Перевал Дятлова
Ей никто не ответил. Они двигались дальше, и хруст снега под ногами был единственным звуком, нарушавшим первобытную тишину леса. Алиса медленно водила датчиком взад-вперед, наблюдая за движением стрелки. К счастью, она ни разу не шелохнулась. Явно довольная результатом, Алиса остановилась и, убрав счетчик в сумку, вытащила другой прибор.
— Это многоканальный анализатор, — сказала она, опережая вопрос Виктора.
— Да? И что он делает?
— Автоматически определяет и распознает различные типы радиоактивных веществ, если таковые присутствуют. Очень полезен, если имеешь дело с неизвестными источниками радиации.
— Так все-таки вы думаете, что здесь есть радиация?
— Не знаю, но я знаю, в каком состоянии были найдены туристы из группы Дятлова. Я лишь хочу убедиться.
От упоминания о Дятлове перед глазами Виктора всплыли фотографии из досье Лишина — и ярче всего та, на которой Рустем Слободин бежит прочь от так называемого ртутного озера. Он вспомнил его перекошенное страхом лицо и содрогнулся.
Алиса посмотрела на него и ухмыльнулась:
— Холодно, правда?
— Не в холоде дело. Я думаю, что так напугало Рустема Слободина, когда он подошел к подобному озеру?
Виктор перевел взгляд на Прокопия, пытаясь угадать, что тот думает по этому поводу. Но лицо шамана было невозмутимым, он не сводил глаз с озера. Что ж, в такой ситуации молчание шамана было лучшим знаком — к тому же он был рядом и шел вперед. «Все нормально, — думал Виктор. — Пока он здесь, все в порядке… но как только он повернет назад, я тут же последую за ним».
Он и сам не заметил, как доверился способностям шамана, полагаясь на него больше, чем на показания приборов Алисы. У него было чувство, что ее наука вряд ли поможет больше, чем знания старика о мире, который его народ избегал веками, но в котором они были большими чужаками, чем он.
Они подобрались к самой кромке озера, и, заглянув в него, Виктор понял, что, конечно, это никакой не лед. Это не могло быть водой ни в каком ее состоянии.
Это было нечто.
Тот, кто назвал это ртутным озером, нашел удачное сравнение: поверхность его имела яркий металлический, почти зеркальный блеск. Но при этом каким-то странным и необъяснимым образом она не выглядела твердой. Казалось, достаточно просто подуть на нее — и пойдет рябь, как по воде. Снеговые шапки деревьев вокруг и серые в крапинку облака отражались без всякого искажения на совершенно ровной глади этого озера. Осторожно подойдя вплотную и заглянув в него, они увидели собственные отражения.
— Очень похоже на ртуть, — согласился Константинов.
— А она жидкая или твердая? — спросила Вероника, вцепляясь в руку Виктора. Про фотоаппарат, висевший у нее на плече, она, похоже, совсем забыла.
— Выглядит так, будто она одновременно жидкая и твердая, — ответил он.
— Мы можем проверить, — сказала Алиса.
Она наклонилась и набрала в руку пригоршню снега.
— Что вы делаете? — спросил Виктор, прекрасно зная ответ, но не одобряя саму идею.
— Она хочет бросить снег в озеро, — произнес Прокопий тихо и спокойно. — И это будет ошибкой.
Константинов резко повернулся к нему:
— Почему?
— Потому что озеро спит… Если туда что-то бросить, оно проснется.
Алиса смотрела на Прокопия, катая в руках снежок. Она едва заметно ухмылялась — не то удивленно, не то презрительно, а скорее всего, чувствуя и то и другое одновременно.
— Снова ваши сказки, Прокопий? Что будет, если я его разбужу? Оттуда вылетит Баба Яга в своей избушке на курьих ножках?
Шаман ответил ей той же улыбкой:
— Возможно, нет. Могу я о чем-то попросить?
— О чем?
— Пусть остальные вернутся обратно в машину и отъедут немного в лес, прежде чем вы бросите снежок. Я обещаю, что мы вас дождемся. — Прокопий испытующе, не мигая, смотрел ей в глаза. — Хорошо?
Алиса смотрела на свой снежок так, словно держала в руках гранату с выдернутой чекой.
— Вы меня дразните? — спросила она.
