Зимняя сказка для одинокого мужчины (СИ)

Но выбор сделать мне не дал низкий голос над моим ухом- Забельский? Он откуда тут?!
-Элеонора больше не работает- рыкнул он, нависая над Виктором, недоуменно переводящим взгляд от меня к Дмитрию. Тот же, одетый в темную куртку, светлые джинсы, еще больше увеличивающие его мощные ноги ( " день ног" пропускать, ленясь- явно не его стиль) и армейские грубые ботинки, больше походил сейчас на какого-то злого байкера, нежели на бизнесмена. Вот и Витя испуганно сканировал его глазами, оценивая уровень опасности.
Я задохнулась от гнева- опять?! Да что же это такое?!
-Витя, я с удовольствием составлю твоей маме букет - мило улыбнулась я парню, отчего он и сам расцвел как ромашка.
Забельский, ухватив меня за руку, слегка оттащил в сторону:
-Если ты не хочешь, чтобы твоему " Вите"- передразнил он мою интонацию- пришлось завтра ехать сюда с переломанными ногами, ты сейчас пойдешь и откажешь ему, ясно?
Забельский весь пылал гневом, и я решила не нагнетать. Кое-как извинившись перед Виктором, который уже и сам не особо горел желанием заполучить злосчастный букет, вернулась к Дмитрию.
-Пошли, довезу тебя домой. По пути поесть заедем- бросил он, обхватив меня за талию.
Тиран! Тиранище! Ни " ты уже закончила?", ни " может, ты голодна?", и уж, тем более, " тебе куда-то нужно?".
Голова гудела от злости, но упрямое тело прильнуло к мужской груди, вдыхая знакомый аромат, наслаждаясь близостью.
Сделав заказ, Дмитрий повернулся ко мне:
-Дай мне руку
Я протянула руку машинально, даже не думая, зачем она ему вдруг понадобилась. Но когда он достал из кармана пиджака маленькую бархатную коробочку, мое сердце зашлось в бешеном ритме- это то, о чем я думаю?! Как банально, и какое большое счастье одновременно. Я его люблю. Я уже знала это тогда, когда думала, что мною поигрались и выбросили за ненужностью. Когда оплакивала себя холодными одинокими ночами. Когда врала себе, что это- не любовь, а просто задетое чувство гордости.
Кольцо на моем пальце ( и как только он узнал размер) сияло и переливалось гранями- огромный бриллиант в центре притягивал взгляд.
-Еще раз- я люблю тебя- он накрыл мою руку своей- я делаю это не ради детей, они все равно были бы. Просто немного позже. Я делаю это ради нас.
" Нас"? Разве существуют они, эти " мы"? Я просто молча глотала слезы, против воли заструившиеся солеными ручейками по лицу, - неужели всё это происходит со мной?! Со мной, вечной неудачницей? Все похоже на безумный, счастливый сон, что в любую секунду может оборваться.
-Мне надо...Надо выйти- только и смогла выдавить из себя.
Дмитрий кивнул, понимая моё состояние. Бросившись к выходу, я почти наощупь добралась до дамской комнаты. Поплескав себе в лицо ( благо, решила с утра ехать без косметики, да и вообще, ее теперь стоило выбирать с осторожностью, только натуральную, хорошую), немного успокоилась. Все так быстро. Словно все мои затерявшиеся на пути к мирозданию желания вдруг обнаружились в самом дальнем ящике стола с просьбами, и судьба спешно принялась претворять их в жизнь. Любовь, семья, дети...Даже маленькая Варя очаровала меня с первых минут- не только добротой и детской непосредственностью, но и тем, с каким упорством она ежедневно занималась на физиотерапии, плавании и еще множестве реабилитационных методик- настоящий маленький спартанец, упрямо движущийся к своей мечте, верила в нее, не сомневаясь ни на минуту. Поневоле зауважаешь. А Дмитрий...Не передать словами той гаммы чувств, что возникала во мне от одной мысли о нём.
