Куклы для смерти (СИ)
— Знает. — Боб встал и подошел к сумке.
Он пару секунд смотрел на эту сумку, словно боялся к ней прикоснуться. Никто не видел ни его лица, ни рук. Промелькнула мысль: хорошо, что он стоит к Алине и этому менту спиной — никто не увидит, как ему тяжело копаться в сумке матери. В их семье никто никогда не имел право лезть в чужое пространство — будь то сумки, карманы или телефоны с компьютером. Но так было раньше. А сейчас…
— Тебе помочь, Борь? — голос Алины участливо прозвучал где-то далеко за спиной.
Боб покачал головой, быстро выдернул паспорт. Но что-то белое выпало из паспорта на ровную поверхность трюмо. Борис автоматически заложил бумажку в карман пиджака, и повернулся.
Паспорт из его рук перекочевал к Фельдшеру, который тут же исчез. Боб вернулся к Алине и в изнеможении сел, будто не паспорт искал, а грузил свинцовые балки на стройке. Алина положила ему руку на плечо и ободряюще сжала.
— Мы пока не можем отпустить Бориса. — Денис подобрал свою упавшую с плеч Алины куртку. — Но я обещаю, что будем предельно кратки. Борис вас вызвал сразу?
— Нет-нет. Он мне не звонил. Я сама приехала. — Алина порывисто вздохнула. — Мы с Катей договаривались вчера встретиться. Я должна была к ней после работы заехать. Но не вышло — у меня совещание в Центре затянулось. Я пыталась до нее дозвониться, но она трубки не брала. Я решила, что она заснула. Вы… Вы можете это проверить. У нее на сотовом и на скайпе должны остаться мои вызовы.
— Да пьяная она наверно была… — неожиданно зло оборвал Боб. — Все по Андрею поминки справляла. Всё пила-пила-пила. Допилась, тварь… спьяну башкой треснулась и здравствуй Господи… Боже… Мамочка… — Боб неожиданно всхлипнул, и уткнулся в плечо Алине.
Денис отвернулся. Ему была знакома такая картина — эмоциональные качели от злости и агрессии к жалости и боли утраты.
— Тшшш… Успокойся… — Алина обняла Боба и стала укачивать, как ребенка. Затем оглянулась на Дениса. — Я решила сегодня перед работой заехать. Хотела её с собой взять. Отвлечь. А когда приехала, то…
— Ясно.
Борис уже рыдал навзрыд. Денис не выносил слез, тем более мужских. Он вышел из комнаты в гостиную, где продолжала работать группа.
Тарас с кем-то бурно разговаривал по телефону, отвернувшись к окну, а Петрович сидел на корточках и рассматривал «морщины» ковра.
— Ну, что скажешь? Убийство? — Денис «завис» над Петровичем.
— С чего? Ничего не пропало. Везде чисто-чинно-благородно. Вон — он ткнул пальцем в ноут-бук. — Эта машинка тысяч сто стоит.
Денис подошел к ноутбуку. На клавиатуре мигала лампочка включения. Денис пошарил «мышкой». Экран тут же откликнулся ровным светом заставки — большой фотографии всей компашки: Глазунов, Алина с Нелли, Павел с Катей и Бобом, Родион и… Марго. Где-то на заднем фоне светилась растяжка «Бобу-21!»
— «И вся королевская рать» — Петрович кинул взгляд на заставку на мониторе, поднялся с корточек, и аккуратно взялся за бокал, что так и стоял на столе рядом с коробкой вина.
— Двоих уже нет. Кто следующий? — Денис отвернулся от монитора. Ему больно было видеть Марго — такую красивую, юную и тем более в объятиях толстого Родиона.
— Дэн, это несчастный случай. Заломы на ковре видишь? — Петрович оторвался от бокала, и кивнул на ковер. — Пьяная дама, споткнулась о залом ковра. Упала неудачно, ударилась головой об угол стола. Удар пришелся точно в висок. Смерть наступила мгновенно.
— Считаешь, сама упала, никто не помог? — Денис задумчиво вновь уставился в монитор.
— А тебе обязательно нужно убийство?
— Ну, просто странное совпадение, — произнес Денис, нажимая на кнопки ноутбука. — Сначала — Глазунов. Потом — ближайшая подруга….
На мониторе загорелись несколько десятков папок:
«Италия» «Уикэнд в Горном, «Выпускной Боба», «Новый год»…
Но Дениса интересовала одна:
«Юбилей Боба 2016».
— Да сама она грохнулась — зуб даю. — Петрович распахнул дверцы бара. — У нее координация была нарушена, реакция заторможена. Ты вот сюда глянь, Перкинтон.
