Я тебя покупаю

Я пошла следом, не понимая, что происходит. Почему вообще они позволяли себе такое в чужом доме? Не снимая обуви, не спрашивая разрешения пройти дальше?
– Михаил, – чуть растягивая гласные, проговорил Титов, когда они вошли в кухню. Я протиснулась мимо них и застыла возле окна. – Я пришёл за долгом. Ты же знаешь, что нужно будет заплатить?
Взгляд брата метнулся ко мне, и он замотал головой.
– Пусть сначала она выйдет.
– Я не собираюсь уходить! Что вообще происходит? – выдохнула я, испытывая одновременно страх и злость.
– Видишь, Лина не хочет уходить сама.
Титов подмигнул мне, подтащил к себе стул и устроился на нём. Влад был таким… чужеродным в нашей небольшой кухне, да и в квартире в целом, что меня снова охватила дрожь. Будто и вправду пришёл из какого-то другого мира, о котором я вообще ничего не знала.
– Пусть уйдёт, – повторил Миша, его голос при этом дрогнул.
– Нет. Она не уйдёт. Даже если бы сама хотела. Ты ведь не нашёл нужной суммы?
Брат дёрнулся вперёд, но остановился, когда один из мужчин положил руку на пояс брюк с правой стороны. Они что, пришли сюда с оружием?
Меня замутило. Горло сдавило тошнотворным спазмом.
– Мы отдадим всё, – подала я голос, который тоже дрожал. – Миша только сегодня рассказал, что у него проблемы. Мы всё отдадим.
– Проблемы? – Влад насмешливо вскинул бровь и неприятно хохотнул.
И как только я вчера спутала его с Севой? Нет, этот незнакомец точно им не был, да и то, что брат даже намёком не высказал, что узнал Всеволода, говорило само за себя. Пусть и виделись они всего однажды.
– А разве нет? – спросила я, не понимая, что так веселит Титова.
– Проблемы – это когда в ванной труба засорилась. Вот это проблемы, Лина. А как назвать ту ху*ню, которую сотворил твой брат, зная, с какими людьми связался, я даже не знаю. Но кажется, я придумал, что с этим делать.
Он поднялся одним слитным движением, напоминая огромного хищника, готового к атаке.
– Той суммы, которую я выставил твоему брату в качестве выплаты долга и компенсации за моральный ущерб, вам не собрать даже за сто лет. Поэтому я забираю тебя. И забуду о долге Михаила.
– Что-о-о? – выдохнула я, надеясь, что попросту ослышалась.
– Не смей трогать её, урод, – зашипел Миша, и одновременно с этим снова дёрнулся вперёд. Ему наперерез тут же устремился один из подельников Титова. Схватил, легко ударил под подбородком, и я с ужасом увидела, как брат обмякает в его руках.
– Поехали, – кивнул он второму громиле, и именно в этот момент я закричала. Истошно, изо всех сил. Испытывая такой жуткий страх, что у меня волосы едва ли не дыбом встали.
Нет, бить меня не стали. Просто схватили с такой силой, что я забыла, как дышать. Рот затыкать не стали тоже – но на то, чтобы орать и дальше, у меня попросту не осталось сил.
– Пожалуйста… пожалуйста, не нужно. Мы всё отдадим, правда, – лепетала я всё то время, пока меня выводили из квартиры и вели вниз, к одной из припаркованных у подъезда чёрных машин. – Мы отдадим.
А потом впихнули на заднее сидение, на котором устроился и Влад.
– Поехали, – отдал он указание водителю, и в тот же миг машина сорвалась с места.
– Немедленно меня отпустите! Вы понимаете, что это похищение? – шепнула я без особой надежды на то, что Влад меня услышит.
– И что? – приподнял он бровь. Откинулся на спинку сидения, прикрыл глаза. Будто бы давал понять, что потерял интерес ко всему происходящему.
– И то! За это предусмотрена статья, вы не знали?
Я попыталась дёрнуть ручку раз-другой, но ничего не вышло. Вжалась спиной в кресло, держась как можно дальше от Влада. Мне было нужно сосредоточиться и понять, что делать дальше. Как выпутаться из той ситуации, в которой оказалась. Бежать? Да, как только получится, сразу предпринять попытку, пусть я в одних тапочках, чудом оставшихся на ногах, и домашней одежде.
