Связанные судьбой. Притяжение сирен

Наверное, это объясняет почти полное отсутствие интереса с ее стороны. Влюблена в какого-то парня. С ума сойти. Но разве может жалкий человек соперничать со мной? В конце концов, разве есть на свете мужчина привлекательнее меня? Таково мое мнение, хоть и звучит чересчур самонадеянно.
— Я смотрела на него, а он на меня, — говорит Мила дрожащим голосом, — а потом у меня закружилась голова, и я… будто мысленно обняла его.
Вот так, заколдовала парня, даже не разобравшись как следует со своими способностями. И теперь, конечно, решит, что все его чувства вызваны магией.
— Боюсь, ты и правда его заколдовала. Сочувствую, — говорю я искренне.
Положив конец всем ее надеждам, я и вправду испытал сожаление. Сказать ей, что это не имеет особого значения? Что люди влюбляются в нас легко и быстро, нам даже делать ничего не надо? Пусть примет решение, имея под рукой все факты. Я не сдамся, буду бороться за нее до последнего и все равно одержу победу!
Я открыл было рот… и сразу закрыл.
Девушка потеряла над собой контроль. Ее щеки покраснели, в глазах стояли слезы, она закрыла лицо дрожащими руками.
На какой-то миг мне почудилось, что я падаю в пропасть. Этот парень не просто нравится ей. Господи!.. Она любит его!
Сила ее чувства очевидна.
Нет, я ничего ей не скажу, это я понял сразу. Я скорее язык себе откушу! Нет, нет и нет! Я не дам ей шанса уйти к другому!
Меня затошнило от ревности и злости, эмоции отражались на моем лице — где же мое хваленое умение держать себя в руках? Мила по-прежнему сидела, уткнувшись в ладони, это дало мне время справиться с собой.
Я сумел надеть на лицо бесстрастную маску — не выражение спокойствия и безмятежности, но уже кое-что.
Мила тоже немного успокоилась и снова посмотрела на меня. Выражение ее лица изменилось, теперь на нем отражались стыд и горечь, она была бледна, но на щеках по-прежнему горели яркие красные пятна. На секунду я ее возненавидел.
— Как это снять? — спрашивает девушка твердым голосом.
Я испытал мстительное удовольствие от того, что могу сказать правду:
— Никак. Наши чары необратимы.
Вот так. Не мне одному страдать. Но в следующий момент ее лицо вытянулось, глаза широко раскрылись, и вся моя мстительность тут же испарилась. Да что со мной? Как я могу злиться на нее?
— Что?.. Но что-то же можно сделать? — лепечет девушка между вдохами.
— Ну, есть одно средство. Своим даром ты как бы синхронизировала его биополе со своим. Но если ты уедешь достаточно далеко, твое поле перестанет действовать на него. Пятьсот километров будет достаточно.
Я видел, что эта новость сделала с Милой. Я мог бы ее успокоить, но, конечно, не стану этого делать. Ее сердце занято? Что ж, я сделаю все, чтобы это изменить.
Мила попросила меня отвезти ее домой, я расплатился по счету и проводил ее к машине. Мысли девушки витали где-то далеко, на меня она не смотрела. Припарковавшись на улице Рубинштейна, я попросил ее номер. Мила взглянула на меня с непониманием, мне пришлось повторить просьбу.
— Могу я записать номер твоего телефона?
Чувствую себя дураком. Навязываюсь девушке, которая плевать на меня хотела. Ну и ситуация! До сих пор не верится, что это происходит со мной.
Мила продиктовала номер.
— Спасибо, что подвез. Ну и вообще… спасибо, — ее голос дрогнул, было видно, что она едва сдерживает слезы.
Я проводил ее взглядом до дома. После всех этих эмоциональных бурь я чувствовал себя опустошенным. Самая прекрасная, очаровательная, замечательная девушка из тех, что я когда-либо встречал, любит другого. Не верится!
Я убеждаю себя, что смогу это изменить, что у нее это ненадолго, что она не может не полюбить меня, и я, правда, верю в это… но червячок сомнения уже проник в мое сердце.
  
Глава 3. Без взаимности
 
Я постарался сосредоточиться на работе, созвонился с генеральным директором, отправил экспресс-почтой нотариально заверенные бумаги и отправился своим присутствием действовать на нервы сотрудникам петербуржского филиала. Но всякий раз, стоило мне отвлечься, перед моими глазами появлялось ее лицо, мое сердце замирало, от тоски хотелось выть волком.
 
