Эвакуатор

— Личинок из тела вынуть, да и вообще осмотреть, — сказал я, не став вдаваться в подробности.
— Хорошо, сейчас буду с бригадой, — коротко ответил Михаил и положил трубку.
Пока он добирался — я закрепил телепорт рунами, заякорив их собственной кровью и энергией. Получилось не так изящно и просто, как у Кукловода, но портал стабилизировался. Теперь в зал вела еще одна дверь. С той стороны мы выбрали квартиру как можно дальше от улья, чтобы шершни не могли добраться до дверей случайно. К моему удивлению, уйти из поселения в более безопасное место захотело не так много людей — из пары сотен даже десятка не набралось.
— Ты в порядке? — спросил, только появляясь в дверях, Михаил.
— В полном, — помахал я ему.
— Раздевайтесь, — сказал зашедший в конференцзал следом мужчина в полном костюме химическо-биологической защиты, я такие только в кино видел. Плотная резиновая основа, с парой баллонов за плечами и стеклом, за которым виднелась еще одна маска.
— Врач нужен не мне, — сообщил я, махнув на открытый портал.
— Приказ сверху, вначале осмотреть вас на предмет заражения паразитами, — безапелляционно сказал хирург. Он спокойно прошел между рядами кресел, часть из которых уже свинтили, чтобы поставить палатки.
Спорить с ним я не стал, тем более что сам хотел на всякий случай провериться. Разделся догола, оставив политую выделениями шершней одежду на виду. Меня тщательно осмотрели, заглянув в уши, рот, ноc и даже глаза. Затем врач достал портативный эхо и прошелся по моему животу и спине.
— Чисто. Нет ни следов заражения, ни переломов или следов укусов. Ни одного шрама. Что совершенно не вяжется с вашей историей болезни, — сказал доктор, отступая на полшага. — И эта татуировка, она идет не только по коже — переплетается с нервными окончаниями и уходит к позвоночному столбу. Как это вообще возможно?
— Я же одаренный, наверное, все ушло при очередном перерождении, — пожав плечами, ответил я, немного смутившись. У меня было довольно бурное детство и молодость. Да и увлечение трейсингом и скалолазанием не обошлись без нескольких неприятных переломов. Чего уж говорить о вывернутых пальцах, застарелых шрамах и прочем.
— Вы подтверждаете, что перед нами именно ваш товарищ? — обратился к Михаилу доктор, и я неприятно удивился, глядя на направленные в мою сторону стволы.
— Серьезно? Вы собрались стрелять в меня? — недовольно спросил я, но на всякий случай зафиксировал несколько точек для телепортации.
— Обычная осторожность, ничего больше, — попытался успокоить всех боксер. — Слава, самая мощная способность?
— После моей? Хлопок, — понимающе хмыкнул я, и Миша коротко кивнул.
— Да, он свой. В следующий раз достаточно будет пароля, — подтвердил боксер. — Буквенно-цифровой восьмизначный код.
— А может, хватит того, что я открыл окно телепорта? Могу еще лампочку молнией зажечь, чтобы уж наверняка, — предложил я.
— Тоже верно, я попрошу повесить лампу с конденсатором, — согласился Михаил. — Две одинаковых способности у разных одаренных вряд ли найдется. При смерти только одну получить можно.
— Ну наконец. Идемте. Пациент с той стороны, — сказал я, ныряя в портал. Спустя несколько мгновений за мной прошел Неуязвимый, а следом — отряд поддержки. Автоматчики быстро взяли на прицел Палыча и нескольких торчащих у дверей пчеловодов и беженцев. Последним в уже хорошо охраняемую комнату зашел доктор.
— Я должен буду осмотреть всех, кто хочет пройти в лагерь. Позднее мы организуем карантинную зону, для проверок и дезинфекции, — строго сказал врач, чей голос доносился из динамиков на груди костюма. Похоже, у него вообще не было внешнего забора воздуха.
— Я могу помочь выгнать личинки током, — вмешался я, когда начали осматривать Пал Палыча. Мужчину раздели и положили на принесенную с той стороны металлическую кушетку. Поставили яркий свет и каждое действие тщательно документировали.
— Вы бы еще предложили прижечь раны раскаленным железом, чтобы наверняка убить пациента, — недовольно фыркнул врач. — Лучшее, что вы можете сделать, не мешать. Мне понадобится три-четыре часа.
