Бумажные девочки

«Однако я недостаточно хорош, чтобы найти Билли», – подумал Кетт, слабо улыбнувшись в ответ.
– Я рад, что вы здесь, – продолжал Фигг, снова протягивая руку, и Кетт опять ее пожал. К этому моменту у Клэра на лице появилось виноватое выражение.
Роберт сделал пять или шесть шагов, чтобы выйти из гостиной в кухню, полную сигаретного дыма. У раковины стоял другой детектив с массивной фигурой и негромко беседовал с мисс Мэлоун, пока та курила в открытое окно. Кетт узнал его даже со спины – иначе и быть не могло при таких физических данных – и с большим трудом удержался от улыбки.
– Детектив-инспектор Портер, – представил Клэр, который чувствовал себя не лучшим образом в маленькой прокуренной кухне.
Детектив обернулся и заулыбался; затем вывернул ему руку так, что Кетту показалось, будто она сейчас оторвется.
– Робби! – радостно вскричал он. – Я слышал, что тебя сюда прислали.
– Господи, – проворчал Клэр, глядя в сторону Кетта. – Есть ли на свете кто-то, кого вы не знаете?
– Пит, – сказал Кетт, пожимая инспектору Портеру руку, похожую на баранью отбивную. – Рад видеть. Я слышал, тебя направили куда-то на север…
– Да, в Корнуолл. – Портер рассмеялся, Кетт пожал плечами. – Я находился там некоторое время, но в прошлом году жене предложили работу в Норидже, и я перевелся сюда. А как ты? Как твоя…
Вопрос умер у него на губах. В комнате наступила тишина, а с лица Портера исчезла улыбка. Кетт помог ему выйти из неприятного положения.
– С детьми всё в порядке.
Инспектор благодарно кивнул. Роберт искренне обрадовался встрече с ним. Они с Портером вместе поднимались по служебной лестнице – сначала оба служили патрульными офицерами, а потом одновременно стали детективами и начали работать в управлении уголовных расследований. Они расстались, когда Портера перевели из Лондона – это было как-то связано со здоровьем его матери. Кетт уже хотел спросить о ней, когда суперинтендант откашлялся; ему явно не понравилось, что у двух полицейских общая история.
– Мисс Мэлоун, это старший детектив-инспектор Роберт Кетт. Он прибыл сюда из Лондона.
Казалось, его голос вывел женщину из оцепенения; ее голова повернулась, как у улитки, которая выставила стебельки с глазами. Она заморгала, глядя на Кетта, и по ее лицу промелькнула тень улыбки.
– Это правда? – спросила мисс Мэлоун. – Вы действительно нашли тех девочек-близнецов?
– Мальчика и девочку, – ответил Кетт, стараясь, чтобы его голос звучал тихо. – Джошуа и Бетани Миллер. Близнецы. Да.
– Кетт нашел немало пропавших детей, – подтвердил Клэр. – Он – один из лучших детективов страны. Когда мы сказали, что не оставим ни одного камня неперевернутым, Джейд, я говорил правду.
Кетт прекрасно понимал, что суперинтендант пел ему дифирамбы только для того, чтобы департамент выглядел хорошо, но его слова было приятно слушать.
– И вы найдете мою Мейси? – спросила женщина. Ее лицо осунулось, словно его рисовали на мокрой классной доске, но сейчас на нем появилась надежда.
– Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы вернуть ее домой, мисс Мэлоун. Я даю вам слово, – пообещал Кетт.
Джейд кивнула, сделала глубокую затяжку и снова ушла в себя.
– Хорошо, – сказал Клэр, – у нас в участке есть все, что нужно. Мы…
– Я бы хотел еще немного поговорить с мисс Мэлоун, вы не против? – спросил Кетт.
Казалось, Клэр собрался возразить, но женщина кивнула. Роберт потер ладони и улыбнулся суперинтенданту.
– Но, если вы хотите быть полезным, сэр, поставьте, пожалуйста, чайник.
* * *
На кухне было совсем мало места, поэтому Кетт попросил полицейских выйти. Фигг попросил разрешения остаться, и Роберт кивнул в сторону угла, где тот не станет никого отвлекать. Мисс Мэлоун опустилась в кресло, выглядевшее слишком большим для нее, и у Кетта появилась возможность осмотреть комнату: диван, не подходивший к креслу – фальшивый грецкий орех из семидесятых, – латунный газовый камин с декоративной кочергой, щеткой и совком, рельефные обои с древесной стружкой между слоями, местами цвета подсолнухов, местами магнолий, зазубренные завитки на потолке, где успела вырасти паутина.
