Не(полное) зачатие (СИ)
Не то чтобы я ей верила, но проклятые сомнения уже закрались в душу. Потому что сама думала о том же самом. Стоп, Оксана! Терлецкий же тебя смог переубедить - и словом, и делом. Ты должна верить прежде всего ему, а не какой-то там Алле, которая готова была на все, даже украсть твоего ребенка!
- Мое предложение вырвать ноги и отдать их тебе в руки, чтобы придать скорости, в силе, - процедила я.
- Вот! Он от Диминой квартиры! - Алла вынула из кармана и продемонстрировала мне ключ. - Если хочешь сама убедиться, приезжай к Терлецкому.
Она положила ключ на скамейку, приставными шагами обошла меня и скрылась во мраке вечера.
Господи, ну за что мне это все?
Первым делом я, конечно же, позвонила шефу. Долгие гудки и никакого ответа. Это было не криминально, но сомнений меня не лишило, а даже наоборот.
Потом созвонилась с Викой, его секретаршей. Та заверила меня, что Терлецкий ушел из офиса уже давно.
Покосившись на скамью, я напомнила себе, что верить Алле - себе дороже, но и оставлять ключ вот так, на улице, точно не стоило.
Взяв его, я пошла домой. Решить, ехать или не ехать к Терлецкому домой, я успею. Сейчас было главным покормить сына и подумать обо всем этом так крепко, как это только возможно.
Глава 38. Дмитрий
- П*здец с*ка бл*дь!
Я ругнулся, в точности как в гуляющем по интернету меме, когда умудрился опустить тяжеленую тумбочку себе на ногу. Вот дерьмо!
Поморщившись от боли, пнул тумбочку здоровой ногой (насрать, что мебель дизайнерская!) и тяжело вздохнул. Что ни говори, а Библия была права: кесарю – кесарево. И не стоило мне вообще начинать эту дурацкую перестановку! По крайней мере, в одиночку.
Однако, снова оглядев свою холостяцкую берлогу, я в который раз был вынужден признать, что она не годится для семьи с ребенком. Мебель в минималистическом стиле, темные, строгие тона… Я представил, как на проклятую тумбу с острыми углами может наткнуться Рома и мысленно ужаснулся. Вся обстановка квартиры требовала переделки, которая займет не день и не два. И я, в конечном итоге, понял, что лучше попросту купить просторный дом.
Дом с верандой, выходящей в сад, где можно по вечерам потягивать прохладительные напитки, сидя в удобных плетеных креслах. В саду мы обязательно повесим качели и гамак, сделаем бассейн, установим батут… Боже, и когда это я успел стать таким семьянином, мечтающим о саде с гамаком?
Но факт оставался фактом – я уже не представлял своей жизни без сына. И без Оксаны. И даже без бабули с ее чертовски вредными, но такими вкусными пирожками. И мне хотелось сделать для них все на свете.
Решено! Завтра же поедем выбирать дом. Миллионер я в конце концов или где?
Кинув на вредоносную тумбочку последний мрачный взгляд, я поплелся в спальню. День выдался каким-то бесконечным и суматошным. Всем от меня что-то резко понадобилось и всем – одновременно. И теперь я ощущал такую усталость (особенно после сражения с тумбой), что позволил себе поставить телефон на беззвучный режим и прилечь отдохнуть. Позже я собирался позвонить Оксане, но сам не заметил, как задремал.
Разбудил меня громкий шорох, доносящийся из гостиной. Распахнув глаза, я прислушался. По звукам похоже было на нашествие саранчи, сметающей все на своем пути, ну или на ограбление. Был, впрочем, и третий вариант – моя мама, которая шарилась по дому в поисках заскучавших без стирки трусишек.
Тихо поднявшись с кровати, я огляделся по сторонам в поисках того, что могло сгодиться за оружие, если это все же какие-то незваные гости. И мысленно ругнулся, когда не обнаружил ничего подходящего. Проклятый авторский дизайн! Даже трахнуть грабителя нечем! Не тумбой же это делать, в самом-то деле?
В отчаянии я схватил в руки подушку и, держа ее за спиной, двинулся к двери. Осторожно выглянув в гостиную, обнаружил темный силуэт, который рылся в ящиках моего рабочего стола.
