Виктор (СИ)
— Я обратил внимание на то, что вы весьма сведущи в теории рун, — принялся я сочинять на ходу. — А у меня это направление хромает на обе ноги. Не могли бы вы меня немного подтянуть по этому предмету?
— Чего–о–о? — шокировано выдала девчонка. И у неё от изумления даже лицо вытянулось. Ну ещё бы… к ней, маркизе, подходит какой–то простолюдин и предлагает такое.
Но я не смутился. Быстро убедился в том, что шастающие вокруг студенты не смогут расслышать мои слова, а затем шёпотом произнёс:
— Ваша светлость, мне есть чем заплатить. Информацией. Сегодня ночью планируется первая полевая тренировка…
— … Мне не нужна никакая информация! — фыркнула она, смерив меня уничижительным взглядом. — И я тебе помогать не собираюсь. Впредь больше не подходи ко мне.
Маркиза резко развернулась, едва не хлестнув меня волосами по физиономии, а потом гордо удалилась.
Я же против воли прошептал, потирая подбородок:
— М-да… кажется, Виктор, ты встрял по самое не балуй. Меццо настоящая стерва. Авось у неё хотя бы хватит ума воспользоваться моей инфой.
Сокрушённо покачав головой, я потопал искать Ваську.
И его мне тоже не составило труда найти. Крепыш отыскался в открытой беседке для курильщиков.
Беседка обосновалась всего в десяти метрах от парадного входа во дворец. Но я не стал выходить из здания, а принялся дожидаться Ваську, стоя возле дверей, поскольку на улице шёл противный мелкий дождик, а у меня с собой не было ни зонта, ни котелка.
Между тем Васька шустро докурил папироску, выкинул «бычок» в каменную урну и быстрым шагом двинулся к дворцу. А войдя в него, он встряхнулся, аки пёс. И во все стороны полетели капельки дождя, успевшие осесть на его пиджаке. Несколько капель попали мне в лицо. И данный факт вызвал у крепыша весёлую улыбку.
А затем он с простодушным интересом спросил, обдав меня запахом крепкого табака:
— Чего от тебя хотел этот аристократ?
— Предлагал жениться на его сестре, — пробурчал я, стёр с лица капли и потопал в сторону коридора, ведущего в общежитие факультета.
— Брешешь, медузу тебе в ухо! — выдохнул Васька, поскакав за мной.
— А ты умнеешь прямо на глазах, — ехидно подметил я и усмехнулся. — Держись меня, и я тебя вообще отучу людям верить.
— Не надобно мне этого, — решительно отказался тот, смахнув со лба выгоревшие на солнце русые волосы. — Так чего хотел тот дворянин? Не скажешь поди?
— Не скажу. Но кое–что важное поведаю, — проговорил я и понизил голос до свистящего шёпота: — Сегодня ночью будет полевая тренировка.
— Так скоро! — ахнул крепыш и широко раззявил рот, который когда–то лишился одного бойца. — Обычно подобные тренировки начинаются лишь через месяц. А мы тут всего несколько дней. Информация–то железная?
— Угу, — угукнул я.
Не будет же Громов мне врать в такой ситуации? Это контрпродуктивно.
— Тогда сегодня надо пораньше лечь спать, дабы к ночи набраться сил, — задумчиво пробубнил крепыш, топая рядом со мной по коридору.
— Верно мыслишь, — поддакнул я.
— Клянусь северным ветром, нас ждёт тяжёлый семестр, — горестно выдал Васька и немного побледнел. — Ежели полевые тренировки начинаются так рано, то к Новому году наш поток уменьшится процентов на десять–пятнадцать. Студенты же в основном мрут как раз на таких тренировках.
— Твоя правда, — равнодушно согласился я со словами крепыша, вошёл в башню–общежитие и стал подниматься по лестнице. — Но ты Васька сильно не переживай. Если ты сгинешь, то я в честь тебя своего первенца назову.
— Не брешешь? — удивился тот, а затем скользнул испытывающим взглядом по моей озорной физиономии и разочарованно выдохнул: — Брешешь.
— А ты быстро учишься, — похвалил я парня. — Всё, давай. Мне в переговорную надо. Хочу телефонировать домой.
— Удачи, — бросил он и напоследок шёпотом спросил: — А куда нас закинут на этой тренировке?
