Противостояние (СИ)
Тянется к тумбочке у кровати за кондомами и вдруг с громким криком вцепляется Тайлеру в спину.
— Ничего, просто ушиб, забей, не останавливайся! — умоляющее выражение синих глаз чуть не сносит крышу.
Джейк с трудом садится на постели — голова кружится и тянет вниз. Не глядя, шарит в тумбочке, и презервативы россыпью усеивают пол и кровать.
— Давай ты сверху. А то еще помну тебя, — и протягивает Райану один, целуя в губы.
Покрывало внезапно оказывается внизу, перед лицом, голова кружится сильнее. Дышать становится трудно — МакКарти лег него, прижимаясь всем телом.
— Это говорит твой альту… альру… альтруизм?
Обернувшись, Джейк встречается с ним взглядом. Райан утыкается ему в шею, целуя и слегка впиваясь зубами.
— Или сам хочешь?
— Хочу… — Джейк тянется за поцелуем и подается бедрами навстречу.
Мир будто распался на отдельные частички. Влажное дыхание на шее и запинающийся шепот на ухо, сладкий запах его одеколона — как теплые тропики. Горячее твердое тело, прижавшееся сверху, прикосновения губ к плечам, ладони Райана на пояснице и заднице Джейка. Под животом откуда-то берутся подушки, ласковые сильные руки помогают переместиться. Ощущения складываются друг с другом и распадаются снова, как узор в калейдоскопе, каждый раз новый.
Джейк стонет от разочарования, когда Райан отрывается от его рта, и тут же — от удовольствия, когда тот постепенно перемешается ниже, проводя языком вдоль позвоночника.
— Никогда не пойму, чего те парни так тряслись за свои никчемные задницы… — язык очерчивает ямочки на пояснице, слева и справа, пальцы мнут, тискают и пощипывают зад. — Можно подумать, я бы удостоил их хоть взглядом, зная, что ожидает меня после боя.
Тайлер вскрикивает от неожиданности, почувствовав сильный шлепок. Кровь бросается ему в лицо, потому что сразу вслед за шлепком он ощущает прикосновение губ.
К аромату цветущих апельсинов, что приносит сквозняк, добавляется более резкий и химический запах — как у дешевых ягодных леденцов. Джейк оборачивается через плечо и встречается взглядом с Райаном. Тот смотрит на него с такой жадностью, что Тайлеру стало бы не по себе, будь он не так пьян. Но сейчас он может только приглашающе улыбнуться и раздвинуть ноги.
Реальность распадается на части и складывается заново от каждого вторжения пальцев. Джейк прогибается в пояснице, стараясь поймать то самое ощущение. Становится трудно дышать, Джейка бросает в жар, все его существо охватила жажда — Райана, его тела, его члена внутри.
— Скажи мне… — доносится до его слуха, -… я хочу это услышать.
Из речи Райана напрочь пропала неуверенность, он больше не запинается. Пальцы проворачиваются внутри, и Джейк уже не стонет, а скулит.
— Скажи… — Райан оседлал бедра Джейка, тот отчетливо ощущает его стояк. — Что мне сделать?
— Трахни меня, — Тайлер смотрит через плечо, растворяясь в обезумевшем взгляде синих глаз. — Делай со мной все, что хочешь!
Райана не нужно просить дважды. Джейк прикрывает глаза, почувствовав его внутри, и движется навстречу. В голове шумит, кровать и стены шатаются, тени мотыльков пляшут на стенах. Сначала слегка больно, но это быстро проходит.
Райан везде — внутри, снаружи, завладел и телом, и душой. Безумная мешанина слов на ухо — мой, люблю, такой горячий; жадные поцелуи, впивающиеся в плоть зубы, и тут же — быстрый язык, слизывающий боль от укусов. Руки — сильные, сжимающие в нерасторжимом объятии, стискивающие, гладящие — именно там и так, как надо. Член, то вбивающийся в него, то скользящий медленно и осторожно. Джейк все еще не может воспринимать реальность целой, и эти мгновенные ощущения, быстро сменяющие одно другое, сводят его с ума и все ближе подводят к желанной разрядке.