Вряд ли мама могла искать там заблудшие трусы, тем более зная, что мой стол – запретное место, где ничего трогать нельзя. Продолжая наблюдать, я заметил, что в движениях темной фигуры есть что-то хорошо знакомое. Наконец она, наклонившись, оказалась в свете фонаря, заглядывающего в окно, и я узнал ее мгновенно. Алла, ну конечно же!
У меня не возникло вопроса относительно того, что она тут делала. Зато возник другой – ей что, жить надоело? Она настолько тупа, что решила рискнуть всем… и ради чего, кстати? Ради своего нового любовника? Ради мести?
Ведь эта дрянь знала прекрасно, что я, случается, работаю дома. И Конев наверняка уже знал, что моя концепция приглянулась Рихтеру больше. Сложить дважды два было не так уж и сложно.
Но какой надо быть дурой, чтоб надеяться, что я оставлю без присмотра важные документы? Впрочем, и я тоже хорош! Стоило давно уже поменять в квартире все замки! Особенно после попытки похищения Ромы. Но я наивно считал, что на возвращении мне ключей все у нас с Аллой было кончено.
Впрочем, теперь ей действительно конец. Я сделаю все, чтобы она нескоро появилась не только в обществе, но и вообще на свободе!
Отбросив подушку (с этой дрянью я справлюсь и голыми руками!), я окончательно вышел из спальни и щелкнул выключателем. Поток света разлился по гостиной.
- Что-то ищешь? – спокойно, вразрез с обуревающей меня яростью, поинтересовался я у замершей в ужасе Аллы.
- Я… - замычала она и я насмешливо похлопал в ладоши:
- Ты выучила алфавит до буквы «я»? Поздравляю. А еще, вижу, научилась читать, - я кивнул на документы в ее руках.
Ее глаза бегали из стороны в сторону. Очевидно, Алла не была готова к тому, что я ее застукаю. Хотя, судя по производимому ею шуму, Штирлицем ей все равно было никогда не стать. Через десять секунд напряженного молчания она дернулась, собираясь удрать. Но черта с два я собирался ей это позволить!
Схватив Аллу за руку, я подтащил ее обратно к столу. Она начала вырываться, как одержимая и между нами завязалась борьба, в ходе которой я понес определенные потери. Например, лобковых волос у меня явно поубавилось, когда эта сука нырнула рукой туда, куда ее не звали, спустив с меня штаны и белье.
Окончательно выйдя из себя, я прижал Аллу к столу и в этот самый момент во входной двери повернулся ключ. Не растерявшись, Алла обвила мои бедра ногами и застонала в тот самый момент, как в гостиной, к моему ужасу, появилась Беляшкина. Я перехватил ее взгляд, полный боли и обиды, и понял, что угодил в самую банальную и старую, как мир, ловушку.
Зажав рукой рот, Оксана метнулась на выход, а я в ярости вцепился пальцами в горло довольно улыбающейся Аллы.
- Я тебя уничтожу, - пообещал я и кинулся вслед за Беляшкиной. Запутавшись в собственных приспущенных штанах, чертыхнулся, и, поспешно натянув их обратно, побежал в коридор.
Бл*дь, да не могла же Оксана взаправду поверить в то, что я снова связался с этой сукой?! Или могла?..
Глава 39. Оксана
Домой я прибежала на каких-то сверхзвуковых скоростях. В голове была каша, дыхание постоянно обрывалось, ноги гудели. Вот тебе и фитнес, Беляшкина, да такой, какого врагу не пожелаешь!
Нервно рассмеявшись, я ударила ни в чем не повинную кнопку лифта несколько раз (мне все казалось, что я не успею, и меня настигнет шеф), и когда двери закрылись, прислонилась спиной к стене кабины и тихонько завыла.
Он был с ней! В спущенных штанах! С этой сучкой, которая чуть не украла нашего ребенка! А я тоже хороша… надо было хорошенько поправить физиономии обоим прежде чем бежать. Но я не могла… как только увидела их - так все. Как из холодного душа окатило и появился инстинкт - поберечь себя. Потому что останься я там, у Ромы бы была мама с нервным тиком на всю жизнь.
Сын спал, а бабуля ждала меня в прихожей, как почетный караул.
- Ну? Что случилось, ты можешь мне объяснить? - бросилась она ко мне, когда я запирала за собой дверь на все замки.