Непредсказуемая герцогиня

Она подступила к нему ближе. Теперь они стояли совсем рядом.
– Решительный герцог, – тихо сказала она.
Он утвердительно кивнул.
– Да. Именно так.
Люси взглянула на него и заморгала. Он был таким красивым. Таким красивым и сильным. У нее разрывалось сердце при мысли о маленьком мальчике, которому пришлось выбирать между любимой игрушкой и домашним питомцем.
Дерек протянул руку и коснулся одного из черных локонов, выбившихся из-под ее шляпки.
– Вы знаете, как вы прелестны?
Люси судорожно вздохнула, но не смогла оторвать глаз от его лица.
– Я не прелестна. Вот Кэсс действительно прелестна.
– Вы прелестны. Такая очаровательная. – Он коснулся ее щеки тыльной стороной ладони.
Люси задрожала.
– А ваши глаза такие…
– Странные? – закончила она за него.
– Я собирался сказать необычные. Таинственные.
Она слабо улыбнулась.
– Думаю, это самые приятные слова, которые я слышала. Кто-то однажды сказал моей матери, что я ведьма.
– Какая нелепость. – Дерек сжал губы. – Они сказали это вам в лицо?
– Нет, но мать рассказала мне.
Он чертыхнулся себе под нос.
– Зачем она это сделала?
– Всегда было ясно, что мать и отец винят меня в том… что я не мальчик.
Дерек не произнес ни слова. Только снова провел тыльной стороной ладони по ее щеке и пробежался шершавой подушечкой большого пальца по контуру уха.
– Я рад, что вы не мальчик.
Люси глубоко вздохнула. Он низко склонился к ней. Она затаила дыхание. Он собирался ее поцеловать. Она хотела этого. Безумно хотела. Люси закинула голову назад и закрыла глаза.
– Черт побери, Люси! Я должен быть решителен во всем.
Она открыла глаза и удивленно уставилась на него.
– Вот почему мне так трудно признавать, как сильно я хочу вас.
Люси опустила взгляд на мягкую зеленую траву. Непрошеные слезы подступили к глазам. Она ошиблась. Он не собирался ее целовать.
Она отвернулась. Наверное, это и к лучшему.
 
Глава 40
 
Кристиан сидел на кушетке напротив Люси, выпрямив спину, словно аршин проглотил. Он потихоньку прихлебывал чай и не произносил ни слова. Действительно, так ничего и не сказал за все время, что они провели вместе. Это ужасно разочаровывало. После всех его восхитительных писем и своих ответов Люси была уверена, что теперь дела у них пойдут совершенно иначе. Почему же ничего не изменилось? И это после всех острот, которыми они обменивались в письмах, забавных историй, мнений, шуток.
Она пристально разглядывала его, ожидая, что в какой-то момент он раскроется и покажет себя тем умным, разносторонним человеком, которого она знала по письмам. Это всего лишь вопрос времени? Возможно, ему требуется больше чая. В отличие от Дерека, Кристиан пил чай. В больших количествах.
Беркли, определенно, был красив. В этом ему нельзя было отказать. Его красота была более утонченной, чем у Дерека. Дерек более резок и мускулист. А Кристиан походил на архангела, высеченного из камня. Ох, ну зачем она сравнивает его с Дереком? Почему она вообще вспоминает Дерека?
Дерек. Дерек не поцеловал ее вчера. И это к лучшему. И если постоянно повторять это себе, возможно, со временем удастся в это поверить. Кэсс с каждым днем становится все лучше. Скоро Кэсс и Дерек наконец начнут встречаться. Люси следует сосредоточиться на своих личных делах… с Кристианом. Она взглянула на Беркли. Он с легкой улыбкой на губах по-прежнему молча смотрел на нее из-за своей опустевшей чайной чашки.
Вот в чем загвоздка. Если он не собирается начинать разговор, придется ей самой это сделать. Люси откашлялась, прочищая горло.
– В вашем последнем письме меня очень заинтересовал ваш рассказ о состоянии Ост-Индской компании. У меня часто возникали подобные мысли, но вам, конечно, как члену палаты лордов, известно об этом гораздо больше.
В его глазах вспыхнуло мимолетное выражение ужаса, и Кристиан снова принялся пристально изучать свою чашку.
– Д-д-да, – вот и все, что он сказал.
Люси нахмурила лоб. Он определенно не хотел облегчить ей задачу.
 