Райан с коротким вскриком падает на него, придавливая к постели своим весом. Джейк морщится — он сильно возбужден, давление ощущается почти неприятно, и трется о простыни.
Окружающий мир опять, в который раз, разбивается на куски. А когда собирается снова, прямо перед глазами оказывается белый потолок с кругом света от ночника посередине. Член окутывает влажным теплом, и Тайлеру хватает сил лишь цепляться за простыни и стонать.
Последний кусочек реальности отдается взрывом во всем теле, и рассыпается в пыль.
***
Утром Джейк приходит в себя в объятиях Райана. Тот улыбается ленивой сытой улыбкой:
— Интересно, нам когда-нибудь надоест?
— Мне — нет. А должно?
— Ну, когда состаримся. Будет нам лет по тридцать пять, или вообще по пятьдесят…
— Ты хочешь быть со мной, когда мне будет пятьдесят?
— Повезло тебе, правда? — МакКарти приподнимает его голову за подбородок и целует в губы.
При этом у него настолько самодовольное выражение лица, что Джейк не может этого выносить. Это и смешно, и бесит одновременно. Одним ударом он заваливает Райана и накрывает сверху подушкой.
— Эй, эй, стоп! — глухо доносится снизу, МакКарти машет и бьет вокруг себя руками в попытках освободиться. — Я так старался не попортить лицо перед выпускным, а ты драться?! Джейк! Джейк, ну пожалуйста…
— Прекрати вести себя, как мудло!
— Хорошо, не буду, обещаю!
— Ну ладно, — он освобожает Райана, и тут же оказывается на его месте.
От недостатка воздуха к горлу подступает тошнота и темнеет в глазах, головная боль, было притихшая, возобновляется с новой силой, он близок к обмороку. Каким-то непонятным образом МакКарти понимает это. Когда Джейк после неизвестно сколько продлившегося провала в памяти открывает глаза, то ощущает свое тело в постели, заботливо прикрытое одеялом. Окно распахнуто, свежий ветерок колышет белые занавески. На тумбочке возле кровати — стакан воды, картонный стаканчик, от которого исходит умопомрачительный аромат кофе, и таблетка.
— Почему не сказал, что тебе так плохо? — Райан присаживается на краешек кровати.
Джейк пожал плечами, указывая взглядом на тумбочку:
— Откуда все это взялось?
— На рецепшн работает очень отзывчивая девушка. Давай, выпей. Полегчает.
— Сам-то как? — спрашивает Тайлер, проглотив таблетку.
— Голова немного болит, а так ничего. Аарон говорил, текила дает очень мягкое похмелье…
Разговор прерывает телефонный звонок.
— Вы там живы вообще?! — Аарон почти кричит, даже Джейк может его слышать без громкой связи. — Я все утро названивал вам обоим, а вы молчок!
— Были заняты, — мурлычет Райан, а его лицо снова расплывается в ухмылке.
На другом конце провода на секундочку воцаряется молчание, затем явно смущенный Аарон говорит:
— Заеду через полчаса. Поедете с нами — веселее и удобнее, чем своим ходом.
Возвращаться домой в компании друзей, в автобусе, и правда здорово. Каждый развлекается, как может. Некоторые спят, откинув сидения; другие собираются группами и болтают, или рассматривают фото прошлого вечера. Баха и Макс сидят рядышком, и делят на двоих одну пару наушников. Дженни спит, положив голову Эрику на колени. Аарон, слегка помятый и с синяками на лице, слева и справа, мило беседует с девушкой с красным ирокезом и тоннелями в ушах — Джейк мог бы поклясться, что приехала она с кем-то другим. Единственное мрачное лицо в автобусе — у водителя. Плотный чернокожий мужчина явно не рад, что нанялся возить буйную компанию подростков. Впрочем, пока что все отдыхают от вчерашнего и не готовы к следующим подвигам.
— Эй, что это?! — проснувшаяся Дженни заглядывает Бахе через плечо. — Да это охуенно! Почему не показывала?! Это надо расшарить!
— Джен, да ладно тебе… — Макс и Баха синхронно опускают глаза, а кругом начинают пищать телефоны: Дженни разослала всем фотографию с ее инстраграмма, и громко требует еще.