Идеальный ген - 3 (СИ)

— Госпожа Ренко, я все объясню. Моя сестра болеет, и нужны деньги на ее лечение… — начал оправдываться Томелли.
Матильда без внимания слушала трагическую историю о том, как любящий сын был вынужден встать на сторону зла, лишь бы спасти свою мать. Ведь — вот незадача! — они не были гражданами ФПП, и не могли купить выгодную медицинскую страховку.
Сама Ренко могла рассказать таких историй если не сотни, то десятки точно. В трущобах этажом выше жили профессиональные нищие, которые регулярно репетировали свои выступления, а при смене репертуара ходили по соседям, интересовались, как им новый грим, и стоит ли сделать лицо еще несчастнее, или и так сойдет.
— Я вам клянусь, это было в последний раз! — завершил дядя бандита.
— Мне и его хватило, — заметила Матильда.
— Госпожа Ренко, неужели у вас нет сердца? — воскликнул господин Марчел, включив обаяние на всю мощь.
— Есть. К счастью, они не успели в него выстрелить!
— Говорю же вам, винтовки были даже не заряжены! Сколько денег вам предложить?
— У меня их достаточно, — сказала Матильда. — Из таких вот, как ваш «незаряженный» племянник, который сейчас обливается слезами, получаются те, кто стреляет настоящей плазмой в человека, который просто защищает своих подопечных от рабства. Я уже через это проходила, спасибо, больше не нужно. Шель, проводи, пожалуйста, капитана и юриста в коридор.
Телохранитель попросту вытолкал мужчин из каюты к ожидавшим их там охранникам. Бравые пышнотелые вояки, привыкшие разнимать пьяные драки п ассажиров, таращились на трупы с ужасом.
Шель закрыл и заблокировал дверь, пнул Джо-Джо и сказал:
— Перестань скулить, госпожу раздражаешь.
— Угадай, что у меня есть? — спросил Кирилл у Матильды, ссаживая ее с колен. — Видео всего, что тут произошло, начиная с момента, когда эти уроды за нами погнались.
— Прекрасное доказательство для полиции! — обрадовалась Матильда. — Как ты догадался это все записать?
— Наука Илиаса даром не проходит, — похвастался Кирилл. — Он предупреждал, что в любой спорной ситуации нужно включать запись, чтобы потом пересмотреть на здравую голову.
— А я не догадался, — расстроился Шель.
— Зато ты нас всех спас, — сказала Матильда, протягивая к нему руки. — Спасибо. И за сухарики тоже
— Ты нас всех спас тем, что принес сухарики, — рассмеялся Кирилл. — Голодная Матильда пострашнее трех придурков с винтовками будет!
— Да ну тебя! — обиделась Матильда. — Можно подумать!
У Кирилла завибрировал браслет. На нем появилось сообщение от Натаниэля: «Что происходит возле каюты Матильды»? Рыжий усмехнулся, представив, как трясет Ната, и решил его не мучить. «С Матильдой все хорошо, жует сухарики». Подумал немного и добавил: «Ждет полицию, чтобы сдать ей своих неудавшихся убийц».
Вроде и успокоил, и взволновал одновременно. Ничего, Натаниэлю полезно.
  
