Камень. Книга 3 (СИ)
Наконец, хорошо поставленный голос из динамиков объявил:
— Его Императорское Величество, Николай Третий!
Очередная дверь распахнулась, и в зал вошёл Император в сопровождении брата и сыновей. На всех на них были деловые костюмы, парадную форму было решено не надевать. Пройдя мимо стола, на котором были разложены награды, Николай остановился около специально установленного микрофона и улыбнулся.
— Здорово, Волкодавы! — сказал он.
— Зрав… жела…, Ваш… Император… величеств… — рявкнуло в ответ подразделение.
Стены Георгиевского зала задрожали.
— Вольно! — скомандовал Император, но мы все как стояли навытяжку, так навытяжку стоять и остались.
Дальше последовала краткая, но проникновенная речь, в которой осуждалось любое преступное насилие, говорилось, что именно такие подразделения, подобные нашему, являются последним оплотом борьбы с проявлениями терроризма, что мы совершаем подвиг чуть ли не каждый день, чтобы, в том числе, и наши семьи могли спать спокойно. В самом конце Император поблагодарил за службу и пожелал и впредь поддерживать продемонстрированный высочайший профессиональный уровень с выучкой.
Дальше, собственно, началось награждение. Голос из динамиков произносил стандартную фразу «За заслуги перед Российской Империей орденом таким-то награждается…», после чего называлось звание и фамилия-имя-отчество, и сотрудник подразделения выходил из строя к Императору, которому Цесаревич на специальном подносе с бархатной подушечкой передавал соответствующую награду. Первыми были девушки, все получившие свой первый орден — «Станислава» с мечами 3-й степени. Кроме того, сотрудница из Службы протокола вручала им по букету цветов. Дальше пошёл костяк подразделения — самые молодые получали «Станислава» с мечами 2-й степени, кто служил дольше — 1-й степени. Были и те, кому вручили «Владимира» с мечами 4-й степени. В конце концов, дело дошло до командования подразделения. Вику наградили «Станиславом» с мечами 1-й степени, два ордена 3-й и 2-й степени с мечами у неё уже красовались на кителе. Видимо, за короткий срок в «волкодавах» она успела где-то отличиться, вряд ли в Валькириях была возможность заработать орден, хотя… Пасеку вручили «Владимира» 2-й степени с мечами и погоны ротмистра. Смолов тоже получил «Владимира» 2-й степени, и погоны подполковника. Орлову Император вручил «Александра Невского» вместе с погонами генерал-майора, и отдельно поблагодарил за грамотное проведение операции по освобождению заложников. Дальше настала моя очередь. Император посмотрел на меня и приказал:
— Курсант Романов, ко мне!
Я приблизился к нему строевым шагом.
— Ваше Императорское величество, курсант Романов для принятия военной присяги прибыл!
— Военную присягу принять! — Император протянул мне открытую папку, принесённую Цесаревичем.
Я повернулся к «волкодавам» и, держа папку дрожащими руками, начал громко зачитывать текст присяги:
— Я, Великий князь Алексей Александрович Романов, торжественно присягаю на верность своему Отечеству — Российской Империи, и Государю-Императору. Клянусь свято соблюдать писанные и неписанные законы Российской Империи, строго выполнять требования воинских уставов, приказы командиров и начальников. Клянусь достойно исполнять воинский долг без ущерба для своей чести, мужественно защищать народ и Отечество.
После чего повернулся обратно к Императору.
— Ваше Императорское величество, курсант Романов воинскую присягу принял!
— Поздравляю с принятием воинской присяги, курсант Романов! — он, улыбаясь, протянул мне руку, которую я пожал. — Поздравляю, Алексей Александрович!
В этот момент из того места, где стояли «гости», раздались хлопки в ладоши. Однако, поворачиваться к ним я и не подумал — мероприятие, как меня предупреждал отец, на этом не заканчивалось. И царственный дед, недовольно покосившись в сторону «хлопавших», продолжил, обращаясь больше к «волкодавам»:
— За все те два месяца, которые прослужил курсант Романов в подразделении «Волкодав», он, как мне докладывали, успел себя неплохо зарекомендовать, и даже получил личный позывной, который просто так никому не дают. Да и в операции по освобождению заложников Алексей Александрович сыграл ключевую роль, благодаря чему удалось избежать многочисленных жертв среди школьников. Учитывая вышесказанное, а также факт принятия курсантом Романовым воинской присяги, курсант Романов Алексей Александрович награждается орденом Святого Георгия 4-й степени. — он взял орден, принесенный Цесаревичем, прицепил к моему кителю и протянул руку. — Поздравляю, Алексей Александрович!