– Лина, я думаю, что будет лучше прежде всего для тебя, если ты уяснишь прямо сейчас кое-что важное, – приоткрыв глаза, проговорил Титов. – Я тебя забрал и теперь ты принадлежишь мне. Можешь думать о похищении, о статьях, о чём угодно… но ты же умная девочка, как мне показалось, и должна понимать очень важную вещь – мне насрать на статьи, на твои угрозы. Мне вообще насрать на всё, кроме того, что нужно мне. Это ясно?
Господи, прости меня, потому что я не ведала, как могла увидеть в этом монстре своего Севу! Титов, может, и был на него похож, но мой муж никогда бы так не поступил не то что со мной… он и с теми, кто переходил ему дорогу, не был способен быть жёстким.
– Ясно, – сказала я и отвернулась.
Самым правильным, наверное, было устроить истерику. Но что толку от неё? Меня попытаются отключить, как сделали это с Мишей? Кстати, о нём.
– Сколько мой брат задолжал вам? – спросила, когда прошло несколько минут тяжёлого молчания.
– Это неважно, – покачал головой Титов и вдруг повернулся ко мне. Окинул таким взглядом, что мне стало окончательно нехорошо. Прежде всего потому, что вновь увидела глаза мужа.
– Что значит, неважно? Вы считаете, что можете забрать живого человека словно вещь, а ведь у этого имеется цена!
– Да? И сколько же ты стоишь, Лина? – усмехнулся Влад. Он скользнул взглядом по всей моей фигуре, после чего вернулся к лицу. – Так сколько?
– У меня нет цены! Но я могу попробовать найти деньги, которые вам должен брат.
– Он должен мне гораздо больше, чем просто деньги, Элина, – откликнулся Владислав. – И попробуй смириться с мыслью, что ты не сможешь вытащить брата из того, во что он влез. Зато можешь за это расплатиться.
– Собой? Своим телом? – не выдержала я.
– Именно так, – просто кивнул Титов. – Большего мне от тебя не нужно.
Он отвернулся и стал смотреть в окно, давая понять этим, что разговор между нами завершён, и мне ничего другого не осталось, как сделать то же самое.
Я не представляла, куда он меня везёт. Не знала, что у Влада в голове, да наверное и не хотела знать. Этот мужчина меня пугал, заставлял сжиматься от страха и строить тысячу и одно предположение.
Мы выехали из города. Высотные дома закончились – их сменили особняки за заборами. Я поджала губы, чтобы не начать требовать от Влада ответов на те вопросы, отвечать на которые он не собирался. А потом мы остановились… на какой-то заправке. И водитель, отпирая дверцу, разблокировал замки.
Наверное, это были скорее инстинкты, чем обдуманный акт неповиновения, но я схватилась за ручку и нажала на неё. И – о, чудо! – дверь поддалась.
Мне было неважно, что я едва ли не голая. Что кругом нет никакой цивилизации. Я желала только одного – помчаться к крохотному домику заправки и закричать, что меня похитили и удерживают силой.
Стальные пальцы Титова сомкнулись на моём запястье ровно в тот момент, когда мне почти удалось выбежать на улицу. Влад дёрнул меня на себя, и одновременно с этим со стороны улицы кто-то из его людей захлопнул дверь, оставляя меня наедине с Титовым.
– Отгони машину чуть дальше, – рявкнул Владислав, наваливаясь на меня так, что я могла чувствовать лишь вес его тела.
В машину юркнул водитель, завел двигатель и проехал несколько метров, а потом вышел, и мы с Титовым остались вдвоём.
– Никакого побега, Лина, – процедил он, так и продолжая вдавливать меня собой в сидение. Он нависал надо мной подобно огромной грозовой туче, а я только и могла, что растерянно моргать и отчаянно, до ужаса, бояться.
Но стоило только ладони Влада скользнуть под мою кофту, как я забилась под ним, словно пришпиленная булавкой бабочка.
– Не надо, прошу! – Эти слова вырвались из груди судорожным всхлипом.
Титов не причинял мне боли, но я была в ужасе. Ещё никто после смерти Всеволода не касался меня так. Чёрт побери, я вообще никому ничего подобного не позволяла!
– Не надо мне перечить, – выдохнул Влад, сдавливая грудь.