Мажор. Право на ошибку (СИ)

— Готовы? — Ким расцветает, видя нас с Платоном в обнимку. — Тогда переодеваемся.
— Э-ээ… — парень переводит на меня взгляд.
— Во что? — приподнимаю одну бровь, глядя на фотографа.
— А я разве не предупредил? — Ким, как обычно, в своем репертуаре. Ничего не знаю, ничего не помню, это все вы, балбесы, напрочь забыли о своем обещании. — Ты сегодня вампир, — тычет пальцем в Платона. — Ну а ты, соответственно, ведьмочка, — улыбается, глядя на меня.
— Вампир?!
— Ведьма?!
— Специальная съемка для рекламы одного креативного агентства, — Ким настраивает камеру и делает пару снимков наших с Платоном удивленных лиц. — Будете светиться на страницах модного журнала!
— Где?! — синхронно произносим с Платоном и таращим глаза на фотографа.
— Да не переживайте вы так, — продолжает веселиться этот обманщик. — Под слоем грима никто вас не узнает.
— Твою ж…
— Я, честное слово, не знала, — быстренько оправдываюсь перед парнем, так как предложение Кима и меня обескураживает.
Да я в жизни ни на что подобное не подписалась бы! Вампир… Ведьма… Терехов меня убьет. Если до конца съемок доживу, конечно же. Ким, как оказывается, еще тот красавец, и вот чувствую, что специально вчера не предупредил. Я-то думала, будет повторение прошлой парной съемки. Страсть, которой фотографу вечно не хватает. Платон рядом, не отводит взгляда от моих губ.
Но слой грима… Вампир…
— Я даже не знаю, как ты свой косяк отрабатывать будешь, — ворчит Платон и…расстегивает пуговицы на рубашке. — Агата, ты попала!
Вечно я во всем виновата! Хоть головой о стену бейся, так обидно сейчас. Если бы я знала… Если бы Ким не навел столько таинственности…
“Согласись, тогда бы и не узнала, на что Платон готов пойти ради тебя!” — единственная здравая мысль приходит ко мне в голову, пока Зарина колдует над моим лицом. Чувствую, и мать родная не узнает под трехэтажным слоем грима, куда уж посторонним людям. Кстати, глаза-то у меня косятся на соседнее кресло, где девчонки маскируют Терехова. Глазки строят, а этот засранец мило воркует с барышнями.
Вот же гад такой! Как будто нарочно меня провоцирует! Хорошего настроения как ни бывало, зато ревность мощной лавиной захватывает всю мою сущность. Хочется волосы этим крашеным выдрам повырывать.
— Платон, вы такой…
— Какой?
— Очаровательный!
Ох, я бы их сейчас всех очаровала! Перья распушил этот очаровашка, улыбается, а после…
Нет, конечно же, получилось круто! Все девушки на съемочной площадке так и пялятся на голый торс Терехова, который прямо блестит под светами мощных ламп. Чем там интересно эти выдры его намазали-то? А как старались…
Помимо волос, хотелось им повырывать руки, выколоть глаза и заклеить рты, чтобы не восхищались.
Он мой! Только мой! И мне очень не нравится, когда девушки на него пялятся!
— Готовы? — Ким проверяет в последний раз освещение, делает пару пробных кадров и заставляет нас встать возле края.
Фыркаю, игнорируя Платона, так как я сейчас на взводе. Достаточно одной искры, чтобы я вспыхнула. Еще немного, и тресну Терехова чем-нибудь тяжелым по голове. А глаза так и косятся в сторону парня — ярко-красный плащ накинут на голое тело, намазанное каким-то кремом, физиономия разрисована (ну тут Ким прав, точно никто не узнает), хотя симпатично получилось. Такой себе вампирчик-няшка.
Ой, кто бы в мою голову сейчас залез и послушал, какие мысли пошлые лезут в голову.
— Ты такая сексуальная, — шепчет Терехов, пристраиваясь сзади.
— Отвали! — ворчу в ответ и отворачиваюсь, так как до сих пор зла на него безмерно.
Понятно, что сексуальная — черное нижнее белье, сверху какая-то сетка, причем с довольно крупными квадратами. Мы точно для креативного агентства? Может, для мужского журнала?
— Ну же, крошка, страсти мне дай! — умничает Ким, не отрываясь от своей камеры, а я пытаюсь взять себя в руки и успокоить свою вдруг ни с того ни с сего разбушевавшуюся ревность. — Да что ж ты зажатая такая, а?
— Обойдешься! — бухчу себе под нос, но тут же чувствую, как мужская рука медленно ползет по спине. — И не надо ко мне приставать! — тоже негромко произношу, но пальцы Платона продолжают свое движение.
 
