Жатва душ. Остров мертвых
— Выбираться… — Я вздохнул. — Куда? По всему миру та же канитель, Сергеич, везде зомбаки. Разве что в город, потому что там и припасы, и оружие.
— Вы знаете, чё ваще происходит? Телек молчит, радио тоже, даже тырнета нет!
— Знаем, — кивнул Макс на меня, залпом прикончив бутылку. — Но мне все Денис рассказал, так что ему слово…
Историю о пришельцах, изъявших души у трех четвертей землян, Сергеич выслушал спокойно, кивнул, принимая как само собой разумеющееся, а к информации о способностях зомби отнесся очень серьезно.
— Значит, убить их можно, — кивнул он своим мыслям. — Это хорошо. А то я пробовал прорваться, а они не дохнут! Одному китаезе череп пробил, а ему хоть бы хны! Ну, чего греха таить, испужался я, вернулся сюда. Тем более там и остальные поперли, еле ноги унес. Свят-свят… — Сергеич перекрестился.
— Я уже десяток упокоил, так что говорю уверенно — убить их можно. К тому же первое упокоение, по идее, сделает вас чистильщиками.
— Ну а что дальше-то? — поинтересовался Макс. — Ден, ты хотел про жену выяснить — ну вот, выяснил. Спала она с этим мужиком, понятно. Что теперь? Какой план?
Сергеич тоже посмотрел на меня. С фига ли они от меня ждут решения? Я сам ничего не знаю!
Но вслух сказал другое:
— Здесь оставаться нельзя. Воды нет, еды тоже, а помощи не дождешься. Нужно выбираться из отеля, найти временную базу и помародерить округу. Тут ведь вдоль пляжа три отеля?
— Ага, — ответил Макс. — Наш, «Эвелин», четыре звезды. Еще два пятизвездочных: «Калигайахан» и «Маглаяг». А что?
— Ну сам подумай. Несколько тысяч туристов, все с багажом. Уверен, можно много полезного нарыть — лекарства те же, бинты, антибиотики, батарейки…
— Дело говоришь, Дениска, — согласился Сергеич.
Вот это его «Дениска» мне не понравилось. Я смерил его тяжелым взглядом, понимая, что если сделаю уступку здесь, то прогибаться придется уже до конца. Или до крови. Мужичок-то толковый, видно, но жизнью битый-перетертый, привык сразу выяснять иерархию и определять, кто кого слушается. Сейчас «Дениска», потом «Сгоняй-ка, пацан, туда-сюда…» Нет.
— Денис, — поправил я.
— Извиняюсь, — чуть помолчав, кивнул Сергеич, и встрепенулся: — Мародерка — дело хорошее, говорю же, прав ты!
— Параллельно поищем других выживших, соберем народ — проще будет зачищать зомби, — сказал я. — А потом можно подумать о том, как добраться до города.
— Я бы все-таки попробовал связаться с большим миром, — добавил Сергеич. — Между нами и «Маглаягом» стоит маяк, там же есть передатчик.
— Да молчат все, я пытался, — сказал Макс. — Без толку. У меня ж радиостанция есть.
— Да твоя только на остров рассчитана, — возразил Сергеич, — дальше не добивает. А там маяк прям огромный. Кароч, там и прятаться хорошо, зомби точно не долезут.
— Мужики, вы пока подумайте, — сказал я, поднимаясь. — Мне надо с женой поговорить.
Оставив их на балконе, я вошел в номер. Меня встретили настороженные взгляды четырех женщин и виноватый — Карины. Гуру Еремей куда-то пропал, а без его поддержки она, наверное, устыдилась — все-таки не свободная женщина, чтобы не ночевать с мужем…
— Денис… — протянула она и робко сделала шаг навстречу.
— Да, Карин, пойдем наедине пообщаемся? А гуру где?
— Магистр Еремей медитирует, — ответила Маша, симпатичная блондинка с пирсингом. В ее голосе мне послышался неприкрытый сарказм. — Ищет ответы в космосе.
— Надеюсь, космос ему подскажет, как из ничего сотворить воду и еду, — ответил я.
Взяв под руку жену, повел ее в ванную. Она вцепилась в мое плечо, сильно сжала. От вчерашней «сильной и независимой» женщины ничего не осталось, сейчас я снова видел ту девушку, в которую когда-то влюбился. Причем так, что бросил семью.
Когда я встретил Карину… В дешевых романах пишут «внутри все оборвалось». Где-то так. Она стояла у остановки, кутаясь в полосатый шарф, и раздавала рекламные буклеты. Совсем юная, озябшая, неимоверно красивая. Губы улыбаются, а в глазах отчаянье. Холодина была жуткая, снег валил хлопьями. Я припарковался недалеко, чтобы купить сыну капли в нос, не удержался, остановился рядом с ней, пригласил в салон своего авто…
То, что я увидел в ней тогда, не имело отношения к реальности. После того, что она сделала, наваждение спало, и я радовался, что наконец победил зависимость, излечился от терзавшего меня душевного недуга. Прозрел.
Мы вошли в ванную комнату, Карина закрыла за собой дверь и присела на край ванны, чуть сутулясь. Я внимательно посмотрел в ее темно-карие, почти черные глаза, пытаясь найти там ответ — была измена или нет? Но там была пустота. Всмотревшись внимательнее, я подметил густые брови, пухлые губы, чуть искривленные в вечном недовольстве, грудь — полную «четверку», складочку жира на боку под просвечивающей рубахой Еремея… Другой человек — и внешне, и внутренне.
Почему-то радовало, что эти размышления — на трезвую голову. Вчера-то я был пьян, к тому же в приступе ревности, а сейчас…
Всплыли мысли, давным-давно загнанные на задворки сознания. Помнится, Пашка, рок-музыкант, байкер и прекрасный поэт, когда мы вместе поехали на байк-шоу, намекал, чтобы я следил за молодой женой. Память услужливо подсунула картинку: Пашка играет на гитаре, а на спинку его стула опирается Карина, томно улыбается, а грудь едва не вываливается из декольте на его голову. Я и тогда ощутил укол ревности, но осадил себя, ведь глупое чувство — от неуверенности в себе…
— Поговорим? — спокойно спросил я. — Спрошу один раз: где и с кем ты ночевала? Здесь, с гуру?
— Нет! — Ее глаза вспыхнули праведным гневом. — У Маши! Здесь мы оказались только утром, когда собирались на завтрак!
Она расправила плечи и с вызовом посмотрела в глаза, изображая оскорбленную невинность. И ведь как убедительно играет!
— То есть ты поднялась на этот этаж с Машей, и вы пошли к ней в номер? — еле сдерживая злость, спросил я, у меня впервые была возможность уличить ее во лжи.
Заподозрив неладное, Карина пару секунд растерянно помолчала и ответила дерзко:
— Ну конечно, а как еще?
Когда она вступилась за меня перед Еремеем, в душе что-то колыхнулось, теперь же все стало окончательно ясно.
— Тот парень, Макс, с которым я пришел, он сисадмин. Макс показал мне запись с камер видеонаблюдения. Ты ночевала у Еремея.
— Ты все неправильно понял, Ден! — Она всплеснула руками, продолжая уверенно гнуть свою линию. — У нас был групповой сеанс медитации, он затянулся, а потом началось страшное!
— Групповой? Ну да, два человека — разве группа? — усмехнулся я, вспомнив запись. — Это пара… Или Маша была с вами?
Карина резко вскочила:
— Мы просто медитировали! Все! Не веришь — твои проблемы, Рокотов!