 
Кроме телевизора и телеприставки «Скай», в комнате имелась полка из «ИКЕА» с пыльными DVD-дисками и фотографиями в дешевых рамках.
– Джейд, я правильно расслышал ваше имя? – уточнил Кетт, пересекая комнату, чтобы подойти к полке.
Он уже видел одну из фотографий – Мейси в школьной форме, кто-то сделал копию для дела об исчезновении – и взял ее в руки. Мейси улыбалась ему, вытянув руки вперед и подняв большие пальцы к небу.
– Да, – ответила Джейд, вытаскивая из пачки очередную сигарету.
Ей удалось закурить только после нескольких попыток.
– Вы с Мейси очень похожи, – продолжил Кетт, вернул фотографию на место и взял другую; на ней Мейси и ее мать обнимались перед входом в огромную цирковую палатку, какие можно увидеть в «Батлинз» [7]. Джейд всхлипнула и вытерла глаза.
– Да, Мейси была для меня всем. – Тут только она поняла, что сказала, и ахнула. – Моя девочка – всё для меня. Ее отец умер, когда Мейси была совсем маленькой. Глупый ублюдок умудрился получить рак поджелудочной железы в двадцать три года. С тех пор мы вдвоем.
– Вы могли бы быть близнецами, – заметил Кетт. – У вас такая же улыбка.
Она продемонстрировала ее – ну, или то, что отдаленно ее напоминало. Роберт сел на диван и поскреб щетину на подбородке – после приезда из Лондона он так и не побрился.
– Я постараюсь быть с вами максимально честным, Джейд, – начал он. – В большинстве случаев дела с пропажей детей решаются быстро. Детей охватывает гнев, они убегают, им нравится показывать, что они независимы, в особенности девочки… поверьте мне, у меня их три.
Он выглянул в окно, пытаясь разглядеть через занавеску констебля Сэвидж. Но, если она там и была, Кетт ее не увидел, и ему пришлось подавить внезапно возникшую тревогу. «А что, если Кейт Сэвидж – не настоящий полицейский? Что, если она сбежала с Мойрой?» Он привык к подобным мыслям; именно так работал мозг полицейского. Роберт не мог бы выполнять свою работу, если б не рассматривал худшие варианты развития событий.
– Но с Мейси ситуация другая, – продолжал он. – Тот факт, что обе девочки исчезли при одинаковых обстоятельствах, указывает на то, что тут скрыто нечто большее.
Джейд посмотрела на него так, словно была готова расплакаться.
– Я знаю, – сказала она, глядя на Фигга. – Он уже это говорил. Он был очень добр со мной и очень честен.
Фигг сочувственно улыбнулся.
– Впрочем, из этого вовсе не следует, что Мейси сейчас грозит опасность, – произнес Роберт. – Или что мы ее не найдем. Просто мы должны вести себя умно и быстро делать свою работу. Вы всё поняли?
Джейд кивнула; ее голова опустилась так низко, когда она затягивалась, что почти коснулась колен.
– Мейси знала другую девочку? – спросил Кетт, порывшись в памяти, чтобы вспомнить имя. – Конни Бирн? Они работали на похожих маршрутах.
– Я уже сказала другим полицейским, – невнятно проговорила Джейд, и Кетту пришлось наклониться к ней, чтобы разобрать, что она сказала. – Мейси знала ее в лицо, но не разговаривала. Они ходили в разные школы.
Кетт порылся в карманах в поисках блокнота, но оказалось, что он не взял его с собой. Тогда старший инспектор вытащил телефон, открыл соответствующее приложение, и его большие пальцы начали неуверенно набирать текст. Но даже автоматическая корректировка не могла понять, что он пишет.
– Да, а ее работодатель, мистер Уокер, – она когда-либо о нем упоминала? – спросил Кетт.
– Да, конечно, – ответила Джейд, выдувая дым в сторону ковра. – Уокер ей нравился. Дэвид – приятный человек. Старый. И мухи не обидит. Он платил девочкам хорошие деньги, всегда проверял, чтобы им было больше десяти лет, и никогда не брал на работу тех, кто моложе.