22. Изергини
 
На планету корабль садился уже без капитана. Его, главного помощника, начальника охраны, и, конечно же, племянника забрала галаполиция ФПП. Они в обязательном порядке досматривали пассажиров до того, как корабль входил в атмосферу. Те, чье присутствие на территории Федерации нежелательно, оставались на орбите, пересаживались на станцию на спутнике Изергини, на которой законы ФПП не действовали, и ждали обратного корабля.
— Спасибо, — майор полиции удостоверился, что подчиненные увели преступников, и с чувством пожал Матильде руку. — Мы давно на семейку Томелли охотимся, но никак не могли их поймать на горячем.
— Вам было достаточно один раз досмотреть их шлюпку! — буркнула Ренко.
— Без оснований? Вы представляете, какой бы вой поднялся! Эти проклятые подданные рабских планет живут у нас, но, чуть что, сразу вспоминают, что они граждане других планет и грозят международным скандалом.
Матильда, которая в последнее время тоже этим злоупотребляла, сделала сочувствующее лицо.
— Семейку, говорите? — заинтересовался Кирилл. — А что, их много?
— Целый клан! — сказал майор. — Сестрица этого Томелли как раз поспособствовала, чтобы он из простого механика стал капитаном этого судна. С тех пор мы чуть ли не треть пассажиров с него каждый раз ссаживаем! И ведь надеются на что-то, и лезут, и лезут!
— Ну, знаете!!! — возмутилась Матильда, понимая, что внезапно она опять, совершенно этого не желая, стала спасительницей и знаменем очередной борьбы, но, на этот раз борьбы помельче, всего лишь против одного клана, а не против системы. — Вы так говорите, будто без меня вы вообще ничего не могли сделать!
— Конечно, не могли! Как вы знаете, п олиция не может выступать пострадавшей стороной. Для того, чтобы начать дело, нужно заявление третьего лица.
— И вам никто не заявлял на беспредел, который творился на корабле?
— Кто это мог сделать, госпожа Ренко? Граждане ФПП спокойно летали, их никто не трогал. «Разводили» на деньги исключительно рабовладельцев, которые знали, что их невольник дефектный, и или откупались, устрашенные документами организации чистильщиков, кстати, совершенно официально зарегистрированной, или отдавали раба вроде как на уничтожение. Потом этих несчастных доставляли на станцию и перепродавали. Так что, от имени полиции планеты Изергини, выношу вам, госпожа Ренко, благодарность за героизм и активную гражданскую позицию и… не откажетесь ли выпить со мной чашечку кофе?
— Что? — переспросила Матильда, решившая, что ей почудилось.
— Он предлагает тебе свидание, — любезно объяснил ей Кирилл, во время разговора стоявший рядом.
За спиной ревниво засопел Шель. Но — главное! — молчал.
— Да, — бравый майор покраснел. — Я… хм… уважаю таких смелых женщин, госпожа Ренко. Вы же на выставку, значит, у нас будет время узнать друг друга получше…
Матильда рассмеялась. У нее вдруг появилось чувство, что ее жизнь в последнее время — шутка Господня. Внезапно Он решил, что рядом с ней должно быть именно такое количество мужчин, поэтому, стоит одному выбыть, как на его место тут же появляется другой претендент! Как говорила бабушка «Бог есть любовь».
— Извините, — сказала она обиженно поджавшему губы майору, — я не над вами смеюсь. Над собой. Дело в том, что я беременна.
— Ребенок — это прекрасно, — сказал полицейский. — Значит, кофе вам нельзя, приглашаю вас на стакан сока!
— Кроме беременности у нее есть мы, — сказал Кирилл. — Нам, кстати, кофе можно.
— Они? — майор удивленно посмотрел на Матильду. — Но они же рабы… пусть и бывшие.
Этими словами он растоптал маленький росток мысли «а, может, стоит сходить с ним на свидание?», который внезапно проклюнулся в голове Матильды. Ну и правильно, сорняки надо уничтожать, как только они появляются на свет.
— Они не просто рабы, пусть и бывшие, — холодно ответила Матильда. — Кроме этого, они — замечательные мужчины. Всего доброго, майор.
Мужчина оказался понятливым и больше на встрече не настаивал.
— Наша ты роковая женщина, — притворно умилился Кирилл, получил подзатыльник и приказ идти в каюту и пристегиваться к койке. И проследить, чтобы его братец в точности выполнил инструкцию по безопасности, а не изыскивал очередной способ причинить себе боль.
— Матильда, — обиделся за брата Кирилл. — Кирк — мазохист, а не идиот. Это разные понятия, между прочим.
— Раз ты такой специалист в понятиях, то советую выяснить для себя значение «раздраженная женщина», и не нарываться! — ответила Матильда.
Она нервничала и никак не могла с собой справиться. Что задумал Натаниэль? Почему он до сих пор не появился? Как же ей не хватало его хладнокровной поддержки!
— Пойдемте, госпожа, — ласково сказал ей Шель. — Нам тоже нужно пристегнуться.
Матильда сцепила зубы и заставила себя думать о том, что нынешний и.о. капитана может не справиться с управлением, и тогда их всех вместо посадки ждет большой бух. Вот тогда страдать по Натаниэлю ей уже не придется. Никогда.
В каюте Шель обнаружил забившегося под койку Кирка. Стоило полиции пристыковаться к кораблю, как он исчез. Матильда была уверена, что рыжий отсиживается в общей каюте под крылышком Натаниэля, но нет.