И опять раздались хлопки, под которые я и вернулся в строй. Вот это подарок! «Георгий» 4-й степени! Чисто военный орден, который просто так не давали! И моя фамилия, очень на это хотелось надеяться, тут вообще была не причём. Теперь я Георгиевский кавалер! По секретному указу, правда, но кавалер! Значит, не зря я там, у спортзала, чуть не сдох!
Из моего воодушевленного состояния на грешную землю меня вернул голос Императора:
— Волкодавы! Еще раз поздравляю с полученными наградами!
— Служ… Отечес… Император..
Глава 4
Когда «волкодавы» организованно покинули Георгиевский зал, ко мне опять, в сопровождении родичей, подошёл Император.
— Ну, что, Алексей, ещё раз прими поздравления от Рода. Держался ты достойно, нас не подвёл. Да и не часто вообще подобное встречается, чтобы воин уже после совершенных подвигов на благо Отечества присягу принимал. Да ещё и в присутствии своих боевых товарищей. Род Романовых гордится тобой. — он окинул взглядом присутствующих, по которым было видно, что они прониклись сказанным. Мне же было как-то неудобно от подобных слов в свой адрес. А Император, тем временем, продолжил. — Насколько я понял, подразделение планирует сейчас отмечать получение наград?
— Да. — кивнул я.
— Хорошо. Тогда мы тебя больше задерживать не будем. С Родом отметим потом, после твоего официального объявления. Ты помнишь про четверг?
— Да, Государь, помню. — опять кивнул я.
— Вот на выходные ничего и не планируй. Хорошо сегодня погулять. — он хлопнул меня по плечу и удалился в сопровождении старших родичей.
А со мной остались Мария с Варварой и Николай с Александром, которые принялись поздравлять меня по третьему разу. Если сестры быстро выдохлись, то вот братья успокоиться не могли ещё долго, разглядывая «Георгия» на моей груди с плохо скрываемой завистью. И опять мне стало неудобно.
— Лёшка, отметим втроём? — Николай глазами указал на орден.
— Без вопросов. — пообещал я.
— А мы? — обиженно спросила Маша.
— Вы тоже приглашены. — улыбнулся я, а Николай с Александром, вздохнув, кивнули, обозначая, что они совсем не против присутствия сестёр.
— Спасибо, Лёшка! — обрадовалась Мария. — Подарки с нас! И шагай уже, а то эти не отстанут! — она осуждающе посмотрела на Николая с Александром.
— Алексей, на связи. — Коля протянул мне руку, которую я и пожал.
Потом была очередь Саши, а сестер поцеловал в щёчки.
До машины меня решил проводить дед, князь Пожарский.
— Лёшка, ты даже не представляешь, как я тобой горжусь! — уже на крыльце сказал он мне. Глаза старика повлажнели. — Была бы жива твоя мама… Она бы тоже гордилась… Езжай с Богом! — он подтолкнул меня к машине.
У самой «Волги» я обернулся и заметил, как дед меня крестит. К горлу подступил ком, и я пообещал себе не забывать старика и навещать его как можно чаще.
— Прохор, я надеюсь, что ты в «Избе» с нами отмечать будешь? — уже в машине поинтересовался я у своего воспитателя.
— А мне ещё в воскресенье Орлов позвонил и приказал присутствовать. — сообщил он.
— Понятно. — протянул я. — Слушай, как думаешь, у меня сейчас в подразделении никаких проблем не будет? Ну, ты понял, что я имею ввиду… А то вон девушки в ступор при моём появлении впадали.
— А как остальные себя вели, ты обратил внимание? — улыбнулся он. — Я что-то особого подобострастия не заметил. — Прохор откровенно ухмылялся. — Не переживай, твои коллеги, конечно, обалдели, когда Государь тебя Романовым обозвал, но потом-то у них всё на свои места встало с этими твоими выдающимися способностями. Лёшка, пойми, ты для них уже давно свой, а после этого освобождения заложников ещё и герой, который за них всю грязную работу сделал и в больницу за это попал. К таким вещам во всех военизированных организациях отношение особое, а тут им ещё и ордена вручили по твоей милости. И не абы где, а в Кремле, и не абы кто, а сам Император! — взгляд воспитателя стал серьёзным. — Привыкай, Лёшка, к тому, что за фамилию Романов тебя будут уважать в любом случае, но ещё больше будут уважать за твои дела. Да, в первое время те же самые «волкодавы» будут привыкать к твоему новому статусу, как, впрочем, и ты сам, а потом всё устаканится, и будет всё хорошо. Потерпи только чуток.