Трудиться. Учиться. Влюбиться?..
Э… Дословно?
«В свободном изложении».
Ну… Что-то вроде того, что я могу вбирать энергию из чужих заклинаний, разрушая их структуру… Я тогда не очень поняла…
«Ой, тупаааая. Давай тогда дословно».
А дословно я вообще не помню!
«Смысл, окстись! — снова влезла совесть. — У нее нет неограниченного доступа к архиву памяти, как у тебя!»
«Странно, что у нее вообще есть мозги и память. Ладно, цитирую для особо деревянных: „Возможно, ты сможешь вбирать энергию из чужих заклинаний… Если ты научишься правильно распознавать заклинания, то при определенных усилиях сможешь разрушать их структуру и подпитываться их же энергией“. Ну как?»
Да я ведь то же самое сказала!
«Не совсем. Соображай давай».
Я пытаюсь. Разрушать заклинания сложно — поди их сначала распознай и расплети, если ты об этом.
«Вот-вот. А чары домовиков — это энергия в чистом виде. Как телекинез. Ни заклинаний, ни пассов. Бери и пользуйся!»
Смысл, ты гений!
«Всегда к вашим услугам».
Не надо всегда! Мне от твоей заумности тошно. Но все равно спасибо!
— Хана вам, вредители! — громко произнесла я в пустоту, прерывая редкие всхлипы подруги.
Та удивленно на меня уставилась, смаргивая слезы. А я, немного помедлив, встала и решительно смазала подошвой тонкую черную линию, разрывая круг.
Лайн замерла, затравленно на меня таращась из-под растрепанной челки. По-моему, она решила, что я хочу ее угробить. Секунды шли, ничего не происходило… Я принюхалась. В комнате медленно концентрировался приторный душок порченых яблок. Теперь я понимала, что этот запах — не просто запах. И яблоки тут совсем ни при чем. Так пахнут чары домовиков.
Ну что ж, посмотрим, кто кого.
Я закрыла глаза. Расслабилась, позволив незнакомой магии проникнуть в свое тело… Только бы получилось! Сердце замерло. Моя собственная сила насторожилась, как верный пес у хозяйских ворот при виде чужака.
«Пожалуйста! — попросила я. — Мне очень нужно!»
Сила еще немного недовольно поворочалась, словно пробуя незваную гостью на вкус, и… уступила.
«Спасибо!»
Прислушавшись к ощущениям, я поняла, что чары домовиков вливались в меня буквально со всех потаенных уголков комнаты. А моя сила тщательно их «пережевывала», наполняя резерв. Сколько же их здесь? Не меньше десятка?
Энергия прибывала чересчур быстро, меня замутило, а во рту появился неприятный гнилостный привкус. Нужно потерпеть. Еще чуть-чуть. Не могут же они магичить вечно!
Так, контакт налажен, можно открыть глаза. Я посмотрела на пифию. С ней ничего не происходило. Значит, вся энергия шла в меня, без остатка. На создание мелких неприятностей для подруги ее не хватало. Вот и хорошо.
Резерв трещал по швам. Еще немного, и я просто взорвусь.
Как там меня учил Ян? Я опустила руки вниз и растопырила пальцы, давая возможность энергетическим потокам стекать в окружающее пространство. Домовики все равно воспользоваться ею уже не смогут. Она переработана и для них непригодна. Но и мне лишнего не нужно. А так заодно и общий магический фон повысим. Почему бы и нет? Все польза!
Входящий поток энергии заметно ослаб.
Эге! Выдохлись, голубчики!
Я еще раз огляделась. Домовики стремительно теряли силу и становились видимыми. Нет, не десять! А целых тринадцать штук! Да, здорово же Лайн их рассердила! Хотя, если взять во внимание, чью честь она затронула…
Я невольно вздрогнула. Что-то изменилось… Став до конца видимыми, домовики снова начали медленно исчезать, бледнея и выцветая просто на глазах. А энергия больше не вливалась в меня столь охотно и самостоятельно. Теперь я буквально вырывала ее из маленьких бородатых существ, выгрызала зубами.
«Ну что? Так и не дошло?»
Здравствуй, Смысл. Давненько не виделись! Я даже соскучиться успела!
«Не язви. Я тут тебе ценные сведения пытаюсь донести».
