Влюбленные в маски (СИ)

Синьор Фабио был искренне увлечен представлением, это было видно по тому, как он неотрывно смотрел на сцену, и по восторженной улыбке на губах. Он не хлопал, не кричал "Браво", просто стоял и смотрел, полностью поглощенный зрелищем — увы, вовсе не замечая Дамиану. Тут один из многоликих в очередной раз скрылся в шкафу, чтобы выскочить оттуда в роскошном наряде вельможи и с новым обликом. Он успел лишь пройтись по сцене туда-сюда, но синьор Фабио искренне расхохотался.
— О небеса, где они успели на герцога насмотреться? И ведь как похож, — сквозь смех сказал он, не обращаясь ни к кому конкретному, но при этом повернувшись, наконец, в сторону Дамианы.
— Не могу судить, так что поверю вам на слово, — ответила она, улыбаясь. Не улыбаться ему у нее сейчас просто не получилось.
— О, сейчас он точно должен сказать про печеного фазана, — продолжая хихикать, сообщил ей Фабио.
Актеры на сцене разыгрывали сценку, в которой герцог принимал просителя, судя по виду — мелкого негоцианта.
— Ну что вы обмерли, как фазан печеный на столе? Присаживайтесь, — сказал "герцог" своему "просителю", и Фабио захохотал с новой силой.
— Вот, я же говорил, — теперь он, со всей очевидностью, обращался именно к Дамиане и при этом улыбался ей в ответ.
— А что, герцог правда всегда так говорит? — невольно заинтересовалась она. — Или один раз сказал, но все запомнили?
Она придвинулась к Фабио чуть ближе, ведь они даже уже разговаривали, и это было теперь не так уж невежливо.
— Его любимая фраза, — усмехнулся Фабио. — Небеса наделили нашего светлейшего герцога Норберто да Тревизо многими достоинствами, но терпение в их число не входит. Но каковы лицедеи. Не только играют хорошо, а еще и наблюдательные, паршивцы, — снова восхитился он, развернувшись к Дамиане вполоборота и встав так, что ей теперь достаточно было сделать всего полшага, чтобы оказаться у него в объятьях.
— Ах вот оно что. Герцог скор сам и желает того от других, — она сделала эти полшага, лукаво улыбаясь, — А вы случайно не герцог?
Фабио снова от всей души рассмеялся и тут же мягко положил ладонь ей на талию.
— По-моему, не слишком похож, — весело сказал он, кивнув в сторону сцены. — Но фраза про фазана мне всего пару раз доставалась, — теперь он совсем не смотрел на актеров, только на нее, очень внимательным и заинтересованным взглядом, который светился синевой сквозь прорези маски.
Дамиана осторожно положила ему руку на грудь и продолжила их практически светскую болтовню:
— То есть вы, как верноподданный, научились скоро принимать нужные решения. Ну а насчет сходства — мне же под маской не видно, так что можно дать волю воображению.
— О нет, я в принципе довольно быстро ориентируюсь в ситуации, — ответил Фабио и в подтверждение своих слов незамедлительно обнял ее крепче. — И что же, наш герцог кажется вам привлекательным?..
— Ну я не так чтобы хорошо рассмотрела, — призналась Дамиана, — Я отчего-то больше глядела не на сцену.
— Хм… похоже, я тоже туда давно не смотрю, — сказал он и тут же предложил: — И раз мы оба не слишком-то следим за представлением, можем пойти куда-нибудь еще.
— Замечательная идея, ведь на маскараде должно быть весело и интересно, а раз тут не очень, значит, веселее нам должно стать где-то еще. Надо поискать это примечательное место, — очень довольно согласилась Дамиана.
Он улыбнулся и тут же повлек ее сквозь скопление зрителей, продолжая обнимать за талию, на ходу сообщив:
— Пожалуй, у меня есть пара идей… но я с удовольствием выслушаю и ваши.
У него каким-то удивительным образом получалось среди гама и толчеи одними лишь изредка бросаемыми "извините" и "разрешите пройти" прокладывать им путь: люди расступались, и никто не притискивался сбоку и не пихал локтем.
— Боюсь, я не слишком хорошо знаю город, — извиняющимся тоном сказала Дамиана, — так что предпочту довериться вашему выбору.
Она и впрямь была бы рада придумать для него что-то особенное, хотя бы чтобы он запомнил это свое приключение на маскараде, но, увы, у служанки было слишком мало времени для бесцельных прогулок по городу.
— Так вы к нам в гости на маскарад посмотреть приехали? — заинтересованно спросил Фабио.