Гладят, периодически сжимаются, а после обвиваются вокруг моей талии.
— Не ревнуй, — шепчет вампир мне на ухо. — Хотя ты такая прикольная!
— Очень смешно! — фыркаю, продолжая и дальше позировать перед камерой.
Ветер дует в лицо, треплет волосы, а также хоть немного остужает мое разгоряченное тело после прикосновений Платона. То в жар бросает, то в холод. Можно, конечно, игнорировать парня, но я все сильнее прижимаюсь к нему.
— Посмотрите вдаль, — командует Ким. — На ночной город.
И мы с Платоном поворачиваемся в нужном направлении. Огни манят, тело уже не принадлежит мне, еще и разум отключается.
Особенно когда слышу тихое на ушко:
— Я люблю тебя…
  
Глава 32
 
* * *
Платон
— Предлагаю обсудить насущные вопросы, — я беру бумаги в руки, а после поднимаю взгляд на Костю с Кириллом. — Нет возражений?
Общее совещание только что закончилось, и результатом я доволен. Через четыре дня совет директоров, работа кипит, рекламная кампания в самом разгаре, в общем, грех жаловаться. Я очень надеюсь, что отец останется доволен.
Хотя о чем это я?! Мой отец и доволен — это два несовместимых понятия. Ему сложно угодить. Практически невозможно. Вряд ли он хоть когда-то оценит мои достижения, да я уже и не надеюсь.
Но есть еще акционеры, у которых тоже свое собственное мнение. Придется отцу все же признать, что я не такой уж плохой руководитель, как он думает.
Еще четыре дня. Чтобы комар носа не подточил.
Главное сейчас — сосредоточиться на работе, а не на Агате.
“Как же я соскучился, кто бы только знал!” — второй день эта мысль бьется в голове, и я расплываюсь в улыбке, вспоминая два выходных в объятиях своей темноволосой красотки. Отдых закончился, теперь уже второй день я безвылазно торчу на работе, обмениваясь с девушкой лишь сообщениями.
Мне этого мало, но надо потерпеть. Совет директоров, отчет и долгожданный отпуск! Вот тогда и оторвусь по полной в объятиях своей любимой девочки.
Фотосессия на крыше прошла… ударненько. Как бы я ни сопротивлялся в начале, под конец признался — мне безумно понравилось. Фотки — просто огонь! Ким уже по большому блату скинул самые удачные мне на телефон.
— Просьба к тебе, — парень долго мялся и наконец-то решился. — Надеюсь, ты не откажешь.
— Третьей фотосессии не выдержу, — я засмеялся в ответ, откидываясь на спинку кресла.
— Хочу выставку организовать, — выдал Ким, а я нахмурился, хотя парень этого видеть и не мог. — Мои лучшие работы. Ну и взять одну из фотографий, где вы с Агатой…
— Нет! — я резко выдохнул и зарыл глаза, но тут же сбавил обороты: — Как ты себе это представляешь?
— Под слоем грима тебя никто не узнает, поверь, — печально произнес парень, а я лишь замотал головой из стороны в сторону.
— Ладно, черт с тобой, — усмехнулся, так как настроение действительно зашкаливало за отметку “максимум”.
Моя девочка свои грехи полностью замолила, что называется. Да так, что у меня едва крышу напрочь не снесло. Какой там контроль — тормоза отказали, едва я переступил порог ее квартиры…
— Спасибо, — Ким вроде воодушевился, а раз так, то я решил уже погеройствовать до конца.
— Нужна будет финансовая помощь — обращайся, — выдохнул, поражаясь самому себе.
С каких это пор я стал таким добрым…
— Что могу сказать, — начинает Кирюха, возвращая меня из воспоминаний в действительность. — Рекламная кампания набирает обороты. Честно говоря, дружище, не ожидал, что так активно симпатичная мордашка нашей драгоценной Кристи Мэй начнет привлекать народ. Успех нам гарантирован, я даже не сомневаюсь!
Что есть, то есть — продажи в аптеках увеличились в два раза. А в некоторых и выше, за что спасибо огромное новым вывескам с Агатой. Короткий халатик, симпатичная физиономия…