Непредсказуемая герцогиня

– Можно подумать, что она герцогиня, судя по ее манере держаться, – сказал тогда лорд Уидмор. Это больно ранило Люси, но только лишь в первый момент. Она никому не позволяла увидеть свою боль и досаду. Она всю жизнь пыталась быть сыном, которого лишились ее родители. Поэтому упорно избегала всего, подобающего девочкам и леди. Ее ли вина, что она прямо говорила, что думает, и не выносила глупости? Своей склонностью к откровенной честности она заслужила репутацию злоязычной стервы. Но если это могло помочь в ситуациях, подобных провалу Кэсс при встрече с властным герцогом Кларингтоном прошлым вечером, то Люси предпочитала свой так называемый змеиный язык славе скромной покладистой маленькой мисс. А что касается предполагаемого высокомерного вида, ну что ж, это всего лишь досадное побочное следствие нежелания показать, что ее ранит неприятие окружающих. Люси гордо вздергивала подбородок, расправляла плечи и убеждала себя, что не нуждается в одобрении света. Какое ей дело до того, что они о ней думают?
Поэтому Люси рассказала о словах лорда Уидмора Гарретту, и они обратили это в шутку. В шутку, которая ее все еще немного уязвляла. Но Люси, безусловно, обожала своего кузена, несмотря на то что ее отец терпеть не мог Гаррета. А может, именно потому, что отец его не терпел. Отец Люси не выносил Гарретта по той простой причине, что тот однажды должен был унаследовать его титул и состояние, не будучи его собственным сыном. Ах, до чего же любящая семейка!
Люси улыбнулась Гарретту и присела в глубоком реверансе.
– К вашим услугам, – сказала она.
Гарретт сидел рядом с Кэсс – он всегда садился рядом с Кэсс. Его длинные темные волосы касались воротника. Карие глаза, точно того же цвета, как один из глаз Люси, искрились радостью.
– Надеюсь, мы не разбудили тебя? – спросил Гарретт.
– Конечно, нет. – Люси подхватила свои фиолетовые юбки и направилась к дивану, где и уселась между Кэсс и Гарреттом. Она помахала листом бумаги, который держала в руке.
– Сегодня утром я поднялась с рассветом, чтобы составить для Кэсс список того, что она должна сказать герцогу Кларингтону, когда он явится с визитом.
Джейн сидела в кресле напротив них, прилежно читая книгу.
– Как, по-твоему, Кассандра умудрится прочитать твой список перед герцогом? – спросил Гарретт.
– Полагаю, у вас есть идея получше, Апплтон? – Джейн спокойно поправила очки и перевернула страницу.
Гарретт открыл рот, чтобы выдать, без сомнения, язвительный ответ. Гарретт и Джейн невзлюбили друг друга с первой встречи. Они познакомились на спектакле, на котором все трое присутствовали пять лет назад. И сразу же эти двое вступили в затяжную словесную схватку. Люси уже давным-давно усвоила, что лучше всего пресекать их перепалки в самом начале.
– Собственно говоря… – начал Гарретт.
– Просто это нужно выучить наизусть, вот и все, – перебила его Люси.
Кэсс прижала ладони к щекам.
– Выучить наизусть? О нет. Боюсь, я не смогу. – Она взяла список из рук Люси и пробежала глазами несколько первых строчек. – Люси, мне никогда не запомнить все это. И даже если бы я сумела, то постеснялась бы произнести такое вслух.
Гарретт бросил на Люси взгляд, в котором ясно читалось: «Я же тебе говорил».
– Теперь ты понимаешь? Тебе не удастся вложить свои слова в уста Кассандры.
Люси вырвала у Кассандры листок.
– Что здесь не так? – Люси откашлялась и зачитала первый пункт: – «Хотя я уверена, что найдется множество безмозглых дурочек, готовых пасть перед вами по малейшему мановению вашего герцогского пальца, я определенно не отношусь к их числу. Полагаю, я уже достаточно ясно дала это понять. И мне интересно, чему вас только учили в ваших военных школах, потому что, как оказалось, понимание правильной английской речи не входит в число ваших разнообразных талантов, каковы бы они ни были».
Гарретт устремил на Люси страдальческий взгляд.
– Честно? Я и вправду должен сказать, что с этим не так?
– Мне понравилось, – вмешалась Джейн, не отрывая глаз от книги. – Возможно, немного длинновато, но достаточно ясно.