– Что, по вашему мнению, теперь предпримет лорд-канцлер? В отношении компании? – Она испытующе посмотрела на него.
Кристиан дрожащей рукой поставил чашку на приставной столик и вытащил из кармана сюртука носовой платок. Вытерев внезапно вспотевший лоб, Беркли глубоко вздохнул.
– Я… я н-не знаю.
Люси нахмурилась и отпила еще глоток чая. Она нервничала. Ох, вероятно, он не в настроении рассуждать о парламенте и Ост-Индской компании. Все это могло ему порядком наскучить, могло ведь? И это ее вполне устраивало. Сегодня у нее совершенно другая цель.
Она хотела, чтобы Кристиан поцеловал ее.
Откровенно говоря, до сих пор она целовалась только с Дереком Хантом. Ну если не считать нескольких чересчур прытких молодых людей во время ее дебюта, которым едва удавалось отыскать ее губы, не говоря уже о том, чтобы успешно воспользоваться языком. Нет. Дерек был единственным, кто по-настоящему целовал ее. И она не могла допустить, чтобы так оставалось и дальше. Если она намерена поощрять ухаживания Кристиана, ей нужно вытравить из памяти эти поцелуи и навсегда стереть всякие воспоминания о герцоге. И чем скорее, тем лучше.
Люси отставила чашку, поднялась и подошла к кушетке, где отважно уселась совсем рядом с Кристианом. Они не касались друг друга, но расстояние между ними не превышало одного шага. Если бы сейчас вошла Кэсс, она бы, пожалуй, вскрикнула. А если бы вошла Джейн, то наверняка захлопала бы в ладоши.
– Что бы вы хотели обсудить, милорд? – Она повернулась к нему лицом и слегка подалась вперед. Для удобства.
Кристиан потер ладони о бриджи и глубоко вздохнул. Он не поднимал на нее глаз.
– Я…я н-не з-знаю.
Снова эта нелепая фраза. Он не слишком разнообразил свои ответы? Если бы она не знала, как обстоят дела на самом деле, она бы подумала, что он испытывает затруднения с речью. Кристиан спотыкался на каждом слове.
Люси придвинулась на дюйм ближе. Он схватил носовой платок и вытер обильно вспотевший лоб.
– Н…н-не с-слишком ли з-здесь ж-жарко?
Жарко, ну и что? Она собиралась его поцеловать. Неужели нужно говорить ему об этом?
– Н…н-не х-хотите ли п-прогуляться? – На этот раз Кристиан прижал платок к верхней губе.
Люси прикусила губу и возвела глаза к потолку. Ну, ладно. Очевидно, ей придется самой сказать ему все. Она склонилась к Кристиану еще ближе и прошептала:
– Я надеялась, что вы меня поцелуете.
Лицо Кристиана вспыхнуло радостью, и он с облегчением вздохнул.
– Ох, я д…д-думал в…вы х-хотели поговорить.
Люси едва успела осмыслить это странное заявление, как он схватил ее в объятия. Его губы стремительно завладели ее губами. Как и с Дереком, этот поцелуй был дерзким. Как и Дерек, Кристиан использовал свой язык. И, как и Дерек, он, без сомнения, знал, что делает. Кристиан действительно делал все так же, как Дерек. Все в точности, до мельчайшей детали. Вот почему Люси была так страшно обескуражена, когда, чуть позже, после того как Кристиан отпустил ее, она осознала, что абсолютно… ничего не почувствовала. С тем же успехом она могла бы поцеловать мраморную статую.
Будь оно неладно. Это никуда не годилось. Совсем никуда.
 
Глава 41
 
Люси потерла о юбку влажные ладони и в десятый раз прокрутила в голове свою речь. Сейчас или никогда.
– Кэсс, я должна тебе кое-что сказать.
Кэсс, свернувшись, лежала в кровати, сжимая в руке носовой платок. Она подняла глаза на подругу и серьезно кивнула.
– Я тоже должна тебе что-то сказать, Люси.
Люси покачала головой.
– Пожалуйста, позволь сначала мне. – Она готовилась к этому разговору все утро. Ей необходимо было рассказать Кэсс, что произошло между ней и Дереком. Время пришло. Страшная вина давила на Люси, терзала и мучила ее, не давая покоя. Она должна сказать Кэсс правду. Тогда Кэсс поймет, почему Люси больше не может замещать ее на время болезни. Люси не должна больше видеться с Дереком. Так будет лучше. Для всех. Кэсс поймет, разве нет? Или рассердится? Люси не могла представить себе Кэсс, чистую, нежную дружелюбную Кэсс в гневе. Это не укладывалось в голове. Но Люси понимала, что все когда-то происходит впервые, и, несмотря на последствия, решила рассказать подруге всю правду. Сегодня же. Сейчас.