— Вовсе нет, — сказал он, не сводя с нее своего немигающего взгляда. — Скажите, чего вы хотите этим добиться?
По лицу Алисы Виктор мог бы легко определить, что сейчас творится у нее в голове. Ей страшно хотелось кинуть снег в озеро, чтобы проверить его плотность, хотелось бросить вызов авторитету шамана — авторитету, который она отказывалась признавать, хотелось доказать, что она не боится этого места, не боится того, что здесь находится, что она может заставить его раскрыть свои тайны. И она знала, что все это можно решить одним взмахом руки.
Она снова посмотрела на шамана.
— Все, чего я прошу, — произнес он, — это дать нам пару минут, чтобы уйти на безопасное расстояние.
— Я думала, что вы здесь для того, чтобы защищать нас, — сказала она.
— Я предлагаю вам свою защиту. Вам выбирать, примете вы ее или нет.
Алиса перевела взгляд на Виктора, и он увидел, что она колеблется и злится за то, что начала сомневаться.
Он сам обратился к Прокопию:
— А что будет, если мы потревожим озеро?
— Вы его разбудите.
— Да, вы уже это говорили. Но что произойдет, если мы его разбудим?
— Трудно сказать.
— Алиса погибнет, если бросит снег?
— Трудно сказать.
— Да вы что, бредите? — почти прорычала Алиса.
Прокопий посмотрел на озерную гладь и нахмурился, словно что-то придумав.
— Алиса, я покажу вам кое-что, и вы поймете, что я не выживший из ума старик, который верит во всякие глупости. Пожалуйста, — обратился он к остальным, — отойдите на несколько шагов от края.
Виктор заметил встревоженный взгляд Константинова — было видно, что он очень не хочет, чтобы Алиса бросала снег, и надеется, что Прокопий убедит ее не делать этого. Конечно, можно было просто схватить ее за руку. Но где гарантия, что она не опередит их, просто чтобы доказать свою правоту?
— Ника, Виктор, пойдемте, — сказал Константинов.
Они все трое отступили на несколько шагов и теперь стояли поодаль, наблюдая за Прокопием и Алисой.
Шаман обратился к ней:
— Загляните в озеро, Алиса.
Она наклонилась, всматриваясь.
— Что вы видите? — спросил он спокойно.
То, что произошло дальше, стало абсолютной неожиданностью для Виктора.
Алиса вскрикнула, выронила свой снежок и сломя голову побежала прочь от озера. Ее гнало такое отчаянное желание убежать, что громоздкая холщовая сумка сползла с плеча и упала на землю, но она даже не взглянула на нее, карабкаясь по склону к машине.
— Что за черт… — начал было Виктор, когда к ним подошел Прокопий.
— Нам надо уезжать, — сказал шаман, — кажется, само наше присутствие разбудило его.
Константинов подхватил сумку Алисы и сказал:
— Хорошо, поехали.
— Быстрее, пожалуйста, быстрее, — торопил их Прокопий.
— Что она там увидела? — спросил Виктор, пока они торопливо взбирались наверх по склону. Алиса уже была в машине — он видел ее: она сидела прямо, глядя куда-то перед собой. — Что вы ей показали? — повторил он свой вопрос.
— Что-то, что я заметил перед тем, как попросил вас отойти. Я сделал так, чтобы она больше не сомневалась.
Они дошли до машины, запрыгнули в нее, и Константинов завел мотор.
Ника наклонилась вперед и тронула Алису за плечо. Алиса дернулась, словно ее ударили.
— Да расслабьтесь же! — сказала Ника. — Что вы там увидели?
Алиса повернулась к ним. Ее голос дрожал:
— Я увидела наши отражения. Все мы стояли там, даже после того, как вы отошли от края… ваши отражения были там, на поверхности… ваши отражения были там…
В этот момент из сумки Алисы раздался громкий писк. Она схватила сумку и, пошарив рукой, достала еще один датчик. На нем мигала красная лампочка, а цифровой дисплей, казалось, сошел с ума.
— Что это? — спросил Вадим, переключая скорость.
— Электромагнитный датчик, — ответила Алиса, — обнаружил мощное электромагнитное поле… и похоже, его источник в озере. Вадим, увози нас отсюда скорее, ради бога!