Камень. Книга 3 (СИ)
После ужина грустные Великие князья отправились в своё училище, а я, пользуясь отсутствием отвлекающего фактора в виде двух моих прелестниц, занялся подготовкой к занятиям в Университете, а когда закончил, решил переговорить с Прохором насчёт вечеринок Малого Света, которые меня «вынуждали» поводить теперь и по четвергам. Выслушав все мои «жалобы», воспитатель, как всегда, отнёсся к решению возникшей проблемы со свойственной ему житейской смекалкой:
— А чем тебя в этот четверг не устраивает «Изба»? Уверен, половина из этих ваших мажоров и мажорок туда не придут просто в силу разных обстоятельств. Тем более, что подобное сборище будет проходить в первый раз. Так что смело на этот четверг закрывай «Избу», а дальше будем посмотреть.
Около девяти вечера позвонил царственный дед:
— Алексей, хочу напомнить о твоём обязательном завтрашнем ко мне визите.
— Буду.
— И… можно мне завтра в течении дня на полигоне со стихиями поиграться? Мочи уже никакой нет.
— Поиграйся. — хмыкнул я. — Только без фанатизма, силу на вторник оставь.
— Договорились. — Император положил трубку.
* * *Утро понедельника в поместье Романовых в Жуковке выдалось беспокойным и очень шумным — на полигоне упражнялся Император. Немногих допущенных Дворцовых распирала законная гордость от того буйства стихий, которое устроил Глава Рода на их глазах. О таком они могли только мечтать в своих самых смелых снах — земля сменялась воздухом, огонь — водой, комбинации стихий чередовались, переплетаясь уж совсем в затейливые формы и сочетания. Причём, многоопытные Дворцовые, проходящие постоянный тренинг на базе недалеко от поместья, прекрасно видели по площади воздействия, что Император работает далеко не в полную силу, а делает упор на класс, решая какие-то свои, только ему известные задачи.
Наконец, после получасового «представления», Глава Рода Романовых с довольным видом покинул полигон и вернулся в беседку, откуда за его упражнениями наблюдали сыновья.
— Ну, как я вам? — усмехнулся Император.
— Могу сказать одно, отец, — улыбался Николай, — нам с Сашей до тебя ещё расти и расти.
— Согласен с Колей. — кивнул тоже улыбающийся Александр. — Как себя чувствуешь?
— Отлично! — Император потянулся. — Силы — море, да и стихии я чуять стал как будто лучше. Думаю, завтра семье будет, что показать… Так, что у нас там с обстановкой? Пафнутьев доложился?
— Всё по плану. — начал отчёт Цесаревич. — Владимировичи на полном контроле, остальные тоже. Завтра, ближе к вечеру, начнут здесь собираться. Думаю, спровоцировать Алексея всё же получится, предложение Владимировичей ему должно очень не понравится…
* * *На самих занятиях в Университете, как и в кафе, никаких претензий, фырканий и других проявлений недовольства по поводу столь явной демонстрации мною на новоселье наличия «законных» любовниц от Юсуповой, Долгорукой и Шереметьевой высказано не было. Наоборот, эта часть праздника девушками старательно не затрагивалась, но они ещё раз меня поблагодарили за прекрасно проведённый вечер. А я, в свою очередь, ещё раз поблагодарил их за музыкальное оборудование и отдельно Андрея за поповский кий, не забыв рассказать ему про наши с Великими князьями вчерашние «упражнения» на бильярдном столе. Кроме того, рассказал друзьям про свои мысли касательно четверга и «Русской избы», но уточнил, памятуя про Совет Рода, что окончательно всё будет известно завтра вечером, край — в среду утром.
В Жуковке, перед «осмотром», ещё больше помолодевший за эти два дня дед рассказал мне, как он сегодня поигрался со стихиями на полигоне:
— Стихии лучше чувствовать стал, да и силы стало больше. Думаю, завтра, перед Советом, родичи должны впечатлиться в полной мере. — он усмехнулся и спросил. — Глянешь меня?
Осмотр не занял много времени, и я сообщил деду результаты:
— Близко к идеалу. Остались мелкие… — пришлось подбирать слово, — несостыковки в доспехе. Вернее, в нём есть места с недостаточно крепкими энергетическими связями.
