Идеальный ген - 3 (СИ)
— Но гарем… — вякнула Анна.
— Это наше личное дело, — улыбнулся в камеру Зейн. — Разница между Матильдой и вами, девочки, состоит в том, что она не хотела иметь гарем, вполне удовлетворяясь нашим тесным общением. Но, раз уж так получилось, она строит отношения со своими мужчинами, а не чешет свое эго присутствием рядом кучи красавцев. Пойдем, дорогая.
— Погоди, я хотела еще сказать…
— Все, что ты скажешь, может быть использовано против тебя, — сказал Карат, уводя ее подальше от девушек из фан-клуба. — Разве Иван тебя об этом не предупреждал? Я достаточно увидел, чтобы понять, что эти дамочки ненормальные, с обострением болезни недотрахеит. С ними даже я побоялся бы связываться.
— Даже! — фыркнула Матильда.
— Именно, что даже. Извини, что я рассказал о твоей беременности. Пусть морально готовятся всякие интересующиеся твоей жизнью. Ты у нас особа популярная, вот, даже фан-клуб у тебя появился.
— Ненормальный! — вставила Матильда.
— Все фан-клубы ненормальные, — отмахнулся Зейн. — Нужно быть фанатом самого себя, а не какого-то совершенно чужого человека. Но зато теперь я подготовил почву к усыновлению твоего ребенка!
Матильда хотела было сказать, что это еще не решено, что у Рика тоже есть документы, но, к сожалению, нет власти Зейна, и что называть ее ребенка своим несколько преждевременно, но решила промолчать. Мало ли что, а Зейн, как показала практика, оказывается ей постоянно полезен.
— Мне интересно, получится ли у этих девушек что-либо, — сказала она.
— А мне все равно. Хотят получить себе головную боль — пусть бьются головой об стену. Во всяком случае, у парней, которых выкупят, будет шанс удрать от своих опекунш. Все же, ФПП это не рабские планеты, и социальные службы работают… или пытаются работать.
— Если ты думаешь, что я забыла, как ты натравил на меня соцслужбу на Хоте, то нет, не забыла, — заявила Матильда.
Зейн улыбнулся.
— Зато теперь ты знаешь, что соцслужбы работают и, уверен, твой адвокат выцарапал от них все пособия, которые возможны.
— Что да, то да, — согласилась Матильда. — Мои мальчики богаче меня, на самом деле. Только Ванька положил эти деньги им на счета, доступ к которым они получат тогда, когда станут гражданами. Мы-то надеялись, что они захотят жить отдельно.
— И что ты решила с гаремом, который не дает спокойно спать твоим фанаткам?
— Сегодня все решим, — ответила женщина. — О, кажется, мы уже пришли, ты смотри, сколько людей! Думаешь, управление на флайере действительно революционное?
— А кто его знает? У людей иногда в голове такое творится, что все может быть.
33. Возвращение
Матильда вернулась на корабль поздно вечером. Революционная идея управления флаером действительно была революционной. До этого момента еще никто не додумался в обычный пассажирский флаер поставить пульт от детского, который летает на высоте полметра на очень ограниченное расстояние. А ведь на самом деле так и нужно! Зачем обывателю все те сотни функций, которыми оснащены флаеры — и которыми мало кто пользуется! Даже Матильда использовала от силы парочку.
Все, что нужно обычному родителю, отвозящему ребенка в школу или парк развлечений, так это: взлет, посадка и автопилот. И кнопка, когда нужно увеличить расход топлива, потому что поход в супермаркет стал более результативным, чем планировалось.
— Это профанация! — разорялся по дороге назад возмущенный до крайности Зейн. — Низвести флаер до уровня игрушки! Кощунство!
— Но ведь обычные флаеры остаются, — утешала его Матильда. — Ты пилот, и можешь использовать их на полную мощность.
— Еще я буду размениваться на обычные! Я летаю только на военных!
— Я помню… Ой!
Зейн проследил за взглядом Матильды и помрачнел. У трапа ее нового корабля стояла четверка придурков его любимой женщины, подтверждая своим видом тезис, что тараканов можно вывести только прямым убийством. Ничто другое на них не действует.