— Не знаю, — пожал я плечами и срулил с лестницы на второй этаж.
Тут в круглом зале на стенах висели телефонные аппараты.
Я подошёл к одному из них, снял трубку и вежливо произнёс:
— Барышня, будьте так любезны, соедините меня с особняком барона Артура Люпена. Он находится по улице Приречной, номер тринадцать.
— Ждите, — вылетел чуть усталый голосок из трубки.
После этого динамик стал надсадно хрипеть мне в ухо, словно собирался сдохнуть.
Однако вскоре помехи сменились выхолощенным голосом дворецкого:
— Дом его милости барона Артура Люпена. Вас слушает дворецкий Владислав. Чем могу помочь?
— Добрый день, Владислав, — поприветствовал я слугу. — Позовёшь учителя к аппарату?
— Боюсь, что ничего не выйдет, Виктор. Барон сейчас в лаборатории, и он настоятельно просил не тревожить его до шести часов вечера, — сообщил дворецкий. — Может позвать Марка? Он сейчас изволит спать в гостиной. Но я могу разбудить его, ежели у вас что–то важное и срочное.
— Ладно, не надо никого будить. Хотя нет — Марка разбуди. Чего он днём спит? Можешь даже затрещину ему дать. А вот барону передай, что мне нужна какая–нибудь редкая книга, описывающая жизнь известной суфражистки. Ну или пусть в ней хотя бы говорится о женщине, изменившей мир.
— Вам нужна фантастика? — чуть удивлённо уточнил слуга. — Его милость в своей коллекции практически не держит таких книг.
— Просто передай барону мои слова. И ежели он отыщет подходящий том, то пусть вручит его Веронике. А она потом передаст книгу мне. На этом всё, до свидания, Владислав.
— До свидания, Виктор.
Я повесил трубку и потопал в свою комнату. А когда проник в неё, то первым делом проверил Эдуарда. Тот оказался на месте. Я налил ему свежей водички и бросил щепотку корма. Он принял всё это без особой благодарности.
Потом я разделся, негромко включил радио и завалился на кровать, слушая последние новости:
— …В Велибурге снова произошёл не зарегистрированный антеннами прорыв. В результате него пострадали два человека: башмачник и вагоновожатая, возвращающаяся с работы…
Слова диктора влетали в мои уши и постепенно они превращались в невнятный шум, который вскоре сменился сновидениями.
Глава 13. Полевая тренировка
Мой невинный сон прервали быстрые шаги в коридоре, стук в двери комнат и отрывистые крики:
— Одевайтесь в спортивные костюмы и все на выход! Бегом! Бегом!
— Началось, — пропыхтел я и вскочил с кровати.
Мой взгляд тотчас нашёл тонкую кофту с отворотом и свободные штаны. Они висели на спинке стула. Я схватил их и стал лихорадочно одеваться, косясь на радио. А из него вылетали лишь помехи. Последняя трансляция уже давно закончилась, поскольку за окном вовсю светила луна.
Сколько сейчас времени? Посмотрел на часы. Без четверти час. Интересное же время выбрали преподаватели.
Я хмыкнул, выскочил из комнаты и замер подле двери. В коридоре уже топталось несколько моих сонных соседей. Старшекурсники же колотили кулаками в двери и продолжали призывать всех выйти в коридор.
Некоторые перваки не понимали в чём дело, поэтому тут и там раздавались растерянные возгласы:
— Что происходит, ребята?!
— Может, пожар?!
— Или прорыв?!
— Полевая тренировка, — с уверенностью выдал тот здоровяк, который утром имел честь познакомиться с моим кулаком.
Он заметил меня и по–волчьи усмехнулся. А я презрительно фыркнул и уставил на него тяжёлым взором.
Но дальше молчаливой дуэли взглядов наш конфликт не зашёл. Да и тот прервали старшекурсники. Они собрали нас в толпу и повели в подвал.
Мы спустились по лестнице до самого низа и вошли в глухой каменный зал, в конце которого красовался стационарный портал. Его металлическая арка холодно блестела в электрическом свете ламп, а множество толстых проводов уходило в пол. И портал уже был активен. Его бледно–голубая гладь волновалась и светилась неярким светом. А на фоне этого света обнаружился декан факультета. Он стоял спиной к порталу, заложив руки за спину.