Они уже почти выбрались с площади, и впереди их ждал узкий темный переулочек, изрядно отличающийся от довольно широкой улицы, по которой Дамиана сюда пришла.
— Нет, я просто не так давно сюда переехала и совершенно не успела еще ознакомиться с городом, — искренне призналась Дамиана, — Но что этот маскарад для меня первый — вы угадали.
— Тогда вам точно нужно показать хотя бы некоторые веселые и интересные места — на будущее тоже могут пригодиться, — сказал Фабио, и они нырнули в переулок, стиснутый между двумя слепыми стенами домов: сюда выходила только пара маленьких чердачных окон под крышей. Кажется, именно в таких местах на гуляющих богатых горожан обычно нападали грабители.
Дамиана невольно напряглась, сама не уверенная, это просыпается чутье на опасность или простая подозрительность, но во всяком случае, готовая отразить опасность Дага точно сменила под маской беззаботную влюбленную Дамиану. Фабио при этом выглядел совершенно беспечным, продолжая приобнимать ее за талию и рассказывать о главных достопримечательностях Вентимильи, пока она сама считала шаги до конца опасного переулка, откуда доносились звуки музыки и шум толпы. Подозрительность вовсе не собиралась проходить, только нарастала с каждой секундой, а путь казался бесконечно длинным.
Когда из ниши в стене, загороженной парой бочек, раздался шум, Дамиана тут же резко повернулась и вскинула руку, готовая создать защитное заклинание. С Фабио его веселая беззаботность слетела мигом: он схватился свободной рукой за эфес шпаги, а другую сжал у нее на талии, и Дамиана почувствовала, как напряглись все его мышцы, готовые к схватке. Она уже открыла рот и махнула рукой, чтобы оплести их коконом, как вдруг Фабио тихо засмеялся и тут же снова расслабился, крепче притянув ее к себе.
— Ш-ш-ш, успокойтесь, все в порядке, — тихо сказал он ей на ухо.
А в следующее мгновение из-за бочек раздался звук, который ни с чем нельзя было перепутать: сладострастный женский стон. И за ним — хриплый мужской шепот: "О-орландина".
Дамиана уткнулась в плечо Фабио и захихикала.
— Стоило опасаться.
— Ну, осторожность никогда не повредит, тем более на маскараде, — возразил Фабио и потянул ее за собой, торопливо зашагав по переулку. — Не будем им мешать… нас ждут интересные места. Так вы, значит, боевой маг? С какой прекрасной дамой я, однако, познакомился.
— Защитник, — уточнила Дамиана, и с лукавой улыбкой поинтересовалась: — А вам нравятся боевитые?
— Нравятся, — без обиняков согласился Фабио, с улыбкой посмотрев на нее. — Особенно такие очаровательные.
"Правда очаровательная? Неужели? Стоило надеть маску" — Дамиане было и приятно, и смешно, и вместе с тем обидно. Ну да, Фабио нужно думать, что она дворянка, чтобы она ему подходила.
Тут переулок наконец кончился — и они сразу же оказались окружены пестро разряженными людьми, веселящимися кто во что горазд. Кто-то смеялся, кто-то распевал, причем довольно мелодично, "О, прекрасная Матильда", кто-то целовался прямо посреди улицы.
— Карамельные яблоки. Карамельные груши, — раздалось неподалеку, и Фабио тут же развернулся в ту сторону, к лоточнику, который с трудом протискивался сквозь скопление людей.
— Удивительно, — сказала Дамиана, — этот как переход из тени в свет в яркий полдень, как два разных мира. Тихий и сумрачный и напротив яркий и шумный. А ведь мы всего лишь вышли из переулка.
— Вентимилья всегда такая, сама как маскарадный костюм, из пестрых лоскутков, — ответил Фабио. Стоило им выйти в толпу, как он расплылся в улыбке, которая, кажется, делалась все шире с каждым мгновением, а в голубых глазах заплясали радостные и хулиганские огоньки. — Жаль, вы не чувствуете, а я сам немногим поделиться могу, даже сейчас… — он снова обнял ее крепче, и Дамиана почувствовала, и вовсе не немного, как ей показалось: она была частью этого буйного праздника, прямо сейчас, она была нотами песни про Матильду, она могла вдохнуть смех соседа и рассмеяться следом за ним, она могла прямо сейчас увлечь кого-нибудь в танец вроде того, в который ее саму недавно втянули посреди улицы, и люди подхватили бы, заплясав за ней следом, ее затягивало в водоворот карнавала, в радостный и яркий вихрь… А Фабио сунул ей в руку маленькую карамельную грушу на палочке и довольно засмеялся, и огоньки в его глазах теперь больше напоминали два маленьких костра синего пламени.