Парни приоделись и обзавелись чемоданами с вещами. Конечно же, больше всех выделялся Кирилл. Если остальные сменили футболки и штаны из дешевых автоматов на примерно такие же, но подороже, то Кирилл облачился в черную футболку с каким-то совершенно невообразимым принтом, при взгляде на который начинала кружиться голова, драные джинсы и высокие ботинки. Пышную шапку кучерявых волос он срезал под ноль, и теперь близнецы довольно сильно отличались друг от друга.
— Матильда, — первым нарушил молчание Кирилл, понимая, что ни от пялящегося на госпожу с идиотски счастливым выражением лица Шеля, ни от засмущавшегося Рика и, уж тем более, ни от Кирка он внятного разговора не дождется, — мы пришли сказать, что очень хотим жить с тобой. Мы не будем больше ссориться по пустякам, но, пожалуйста, не лишай нас возможности жить нашей специфической, но все же семьей. Мы далеко не подарки, но… каждый из нас любит тебя и хочет быть рядом.
— Ты же их не пустишь на корабль? — Зейн по — собственнически обнял Матильду за плечи, поцеловал в щеку. — Ти-ти, я беспокоюсь лишь о тебе. В твоем состоянии нужно быть спокойной, получать только приятные впечатления… Если тебе нужна команда — а для корабля таких размеров она обязательно нужна! — то я готов помочь. У меня есть прекрасные специалисты, многих ты знаешь… Они не будут создавать тебе проблем…
— Мы тоже не будем! — вмешался Рик, подходя к Матильде поближе. — У меня есть диплом и все гражданские документы! Корабль, мало того, что новый, но и оборудован под наши нужды и рассчитан на команду небольшого размера. Капитан Карат, я очень ваш прошу не вмешиваться в наши семейные отношения!
— Ваши! — усмехнулся Зейн. — Малыш, я согласился усыновить ребенка Ти-ти, чтобы он не достался клану Ренко! Так что можешь уже начинать считать меня частью вашей семьи!
— В этом нет необходимости, капитан Карат. Матильда, у меня есть все документы, все, в том числе подтверждающие, что я способен содержать семью, так как моя профессия является востребованной и прибыльной, — обратился Рик к молчавшей Матильде. — У меня есть даже подтверждение из Центра социальных служб, что мне позволено усыновление как морально стойкой и обеспеченной личности, выросшей в рамках традиционных семейных отношений! А еще список мест, куда меня готовы взять на работу! Я хочу быть с вами, мэм, не от безысходности, а по любви!
— Надо же, как ты подготовился! — удивилась Матильда.
— Мы все подготовились, — остальные парни тоже подошли к женщине и очень недружелюбно посмотрели на Зейна.
— В ваших услугах, капитан Карат, госпожа больше не нуждается, — вежливо сказал Кирк.
— Это мне решать! — вспыхнула Матильда.
Зейн оскалился, и не думая отступать. Он не уступит бывшим рабам, даже если их будет не четверо, а сорок! Это вопрос самоуважения.
— Мне предложили первому, — сказал он. — Это, во-первых. А во-вторых, что ты, мальчик, несешь относительно своей обеспеченности? У тебя ни жилья, ни сбережений. Да, чиновники с радостью навяжут тебе сироту, которому все равно, где и в каких условиях жить, хоть в общей каюте, хоть на коврике возле двигателя. Пока ты работаешь, да, у вас будут какие-то деньги, но стоит получить травму… Я бы на вашем месте радовался, что у малыша будет нормальный отец, который ему оставит в наследство не только драные штаны. И, в-третьих, мы сегодня утром объявили по сети, что ждем ребенка.
От укоризненных взглядов Шеля и Рика Матильде стало не по себе. Но объяснять она ничего не стала. Обойдутся.
— Зато мы не будем использовать малыша как средство давления на Матильду! — сказал Кирилл. — Мы его будем любить без всяких условий, которые вы, наверняка, поставили.
— Попрошу не решать будущее моего ребенка! — резко заявила Матильда. — Я с радостью приму вас, парни, на борту корабля, но вы должны усвоить, что капитан — я, и решающее слово принадлежит только мне!
— А ты должна усвоить, что мы свободные люди, и что имеем право на свое мнение, — ответил Кирилл, даже не дрогнув.