 
— С удовольствием, — облегченно выдохнул я, выходя из комнаты. Мне, если честно, уже представлялось, как подвешенного к потолку лямками пчеловода приходится поливать током, а из него лезут черви, и от такой перспективы передергивало. Так что возможность обойтись цивилизованными методами сильно радовала.
— Куда дальше направишься? — спросил Михаил, вышедший вместе со мной. Его, как и весь отряд вместе с доктором, тоже полили «запахом» шершней, который взяли на анализ.
— В первое основанное поселение, — честно ответил я. — Тут недалеко, минут десять-пятнадцать — и я там. А что, есть какие-то предложения?
— Скорее предупреждение, — с этими словами боксер достал планшет и показал несколько фотографий местности. Почти одинаковых, на первый взгляд. К счастью, проходить тест на внимательность не пришлось — несколько черных точек были обведены рамкой, а рядом указано время фиксации. Каждые пять минут.
— Семь, десять… двенадцать объектов, — быстро посчитал я. — Движутся в нашу сторону?
— В твою. Мы отслеживали их перемещение от дальнего периметра базы. Изначально их приняли за группу выживших, но отправленный штурмовой отряд пропал. Десять человек на двух БТРах, — пояснил Михаил. — Стоило тебе уйти на старую базу, и через несколько минут они начали движение. Ты перемещаешься — они меняют направление.
— Идут пешком? — уточнил я, глядя на маршрут.
— Черт его знает, местность такая, что только летать или, как ты, телепортом. Но они двигаются довольно быстро, будут здесь через полчаса-максимум час, — сказал боксер, стрелкой указав последнее изменение на карте.
— Плохо. Тут много выживших и оборона неплохая, но что будет, если куча охотников ворвется — я предсказать не возьмусь, — подумав, проговорил я. — Нужно выманить их в менее людное место и желательно выгодное нам.
— Есть что-то на примете? — уточнил Михаил. — Я могу вызвать подмогу, возьмем отряд спецуры и устроим горячую встречу.
— Говоришь, в прошлый раз потеряли два БТРа? — переспросил я.
— Тогда они шли за выжившими, а напоролись на ловушку — сейчас все будет наоборот, — многообещающе усмехнулся Михаил. — Заодно посмотришь, как работают профи.
— Главное, чтобы вас при этом не пришлось вытаскивать, — остудил я его пыл. Я лучше чувствовал себя в одиночку, маневренности больше, необходимости тратиться на лечение — меньше. Да и вообще, лучший способ обороны — это не нападение, а избегание агрессии. Но заманить врагов в ловушку — хорошая мысль. Так больше шанс взять их живьем и узнать то, что нам еще не известно. А мы, откровенно говоря, об этом мире не знаем почти ничего.
— Хорошо, зови своих спецов, — решился я. — Оборону будем держать в старом здании поликлиники, тут недалеко. Помещения полуразрушенные, сильно пострадавшие от пожара, но при этом достаточно просторные для маневра, и там есть старые огневые точки.
— Отлично, все уже здесь, только твоего разрешения ждали. Выходим! — по приказу Михаила сразу десяток бойцов с полными рюкзаками амуниции и оружием на груди отделился от остальной охраны.
Учитывая, как они выглядели на фоне оставшихся солдат, я даже не сразу понял, почему не смог выделить их из общей группы. Шлемы круговой защиты, толстые броневоротники, пулестойкие маски и болтающиеся у шей респираторы. Все это в камуфлирующем сером городском цвете.
Я со своем легким бронежилетом и спрятанным в подпространство оружием выглядел словно гражданский на прогулке. Да так оно и было по большому счету. Я не военный, академии не заканчивал, в спецуре не служил. А вот Михаил словно влился в толпу собратьев, явно не пренебрегая дополнительно защитой.
— Рацию настроим, — сказал боксер, требовательно протянув руку.
— С этим я и сам разберусь, ты частоту назови, — спокойно ответил я и за несколько секунд подключился к нужному каналу, не сбрасывая основной. Когда больница стала видна — от группы отделилось два бойца, у одного из которых за спиной висела винтовка с чрезмерно толстым стволом. Кажется, крупнокалиберный «Выхлоп» — почти пушка. При этом и автоматами они не пренебрегли. Остальные, вместе с нами двумя десяток, втянулись в полуразрушенное здание поликлиники.