Денис уже занес руку над клавиатурой, чтобы открыть «папку», но оглянулся через плечо. Петрович картинно обвел рукой содержимое бара: ряды пустых бутылок.
— Все ясно, как белый день. Пила дамочка не по-детски. И результат плачевный.
— Да, понял. — Тарас оторвал от уха трубку сотового телефона. — День, бригада, что Павла везла в больницу, подтверждают — инсульт. У них все записи в наличии. Сейчас операцию делают.
Денис молча отвернулся, и нажал на кнопку клавиатуры. Компьютер тут же отозвался, раскрыв нужную папку, но… В папке не было ни одной фотографии. Абсолютно белый пустой экран.
— Послушай, День. — Тарас стоял за его спиной, и бубнил. — Я понимаю, тебе не хочется закрывать дело. Но поверь, смерть Фомичевой — несчастный случай. Это просто совпадение.
— Странно… — Денис словно не слышал друга, продолжая смотреть в пустой монитор. — А где же….
Но договорить он не успел. Потому что из спальни раздался истошный крик Боба.
Вся группа ринулась в спальню. Боб катался по широкой кровати и орал не переставая.
Алина, прижав руки к горлу, смогла лишь прошептать.
— Ему позвонили. Павел умер.
* * *Денис захлопнул папку с делом об убийстве Глазунова, и с треском кинул на стол.
— Ну как, как я его закрою теперь? — кричал он Тарасу. — Не верю я в совпадения, тем более случайные. Ну не верю, Тарас. Называй как хочешь — интуицией, ясновидением, но что-то тут еще есть! Я жопой чую, блин. Не могла Фомичева просто так оступиться и в ящик сыграть. Что-то знала эта женщина. Тайна какая-то была! За эту тайну она и умерла!
— Хорошо. Возможно. — Тарас медленно поставил стаканчик с карандашами, которые раскатились по столу от удара папки. — Но интуицию к делу не пришьешь. Сам мне всегда говорил. У тебя факты есть? Хоть приблизительные.
— Нет! Нет у меня ничего. Хотя… вертится что-то. Такое впечатление, что я что-то упустил. Что-то важное.
— Так. Ты успокойся. Сядь. — Тарас силой усадил Дениса за стол, налил воды в стакан и придвинул его поближе к другу. — Где упустил?
— Не знаю. — Денис залпом осушил стакан. — Весь день голову ломаю, все протоколы перечитал — никак не могу ухватиться. Что-то связанно с Фомичевой, а что — никак не могу вспомнить. Этот приступ бешенства у Боба у меня всю память отшиб.
— Да уж… Не повезло парню. За одни сутки сиротой стать. — Тараса передернуло. — Ну ничего, отойдет потихоньку. Вернемся к нашему стаду оленей. Денис, послушай меня. Вспомнишь ты или нет, по большому счету это не важно.
— Почему?
— Да потому что смерть Фомичевой никак не подтверждает версию заказа на Глазунова. Протапов скажет, что это все — на уровне фантазии, домыслов. Обматерит тебя, и все.
В кабинет зашел Петрович с результатами экспертизы.
Экспертиза показала, что в крови Кати была большая доза алкоголя, которая, вероятно, и привела к неудачному падению со смертельным исходом. По отпечаткам пальцев — тоже ничего интересного. Никаких отпечатков посторонних людей в квартире не обнаружено.
— Короче — несчастный случай, как я и говорил. — резюмировал Петрович. — А! Еще моргушники из судебного насчет муженька этой Фомичевой отзвонились — инсульт чистой воды.
Денис сник.
— Кстати, раскопал я кое-что про этот кинжальчик Шитова, — переключил внимание Дениса Петрович, — могу показать.
Тарас сделал на Петровича круглые глаза, незаметно покрутил пальцем у виска.
Денис сразу оживился, подскочил на месте.
— Так что же молчишь?
— Ну, не думаю, что это как-то повлияет на ход дела, просто так, самому было любопытно…
Но Денис уже не слушал — он тащил Петровича из кабинета в его лабораторию, а за ними спешил Тарас.
* * *Петрович разложил на столе фотографии с изображением различных кинжалов, более или менее похожих на тот, которым Шитов убил Глазунова. Денис жадно вглядывался в фотографии. Но все они чем-то немного отличались. А Петрович тем временем рассказывал, что долго копался в архивах. Его самого зацепило — что за символика такая? И докопался, что в точности такие кинжалы использовались одной средневековой мусульманской сектой. Секта эта нынче в большой моде, о ней и книги пишут, и фильмы снимают, даже игра компьютерная есть. При этом Петрович выложил на стол еще одну фотографию, сделанную со старинной гравюры. Изображенный на ней кинжал практически точно соответствовал кинжалу Шитова.