— Примерно понял, о чём ты говоришь. — кивнул он. — Я с Лебедевым на эту тему общался. Это надо… править?
— Восстановление доспеха ещё не закончилось. — пожал плечами я. — Может эти энергетические связи сами наладятся со временем, не знаю. Но обязательно за этим прослежу, если что — поправлю. Сейчас же считаю это нецелесообразным, — я усмехнулся, — тебе же завтра перед родичами выступать.
— Согласен. — хмыкнул он. — Позже, так позже. А теперь, Алексей, слушай меня внимательно. — дед убрал улыбку с лица. — Совет Рода — мероприятие серьёзное, и твоё поведение на нём должно быть соответствующим. Учти, возможны провокации со стороны родичей, которые, таким вот образом, будут проверять твою адекватность после всего… случившегося. Понимаешь, о чём я?
— Понимаю. — кивнул я.
— Очень на это надеюсь… — протянул он, и, после довольно длительной паузы, добавил. — Ещё тебе придётся постоять на Совете. И это не фигура речи, Алексей. Членом Совета ты пока не являешься и сидеть за общим столом на подобном мероприятии не имеешь права без особого приглашения. — я кивнул, и он, опять сделав небольшую паузу, продолжил. — Особо не переживай, я, как и отец с дядькой, на твоей стороне. Бабушка на Совете Рода присутствовать будет тоже, на неё внимания не обращай. Насколько я её знаю, никаких неприятностей в ближайшее время от неё тебе ждать не стоит. Как и со стороны Владимировичей. — дед подмигнул мне. — Так что, спокойно езжай домой, хорошо выспись, и завтра, к девяти утра, ждём тебя здесь.
* * *— Сашка, от меня только что уехал Алексей. Беседа проведена. — Император звонил Цесаревичу.
— Я тебя понял, отец. У нас без изменений, всё по плану.
— Добро…
* * *По дороге в Москву я действительно окончательно успокоился — Император фактически выдал мне «индульгенцию», как и говорил Прохор и другой мой дед, князь Пожарский, а значит Совет Рода можно рассматривать как чисто техническое мероприятие. Главное, действительно не сорваться на кого-нибудь из особо доставучих родичей. То, что меня попытаются «поставить на место», я даже не сомневался. А значит, следовало воспользоваться советом Императора и хорошенько выспаться. И предпосылки к этому были — Леся сегодня опять улетела на очередные концерты, с Викой как-нибудь «договорюсь», а предстоящая встреча на зелёном сукне с Наследником Голицыных настроение должна была поднять однозначно, если только он не начнёт мне сватать свою дочь Ксению.
К моему полному удовлетворению, прибывший, как и договаривались, к восьми вечера Глеб Алексеевич до подобных пошлостей не опустился, заметив только, что Виктору и Ксении моё новоселье очень понравилось и он благодарен мне за приглашение своих детей. От ужина Голицын отказался, и мы, пройдя в бильярдную, приступили к разминке. Не забыл я своему гостю продемонстрировать и поповский кий, в покупке которого участвовали и Виктор с Ксенией. Подарок Глеб Алексеевич оценил по достоинству и даже высказал комплименты Андрею Долгорукому, доставшему кий в столь короткие сроки.
— Алексей Александрович, как насчёт играть на тех же условиях, как и в прошлый раз? — наконец поинтересовался мой соперник, поставив на столик бокал с хересом, и напомнил. — Разыгрываем тысячу рублей в «Сибирку» по старым правилам.
— Как вам будет угодно, Глеб Алексеевич. — согласился я. — В «Сибирку», так в «Сибирку». По тысяче, так по тысяче…
Игра затянулась аж до одиннадцати часов вечера — Голицын опять играл «в своём темпе», неторопливо и тягуче, тратя очень много времени на анализ ситуации и подготовку к удару. Но в этот раз у меня всё как-то складывалось легче, может быть, виной тому — вчерашняя тренировка с братьями, а может — расслабленное состояние и настрой именно на такую встречу. Итог игры 3–1 в мою пользу.
— В следующий раз, Алексей Александрович, — пожал мне руку улыбающийся Голицын, — будете мне фору в два шара давать. Поздравляю с победой!