Ну так доноси. И побыстрее. Что-то я совсем уже ничего не понимаю! И давай без плоских шуток о моей тупости.
«Ладно. В виде исключения и по причине форсмажорных обстоятельств. Домовики — порождение магии. Они состоят из энергии. Целиком. И если ты сейчас не остановишься…»
Да, ясно. Поняла.
«Довольно! — мысленно обратилась я к силе. — Хватит, пожалуйста!»
Та неохотно повиновалась. Кажется, она была бы совсем не против отвампирить несчастных до конца. До их конца.
— Ну что, достаточно?! — грозно рявкнула я на домовиков. — Или еще хотите?!
Те безмолвствовали и осторожно, короткими перебежками, отступали к двери.
— Значит так, рожи паскудные, — так и не дождавшись ответа, постановила я. — Расческу свою драгоценную можете считать компенсацией за моральный и материальный ущерб, — я красноречиво указала на разоренную комнату и истерично поикивающую подругу. — Я вам ее теперь из принципа не отдам! Мы вам ничего не должны, запомните это хорошенько. Еще раз я вас унюхаю — а я унюхаю! — и развеетесь вы бестелесным туманом по ветру! Усекли? Да? Теперь свободны.
Домовики, бросая на меня свирепые взгляды, принялись просачиваться за дверь.
— Да, вот еще что! — вспомнила я. — Мы с Авалайн будем заходить в буфет независимо от времени суток! И пусть ваш вождь посмеет только тявкнуть в нашу сторону!
Этим я их добила и с несколько неуместным (учитывая наши потери в «битве») чувством удовлетворения захлопнула дверь за их спинами.
Немного помолчала, не в силах понять, что же меня так смущает… и, наконец сообразив, спросила:
— Кстати, Лайн, а где эта треклятая расческа? Они ведь просто могли забрать ее и уйти. Ну, напакостили бы напоследок… но все же, думаю, разрушений было бы значительно меньше.
Полуэльфка бережно вынула из-за пазухи свое сокровище.
— Вот.
— Не могли, — констатировала я и захохотала.
Они не смогли пробить защитный круг! Вот в бессильной ярости и оторвались на шмотках! Отомстили как смогли. Вполне справедливо, кстати, отомстили. Ну, Лайн! Горбатого могила исправит, не иначе!
— Лайн, с тебя ужин в постель! Я устала как собака! — сообщила я и повалилась на кровать не раздеваясь, прямо поверх разбросанных вещей.
И проспала до утра. Так что самостоятельно оправившаяся от потрясения подруга приволокла мне из столовой не ужин, а завтрак.
ГЛАВА 12
На лекции я не пошла, решила отоспаться. И, попросив Лайн сообщить всем о подкосившей меня жуткой трудноизлечимой хвори, заперлась в комнате. Честно продрыхнув до обеда, встала, укусила завалявшееся на тумбочке печенье и поспешила в библиотеку, не забыв при этом захватить из чулана ведро, швабру и тряпок побольше. Уборщицы чулан никогда не запирали, справедливо полагая, что тащить оттуда нечего. Я утешила недовольно заворчавшую совесть тем, что кражу рабочего инвентаря и кражей-то назвать язык не поворачивается. Тем более для благого дела. И вообще, я же верну, ну честно-пречестно!
Совесть умолкла, зато активизировался здравый смысл. Он изощрялся в остроумии так и этак, смакуя мысль о том, что адепты могут спереть буквально все, что плохо лежит. Но вот покуситься на швабру взбрело в голову только мне. И теперь, видимо, чулан тоже станут запирать. Я заспорила с ним, намекая на то, что никто и не заметит. Но спор привел только к тому, что снова забухтела совесть. Тогда я сообщила им, что они оба до жути занудные и задолбали меня похлеще, чем лесной дятел — дерево. На этом все и успокоились, а я удовлетворилась тем, что последнее слово таки осталось за мной. И всерьез задумалась над тем, что у меня, надо полагать, даже не раздвоение, а целое растроение личности. Иначе как можно вести столь разнообразные диалоги фактически с самой собой? И еще мне подумалось о том, что слетевших с катушек магов, наверное содержат в каких-то специальных местах, а я имею все шансы в скором времени узнать, где именно. Потому что не в меру любопытная, сующая свой нос куда не просят ведьма-недоучка — это одно. А вот спятившая ведьма недоучка — это уже совсем другое.