Наваждение Монгола (СИ)
Замечаю аккуратно сложенную хлопковую вещицу, не глядя натягиваю, затем заворачиваюсь в одеяло, прикрываю веки.
Мне никто не поможет, не спасет. Я попала в лапы к хищнику, который через меня будет ломать моего жениха.
Будь он неладен!
Глава 10
Монгол
В моем кабине царит полумрак. Сижу в кресле и смотрю в окно. Сегодня полнолуние. Впервые за долгие годы не делаю ничего. Просто рассматриваю проплывающие облака и необыкновенно яркие звезды.
Здесь. Вдали от цивилизации и городских огней небо словно усыпано алмазами, которые переливаются, мигают. Давненько я не давал себе передышки. Не смотрел вверх.
По нашим поверьям, там живут мои предки. Смотрят. Осуждают, скорее всего. Я не был праведником. Никогда.
Ухмыляюсь собственным мыслям и делаю очередной глоток из бокала.
Сегодня тот самый день. День, когда запускается тщательно спланированная карусель, целью которой является возмездие.
Я долго шел к этому, выжидал. Смыслом всей жизни стала месть. Желание растерзать, разбить все, что столько лет лелеял и выстраивал враг.
– Ночь поздняя. Я не жду гостей.
Проговариваю ровно, не оборачиваясь, когда чувствую, что в кабинете уже не один.
– Мне не нужно твое приглашение, Гун.
Резко выкручиваю кресло и встречаюсь взглядом с лощеным шатеном в идеальном костюме.
– Я по делу.
– Как там?
Ухмыляется. Холодно. Морщинки тонкими паутинками расходятся от глаз.
– Хаос.
– Что с прессой?
– Обижаешь. Решено все. Никому огласка не нужна. Учитывая тот факт, кто ты, Монгол.
Оставляет недосказанность, от которой руки сжимаются в кулаки.
– Ты сейчас про то, что по душу Айдарова пришел Палач?
Растягивает губы в ухмылке. Поправив брюки, садится в кресло напротив.
– Ну и про это тоже.
– Я не ждал тебя.
Смотрит исподлобья.
– Ты быстро добрался, Лекс.
– Пока ты ехал, я летел, – ухмыляется, бросая взгляд на часики стоимостью в лям, – и то просто сделал крюк, чтобы лично сказать, что ты разворошил улей. Айдаров в бешенстве. Лично ко мне обратился. Чтобы я помог его ненаглядную из-под земли достать, или из-под тебя, как карта ляжет.
– Заделался траблшутером?
Опять ухмыляется. Черты лица у него грубые, нос острый и взгляд с прищуром. Кажется, что на дне холодных серых глаз лезвия крутятся.
– Ты был прав. Замес пошел из-за девчонки полным ходом.
Киваю.
– Я просчитал такой расклад.
Поднимается и, не спрашивая, наливает себе бокал. Делает глоток.
Замирает на мгновение у окна.
– Кто бы мог подумать. Девчонка… Хотя. История знает прецеденты. Троянская война разразилась из-за женщины. Правда, как по мне, не слишком высокой социальной ответственности.
– Хорош впаривать. Ты не на своей предвыборной компании речь толкаешь.
– И то верно.
Разворачивается и бросает на меня хлесткий взгляд. Любому другому бы уже давно пулю пустил, но Ставр один из немногих, кого ценю. Кому доверяю и с которым у меня нет ровным счетом ничего общего. Мы из разных миров, не пересекались даже. По легенде.
Но общее прошлое у нас все же есть.
– Первый шаг. Монгол. Удар был основательным, я тебе скажу.
– За ним пойдут следующие.
Открываю ящик стола, где белеет простыня. Лекс становится за моей спиной.
– Невеста жива?
Холодный голос пропитан угрозой.
Встаю из кресла и равняюсь с крупным мужиком. То, что он упомянул Ярославу, вызывает странный, непонятный приступ агрессии. Словно мое тронули.
– Она тебя беспокоит, Ставр?
Проговариваю четко. Два хищника даже в дикой природе не могут уживаться на одной территории.
Наклоняет голову к плечу, тянет угол губ в ухмылке. Бесит.
– Я не собираюсь воровать ворованную невесту, – вворачивает свой коронный сарказм.