И всё же- что не так?! Почему хочется плакать от одной мысли о грядущем счастье? Всё не по плану? Да. Мы едва знакомы? Да. У меня нет доверия к нему? На этот вопрос мое подсознание всегда было неоднозначно в ответе- я верила ему? Или хотела верить? А, может, я и сама не хотела ничего серьезного? А сейчас хитрое подсознание играет со мной, пытаясь навесить на кого угодно, кроме меня самой, вину за то, что я вдруг резко испугалась. Осознала, что это будет ' вместе и навсегда', серьезный шаг. А осилю ли я его? Возможно, все мои страхи и неуверенность в Забельском - маскировка собственных? Что, если окажется, на самом деле никакой семьи я не хотела? Вынесу ли я характер этого мужчины, если уже, всего лишь несколько дней, а меня изрядно потряхивает от его желания всё контролировать лично? Вдруг наши дети станут расти не в дружной и любящей семье, а среди тихой ненависти родителей или, что еще хуже, вечных ссор и ругани?
 
Тошнота подкатила удушливой волной, ноги едва держали. Собрав волю в кулак, выпрямилась, несколько минут просто вдыхая и выдыхая. Отмахнувшись от желания немедленно сбежать, направилась обратно, по пути выговаривая себе за трусость- что уж теперь волноваться? Злиться? Пытаться что-то изменить хоть в мыслях, если речи об аборте для меня попросту не было. А даже из соображений прагматичности- смысл тогда " трепыхаться" во всём остальном? Нужно выбирать лучшее, и не для себя - для детей. Я не имею права думать только о себе, за себя. Какие бы ни были отношения у матери и отца, но они не должны автоматом распространяться и на детей.
Дмитрий встречает меня суровым взглядом:
-Тебе звонил Эмиль, что ему нужно?
Моя свежеобретенная уверенность разбивается на мелкие осколки - это мы ещё даже не женаты. А дальше что? Контроль каждого моего шага?
-Наверно, насчет работы - я ведь должна сегодня выйти- быстро отвечаю, не желая раздувать конфликт.
Он усаживает меня рядом с собой, придвигая тарелку:
-Ешь.
Я вяло ковыряюсь в салате, ещё каких-то несколько минут назад казавшимся таким аппетитным.
-Я сказал, что ты больше не работаешь у него- буравит он меня тяжёлым взглядом. Внутри меня всё закипает- да что он о себе возомнил?! Лишь путем внутренних " самоуговоров" я сдерживаю гнев - нам надо поговорить. Но не сейчас и не здесь. Вот немного успокоюсь, поем...
Будни 
Элеонора:
Неделя пролетела незаметно. Самым значимым в ней был процесс выбора имён, в котором снова принимали участие все. А самым неприятным... Самым неприятным был момент, когда мы с Забельским выходили из ресторана - на входе нас ожидала толпа репортеров с камерами и микрофонами. И если я начала озираться по сторонам, не понимая, как проглядела знаменитость, решившую посетить это место, то Дмитрий сразу же всё понял- заслонив меня собой, он стал буквально пробивать нам дорогу к машине. Вслед летело " Дмитрий, скажите, вы правда решили жениться на простой студентке?", " Элеонора, как вам удалось завоевать его сердце?" и самое неожиданное - " Скажите, у вас ведь двойня?". В шоке от того, как они узнали эту информацию - врачебную тайну никто ведь не отменял, я села в машину, заслонив лицо рукой от вспышек.
На Дмитрия было страшно смотреть:
-Не волнуйся - процедил он- я найду того, кто слил информацию.
Уже открыв рот, чтобы ответить - он сам разместил сведения о предстоящей свадьбе, тут же закрыла- Забельский имеет в виду мою беременность.
Оставив меня на попечение Ольги, Забельский тут же уехал. А мы с Ольгой и Варей стали готовить ватрушки, которые девочка просила уже второй день.
Напившись вкусного чаю, смотрели мультфильмы в большой гостиной.
****
Я почитала Варе сказку, уложив на дневной сон. Странно, но такое ощущение, что этот ритуал у нас с ней давно - с такой лёгкостью мы сдружились. Впрочем, дело не в моих слабеньких педагогических сверхспособностях- с этим ребенком невозможно не подружиться. Она кого угодно расположит к себе- чувство такта, не по годам детская мудрость, огромное сердце, в котором всегда есть место для жалости и сострадания. Я улыбнулась, представив себе на мгновение, в какую прекрасную молодую девушку она превратится - повезет кому-то с женой
Настроение немного поднялось. Я почти перестала чувствовать себя как в тюрьме - надзор 24/7, контроль. Уже и обычные проявления заботы со стороны Дмитрия казались вторжением в моё личное пространство. С ним в моей жизни вообще никакой нормы- то не было вовсе, то объявился, заполнив собой все дни. Но и я хороша- то отчаянно мечтаю о свадьбе, любви и семье, а получив это, боюсь и не решаюсь.