 
Гарретт прищурил глаза и перевел взгляд на Джейн.
– Разумеется, вам понравилось. Если дать вам перо, вы бы, скорее всего, написали что-нибудь и похуже.
Джейн презрительно фыркнула.
– Похуже? Что вы хотите этим сказать?
– Я хочу сказать, что вам это понравилось единственно потому, что не понравилось мне. Клянусь, если бы я сказал, что Земля круглая, вы стали бы утверждать, что она плоская, только лишь из противоречия мне, – ответил Гарретт.
– Вы слишком много на себя берете, Апплтон. У меня возникает вопрос…
Гарретт открыл было рот, но на этот раз его остановила Кэсс.
– Ох, Люси, ты же знаешь, что я не способна сказать такое герцогу. – Ее щеки запылали ярким румянцем.
– Почему нет? – удивилась Люси.
– Прежде всего, это ужасно грубо, – ответила Кэсс.
– Не говоря о том, что герцог ни за что не поверит, будто Кассандра сама такое выдумала, даже если она вызубрит все наизусть, – добавил Гарретт.
– И я знаю, что никогда не смогу все это запомнить. – Кэсс указала на бумагу.
– Не понимаю, почему нет? – сказала Люси. – Просто представь себе, что это одна из наших любимых пьес. Вообрази, что ты актриса.
Глаза Кэсс широко раскрылись.
– Актриса! Ну знаешь ли, мама запрет меня в спальне на неделю, если узнает, что мы замышляем.
Люси в досаде воздела руки.
– Кого волнует, что твоя мама…
– Читай дальше, Люси, – потребовала Джейн. – Может, найдется что-нибудь покороче, чтобы легче запомнить?
– Хорошо. – Люси выпрямилась и бегло просмотрела страничку. – Как насчет этого? «Сэр, как ни жаль, должна известить вас, что буду занята завтра, и послезавтра, и во все последующие дни. Словом, в любой день, когда бы вы ни пожелали меня видеть. В сущности, мне сейчас немного нездоровится, и надеюсь, что вы как можно скорее заберете свою шляпу и перчатки и вместе со своим конем удалитесь отсюда немедленно». – Она закончила чтение решительным кивком головы.
Джейн насмешливо изогнула темную бровь.
– По-твоему, это короче?
– И точно так же грубо, – покачав головой, добавил Гарретт.
– Люси, я никогда не произнесу ничего подобного. – Кэсс подтянула свои перчатки. – Это нечестно и слишком низко.
Люси снова воздела руки.
– Низко? Нечестно? Кэсс, этот человек пытается посвататься к тебе и не желает принимать ответ «нет». А ты беспокоишься о том, как бы не показаться нечестной?
Гарретт скептически посмотрел на Люси.
– Откуда ты знаешь, что Кларингтон не примет ответа «нет»? Я знал его несколько лет назад в армии, задолго до того как он стал генерал-лейтенантом, конечно. Он показался мне вполне разумным парнем.
Люси обернулась к кузену, устремив на него гневный взгляд.
– Прошлым вечером тебя с нами не было, Гарретт. Расскажи ему, Кэсс.
Кэсс судорожно сглотнула и взглянула мимо Люси на Гарретта.
– Он показался очень решительно настроенным.
Джейн согласно кивнула.
– Люси права. Он явно не желал слышать слово «нет». Наверное, тебе следовало быть более убедительной, Кэсс.
Гарретт одарил Джейн самодовольной улыбкой.
– Ох, полагаю, лично вы смогли бы выучить эту речь наизусть и вам не составило бы труда отбарабанить ее на одном дыхании.
Джейн снова уткнулась в книгу.
– Мне нет необходимости заучивать что-либо наизусть. За годы общения с вами, Апплтон, я в совершенстве научилась отчитывать назойливых джентльменов.
Прежде чем Гарретт успел ответить на эту колкость, Кэсс схватила Люси за руку.
– Ох, Люси, я не смогу запомнить эти слова.
– Конечно, сможешь, – ответила Люси.
Кэсс прикусила губу, глядя на Люси широко распахнутыми, круглыми, как чернильницы, глазами.
– Обещай, что зайдешь ко мне сегодня днем и будешь там, когда он придет с визитом.
Люси скрестила руки на груди и топнула ногой по ковру.
– О, я непременно буду у тебя. Понравится это герцогу или нет.