Накаленная атмосфера на пару градусов спускается, а я для себя четко понимаю, что готов играть против Айдарова, хочу видеть его агонию, но Ярослава…
– Девчонка всего лишь инструмент для исполнения моей задачи, – отвечаю на ироничный взгляд Лекса.
– Значит, играем дальше?
– Разумеется.
Достает мобильник, пара нажатий и холодный приказ:
– У меня есть доставочка. Хочу, чтобы наш общий знакомый получил лично в руки один маленький презент.
Кладет телефон в карман. Обращает на меня проницательный взгляд.
– Оружие взведено. Дело за малым.
– Я хочу, чтобы каждая секунда его жизни наполнилась страданием, буду откусывать раз за разом все больше, пока, наконец, не нанесу сокрушительный удар.
– Ты долго ждал, Монгол. Настолько долго, что Айдаров расслабился и попросту забыл о тебе.
– Главное, что я не забыл, Лекс. Я дал ему время. Знал, что однажды шакал станет уязвимым, у него появится слабое место. Я лишу его всего. Пункт за пунктом. Все, на чем держится его империя, отойдет мне по праву.
– Понимаю.
– Я хочу, чтобы ты скинул мне всю информацию по невесте Айдарова…
– Зацепила?
Слышу игривость в интонациях и хмурюсь.
– Почему у меня нет всей информации по невесте Айдарова?
– Ты не просил. Цель и цель. Какая разница?
Лекс внимательно смотрит мне в глаза.
На мгновение прикрываю веки. Внутри все же что-то царапает.
– Действительно. Никакой. Файл пришли.
Железный кейс ложится на мой стол. Пара щелчков и он открывается. Перекладываю в него содержимое верхнего ящика стола.
Защелкиваю. Передаю Ставру.
– Ты знаешь, что делать.
Смотрим глаза в глаза. Кивает. Бросает взгляд на часы.
– Время не терпит. На связи.
– На связи.
Когда остаюсь в кабинете один, цепляюсь взглядом за опустевший ящик. Белоснежная простыня с багряными каплями исчезла.
Я не сделал того, что должен был. Странно то, что с первой секунды, как увидел невесту врага, я ее захотел. Сначала под драйвом происходящего, списывая все на похоть.
Поначалу размалеванная кукла в подвенечном платье показалась обыкновенной. Не присматривался. Не задумывался. Все, что мне было нужно от невесты Айдарова, это замаранная тряпка. Месть тварь голодная, с раззявленной пастью. Она всеядна и не знает жалости.
А я ее проявил к девушке с ультрамариновыми глазами. Стоило поставить под душ, стереть ненужную краску и заглянуть в лицо своей жертве, как что-то внутри дрогнуло.
Не может быть у расчетливой девки таких глаз. Слишком многое прочел в них и почему-то она мне напомнила прошлое…
Что-то в ней есть. Трогательное. И я понимаю, что именно меня остановило.
Ударяю кулаком по столу. Вмазываю со всей дури.
– Господин.
Вскидываю голову. Рения стоит, склонив голову и устремив взгляд в пол перед открытой дверью моего кабинета, ждет приглашения.
– Входи. С чем пришла?
– Я посмотрела девушку, хозяин.
– И?
– Слабая она, хрупкая.
– Что с ней?
– Легкие чистые. Жаропонижающее дала, должно отпустить.
– Она заболела, что ли?!
– Это не простуда. Может нервным быть. Скажем, реакция на случившееся.
Опять опускает голову и говорит уже тише:
– Как, впрочем, возможен и длительный стресс, так как у нее присутствует истощение.
Топчется, глаза прячет, боится.
– Рения, что ты скрываешь?
– Ничего, господин, просто…
– Говори, женщина, не юли.
Выпрямляется. Смотрит прямо и говорит с уверенностью:
– Девушка ваш темперамент не выдержит, господин. Проявите терпение. Дайте ей осознать…
Приподнимаю бровь.
– Я, кажется, не спрашивал у тебя совета как быть и что делать, женщина.
– Простите, господин, – склоняет голову еще ниже, смотрит в пол, а я не понимаю, почему решилась перечить и защищать невесту Айдарова.
Рения многое пережила, потеряла, а сейчас…
– Мне нужно, чтобы ты поставила Ярославу на ноги. Не те времена, чтобы отвлекался на всякие мелочи.
Намеренно произношу жестко, приказываю.