикнул Ильсар, подливая масло в огонь политической борьбы.
— Чего? — лингрэ метнулся к вариатору и уже оттуда разъяренно прошипел. — И это вы мне на голову надевали?
Гюнтер Алрайт
Гюнтер всегда считал себя опытным, состоявшимся ученым. Не таким знаменитым, как дед, но все-таки. Алрайт, конечно, догадывался, связываясь с магами, что все будет далеко не просто, но такого он даже представить не мог.
Нет, вы только подумайте — эротические эксперименты. Такого даже в бреду не увидишь. Разве что в фантазиях. Эротических. И уж точно толстым черным котам там не место.
"А если худым и белым?"
— Вон пошел из моей головы, паразит волшебный, пока я тебе вакцину под хвост не намазал.
"Вот так всегда, только выступишь с рационализаторским предложением, как тебя вакциной пугают"
Гюнтер хмыкнул и принялся старательно представлять этого рационалиста и богатый арсенал их химической лаборатории. Лингрэ как ветром сдуло. Причем, не только из его головы. А буквально через миг в коридоре раздались грозные указания не толпиться, а строиться, как во всех цивилизованных странах, в очередь — подписей на всех хватит. Вернее, со всех. Причем, не хватит. Так что не толпитесь, кусачки дорогие, подходите, расписывайтесь и бегом за родственниками и знакомыми. Ибо сегодня день особый — живого грейма показывать будут. Что значит, где? Вот прям туточки, в окошечко. Подходим, смотрим и уходим живенько, за новым электоратом. Что это за зверь и с чем его едят? Ну вы — темнота.
Дослушивать его объяснения Гюнтер не стал, а, ухватив Шина за ухо, отправился синхронизировать вариатор с новой, уменьшенной, моделью пластин для конференцсвязи. Из-за повреждений пульта управления коннектились они плохо. А первоначальная версия, которая худо-бедно работала, не годилась.
Во-первых, размер. Вряд ли члены Совета греймов станут себе лепить на лоб нечто размером почти с ладонь. Правда, Гюнтер сомневался, что и новая версия, с ноготь величиной, им понравится. Но это уже не его проблемы. Это пусть люди… то есть, греймы на Эршании решают. Умник же сказал, что у него там свои люди… греймы есть.