Дракон принцессе (не) жених
Драконье естество рвалось к ней, но я велел себе не поддаваться эмоциям. Да, мне сейчас очень хочется быть рядом с Марленой, я могу даже ошибочно полагать, будто рядом со мной она будет в большей безопасности, чем вдали от меня, но это, к сожалению, не так.
– Нет, Марлена. Во-первых, меня пока никто не убивает, а во-вторых, я не могу ясно мыслить, когда ты рядом. Потому будет лучше, если ты останешься в безопасном месте.
Наверное, я был достаточно убедителен, потому что Марлена наконец-то подчинилась, склонила голову в едва заметном согласном кивке.
– Хорошо, – прошептала она. – Ты прав, я пойду в сокровищницу. Если ты считаешь, что так будет лучше для тебя, я это сделаю.
– Спасибо.
Она медленно подошла к двери, будто всё ещё дожидаясь, что я её окликну. Потом, поняв, что пути назад не будет, выскочила в коридор и, уже не озираясь, помчалась вниз. Не веря до конца в то, что девушка в самом деле поступит разумно, я последовал за нею, проводил до самой сокровищницы. Дверь там мы восстановили уже давно, но Марлена не заглядывала, потому, кажется, искренне удивилась. Она обернулась на меня и тихо спросила:
– Закроешь меня на ключ, да?
– Здесь нет ключа, – ответил я. – Нет, не закрою. Запрись магией, если сможешь, чтобы никто к тебе не пробрался. И, прошу тебя, не выходи, пока всё не прекратится.
– А если я смогу помочь?
– Всё равно не выходи.
Марлена остановилась на несколько секунд, переминаясь с ноги на ногу, а потом вдруг резко бросилась ко мне и поцеловала. Поцелуй оказался коротким и очень пылким, больше похожим на ожог, словно в Марлене поднялось кипучее пламя, а потом она отступила на полшага назад, выдохнула, будто пытаясь справиться с тревогой, и метнулась к двери. Я не успел проронить ни слова. Марлена скрылась в сокровищнице, и в ту же секунду поместье задрожало, как от землетрясения.
Это приземлялись драконы.
Этажом выше хлопнула дверь, и спустя несколько секунд в зал спустился растрепанный, сонный Арин, на ходу застегивающий камзол. Он умудрился перепутать несколько пуговиц местами, и теперь воротник торчал под невообразимым углом, но мужчина этого не замечал.
– Ты видел? – спросил он. – Ириана притащила сюда весь драконий совет.
– Видел, – мрачно промолвил я. – Сказал Марлене спрятаться в сокровищнице.
– И она согласилась?
– Согласилась, – подтвердил коротким кивком. – У тебя одежда набекрень.
– Плевать, – буркнул Арин. – Мы спешим.
Тем не менее, пуговицы он всё-таки перезастегнул, на ходу приводя себя в порядок. Было видно, что мужчина растерян и на ходу пытается придумать, как же решить возникшую проблему. Я бы с удовольствием ему в этом помог, если б сам имел хоть малейшее представление о том, как иметь дело с драконами, но вместо этого лишь пытался унять внутреннюю дрожь.
Мне не было страшно – и это удивляло. Как удивляло и странное нервное возбуждение, в который раз за последние минуты прокатившееся по телу волной. Хотелось ощериться и зарычать, отгоняя чужаков со своей территории.
Арин не сказал мне об этом ни слова, но, когда наши взгляды пересеклись, в его глазах можно было прочесть ответ: это бунтует во мне зверь. Я с трудом привык к одному дракону, который прилетел сюда, дабы помочь, и в целом был мне то ли другом, то ли наставником. Теперь же их было несколько десятков, и каждый, должно быть, оставил определенный и не самый положительный отпечаток в жизни Альдо Велле.
А ещё там, снаружи, оставалась Ириана, и ничего хорошего я от этой дамы не ждал. Прошлого опыта хватило.
Теперь, когда в теле Альдо Велле не было никаких «я и он» или даже «мы», а была единая сущность, пусть и очень нестабильная, ненависть к Ириане стала стабильной и очень стойкой. В том, что драконица прилетела сюда не из добрых побуждений, я не сомневался ни капли. Оставалось только понять, что именно ей нужно.
Понять – и принять бой, если придется.
Не мешкая, мы с Арином пересекли огромный зал, отсутствием окон напоминавший о прошлой стычке с Ирианой, миновали широкий темный коридор и одновременно выскочили на широкое крыльцо.
Я ещё успел заметить тонкую трещину, рассекавшую ступеньки, прежде чем поднял голову и посмотрел на новоприбывших, а потом, казалось, потерялся в чужих змееподобных глазах.
От тяжести драконьих тел задрожала земля. Они приземлялись на широкую дорогу, что вела к поместью, но не спешили оборачиваться. Драконы были крупными, хотя уступали в размере своей предводительнице Ириане, и сильными. Лучи рассветного солнца играли на их чешуе, и драконы сверкали, ослепляя своей мощью и красотой. Поначалу хотелось зажмуриться, чтобы не ослепнуть, но глаза постепенно привыкали, а моя минутная зачарованность драконами уступила место желанию впиться клыками в горло каждого из них и напомнить им о том, что здесь я – хозяин, а они – лишь незваные гости, прибывшие безо всякого на то права.
Ириана не шла первой. Вперед она выпустила крепкого серебряного дракона, увесистого, с громадными крыльями, которые он едва сложил за своей спиной. Это наверняка был мужчина, причем, как мне показалось, немолодой. Слишком тяжелой казалась поступь, слишком грузным – сам дракон. Чешуя его была весьма неоднородной. Какая-то часть -начищена до блеска, другая – будто потускневшая от времени, и этот факт почему-то добавлял дракону величественности.
Глава совета. Это было даже не воспоминанием из прошлого Альдо Велле, а скорее вспышкой моего осознания.
И в ту же секунду громкий рокот мыслей старого дракона пронесся над поляной.
«Мы, драконий совет, прибыли по прошению драконьей королевы Ирианы, чтобы убедиться в правдивости её обвинений и узреть, в самом ли деле обезумевший Альдо Велле преступил извечный драконий закон, потерял остатки человеческой сущности и выкрал у благословенной матери её дитя!»
Я рванулся вперед, но Арин положил руку мне на плечо и шепнул:
– Я сам с ними поговорю. Постарайся не вмешиваться и, умоляю, не вздумай оборачиваться драконом. Только в крайнем случае, когда другого выхода не останется! А если обернешься -никакой агрессии! Их слишком много даже для дракона таких размеров!
Пришлось кивнуть. Я, собственно, не был уверен, что настолько внушителен на фоне присутствующих тут драконов, а в дипломатию верил больше, чем в решение конфликтов силой.
Арин сделал шаг вперед и крикнул:
– Приветствую драконий совет!
«Приветствуем тебя, Арин Земнолесский. Что ты делаешь на территории безумного дракона?»
– Я нахожусь здесь, чтобы поддержать своего давнего друга Альдо Велле, – без тени сомнений проронил Арин, – и переубедить его обвинителей, донести до их мыслей, что Альдо – не безумец. Он не потерял свою человеческую сущность вопреки ошибочным утверждениям королевы Ирианы, не превратился в животное. И не отбирал у матери дитя, а лишь опекал брошенное этой матерью яйцо на правах отца ещё не вылупившегося дракона.