Я же почти не знаю ее!..
Кого я обманываю, конечно, знаю. Ее биополе с первой встречи рассказало мне о ней лучше любых слов. Мила… Я закрываю глаза, сосредотачиваюсь на ее ауре, позволяя себе погрузиться в иллюзию ее присутствия.
Мы виделись всего два раза, но я уже совершенно потерял голову. Что же будет дальше? Боюсь представить. Разумнее всего было бы уехать прямо сейчас, пока все не зашло слишком далеко.
Я провел бессонную ночь, ворочаясь с боку на бок. Мысли о неизвестном сопернике не давали мне покоя. Кто он? Чем так зацепил ее, почему она предпочла его мне? Не может обычный человек, одноклассник, мальчишка, по сути, иметь передо мной хоть какое-то преимущество! Наверняка, это просто глупая детская влюбленность.
Наш поцелуй был особенным, она тоже почувствовала это, я точно знаю! Одна ночь — и она будет моей…
Встав с кровати, я подошел к окну, раздвинул шторы. Нет, я не могу так! Не могу позволить ей делать это со мной! Да кто она, чтобы иметь надо мной такую власть?
Все же, я дам ей возможность решать. Я послал Миле сообщение, предложил встретиться. Никакого давления, принуждения, преследования. Но если она откажется… неужели, я просто сдамся?
Это будет правильно или трусливо?
Не успел я ответить на свой вопрос, как мне пришло сообщение от Милы: она с радостью со мной встретится. У меня подогнулись колени, и я рухнул на кровать, прижав телефон к груди.
Я счастливо рассмеялся. Она будет моей! Рано или поздно, это неизбежно!
Куда я поеду? Все, что мне нужно здесь, в Петербурге.
* * *
Поспав несколько часов, я оделся и подъехал к ее школе. Выйдя из машины, я по привычке прислонился к капоту, взглянул на небо, вздохнул.
Прозвенел звонок, открылись двери, мальчики и девочки начали группками выходить из здания, смеясь и дурачась. В целом, я ничего против детей и подростков не имею, но шум, крики, малоосмысленная речь — все это вызывает у меня отвращение. Я снова вздохнул. В странное место принесла меня судьба.
И как Мила умудрилась полюбить одного из этих малоосмысленных мальчишек? Где она, кстати? Я не сразу заметил ее биополе, на это ушло какое-то время, такое бывает, знакомое звучание еще нужно отыскать.
Я увидел ее даже раньше, чем почувствовал. Мила посмотрела на меня, ее лицо озарилось радостью, и у меня сразу потеплело на сердце.
— Привет, — улыбаюсь я, открывая перед ней дверь своей машины.
Блестящие кудри, прозрачные голубые глаза, теплая сияющая улыбка. Уехать от нее — что за безумная мысль?
Но тут она обернулась, остановилась, я проследил за ее взглядом. На крыльце стоял парень, ее ровесник, и по выражению его лица я понял — это он. Самый обычный человек, ничего особенного, как я и думал. Довольно высокий, ничем внешне не примечательный школьник-старшеклассник, одетый в дешевый костюм. Что она в нем нашла?
Я посмотрел на Милу… и тут меня накрыло волной ядовитой, невыносимой ревности. Ее лицо так и дышало любовью, печалью. Любовью… к нему. Я с трудом перевел дыхание, медленно выпустив воздух из легких.
«Ты мне не соперник», мысленно сказал я ему, пытаясь убедить себя, Милу, весь мир. Мы смотрели друг другу в глаза, трудно сказать, кто кого ненавидел сильнее. Но, в отличие от него, я выражать своих эмоций не торопился. В конце концов, преимущество на моей стороне.
Я повез ее в другой ресторан, мы обедали, пили вино, я из кожи вон лез, чтобы рассмешить ее. И мне это удалось, в конце концов, она расслабилась и развеселилась. Мила восхищенно оглядывала роскошный зал, а я лопался от гордости за свое остроумие и находчивость.
Но вот она снова притихла, по ее лицу скользнула тень. Мне не хочется в это верить, но все и так очевидно — она, не задумываясь, променяла бы меня на него.