Предатель

- Инна сказала, что ты в больнице, решил навестить.
Точно…наша болтливая Инночка. Стоило подумать, перед тем, как ей сказать о месте пребывания. Девушка она хорошая, но это тот случай, когда язык словно помело.
- Не стоило, - краснею. – Извините, я доставила столько неприятностей.
- И на солнце бывают пятна, как оказалось. Ты у нас самая беспроблемная сотрудница, имеешь право немного приболеть, - улыбается добродушно. – Я тут принес тебе витаминов, - произносит смущенно, - врач сказал, что тебе они сейчас необходимы.
Поворачиваю голову на прикроватную тумбочку и ахаю. Рядом стоит огромнейшая корзина, в которой гора экзотики, от манго до рамбутана, в вазе рядом стоит букет пионов. Это приятно и необычно. Приятно, потому что я действительно люблю эти цветы, а необычно, потому что все тянут по привычке розы, к которым я питаю неприязнь.
- Огромное спасибо, не стоило так… тратиться.
Произношу это слово и становится неловко. Я настолько была заторкана в своем браке, что малейшее внимание для меня дикость. Понимаю, что для Егора это мелочь, но мне приятно до слез. Он отложил свои дела и приехал, купил букет и принес фрукты. Иван даже этого не сделал, он просто бросил меня в квартире и ушел, не проявив даже малейшей человечности к супруге, которой плохо.
- Ксения, ты прости, но я не привык юлить, спрошу прямо – ты беременна?
От его простого вопроса к лицу приливает кровь. Конечно же, мне пришлось бы рассказать об этом начальнику и не знаю, как бы он отреагировал, но я не готова была к такой ситуации и вопросам сейчас. Однако, не вижу смысла врать и выкручиваться.
- Да, - отвечаю ему, - надеюсь, что смогу выносить ребенка.
- Конечно сможешь, ты о чем? На свет появиться прехорошенький малыш, как и ты сама, - отвечает и я улыбаюсь.
Интересно даже видеть босса таким, вне офиса и рабочей атмосферы он выглядит совсем иначе.
- Не знаю, стоит ли говорить, но ко мне приходил твой Иван, - произносит сдержанно.
Позор. Стыд. Как же противно понимать, что он это сделал.
- Извините меня, - отвечаю на это.
- Ксюш, тебе то зачем извиняться. Ваня твой великовозрастный лоб и давно за свои поступки несет ответственность сам. Мне скорее интересно, что он сочинил о якобы нашем романе. Откуда эта информация? – смотрит на меня пытливо.
- Долга история, да и мерзкая, - отвечаю кратко.
- А я не спешу, - произносит Егор Алексеевич. – Ты тоже не торопишься, как вижу. Расскажешь?
- Я уже говорила, супруг мне изменил. Ему оказалось мало меня предать, обокрасть и унизить, придумал историю о нашем с вами романе и моих изменах, - стыдливо отвечаю.
- Фантазер, однако. Я бы на такое не пошел. Сам развелся три месяца назад по похожей причине, - удивляет босс.
Ловлю себя на мысли, что общаясь с человеком практически 24/7 я никогда не знала подробностей его личной жизни. Поговаривали, что Егор женат, но я толком никогда ничего не уточняла. А тут развод.
Молчу и боюсь задать вопрос. Теперь прекрасно понимаю, как может подобное задеть и ранить. Я и сама меньше всего в жизни хочу отвечать на вопросы об измене. Противно и гадко рассказывать людям, как тебя предали.
- Мне жаль, - все что могу сказать, чтобы не заставлять Егора реагировать на мои неловкие вопросы.
- И мне жаль. Печально, что люди не ценят верности, доброты и заботы. Только это их проблемы. Думаю, что измену прощать не стоит, несмотря на собственные чувства. Это мазохизм – жить с тем, кто вытер об тебя ноги, позволил себе плюнуть в ваши чувства и растоптать сердце, - продолжает Самойлов, в его глазах я вижу боль. Мужскую, скупую и очень глубокую.
Даже таких предают… - проносится в голове.
От предательства никто не застрахован. Ты можешь быть идеальной, готовить тридцать три блюда, ублажать в постели и выслушивать его речи днями напролет, поддерживая и понимая, а он… Просто в один прекрасный день заскучать и решить пристроить свой орган в другую. Забыв обо всем, размазав тебя как букашку просто по наитию.
Я бы никогда не предала Ваню, не изменила. Никто в жизни не был для меня важнее моего мужа – такого простого и не самого богатого. Глупо врать и говорить, что у меня не было вариантов лучше – они были. Но видит Бог, я даже в мыслях ему не изменяла.
 
И что в итоге?
Мои рога могут пробить потолок, а моей наивностью можно украсить герб женского сообщества, где искренне верят, что изменяют лишь недостойным женщинам.
Теперь я точно знаю, изменяют всем! Не все, нет, но всем. Ты можешь быть красивой, уродливой, лепить пельмени или просто заказывать доставку, ублажать в постели, вытворяя кульбиты, или просто лежать, раздвинув ноги, нет гарантии того, что человек не заскучает и не решит, что где-то ТАМ лучше.
- А мне не жаль, гораздо печальнее прожить жизнь с человеком, не зная, что он не стоит твоей верности и честности. Я рад, что узнал об измене.
Его слова попадают в самое сердце. А ведь правда, я могла годами вариться в этой помойке, спать с мужем, готовить завтраки, рожать детей даже, и не знать, что Ваня, человек который являлся для меня центром мира, просто выходит из квартиры и входит в мою сестру, забивая на все, что я для него делаю…растаптывая меня и мои старания в ноль. Просто потому… потому что ему хочется!
  
Глава 22.1. Иван. Агрессия Игоря
 
- Может, прекратишь всех шугать? Что на тебя нашло? – произносит Татьяна Петровна. – Мы тебя ждем, переживаем за Ксюшу, а ты врываешься и начинаешь какие-то странные разборки, - продолжает возмущенно.
- Я еще и не начинал, - невозмутимо отвечает Игорь.
- Как там Ксения? – спрашиваю тестя, - что говорят врачи?
- Съездил бы и узнал, муженек. Странно, что о самочувствии своей жены ты уточняешь у отца, который вернулся из командировки, - недовольно выговаривает.
- Мы повздорили немного, - тушуюсь. – Об этом и хотелось поговорить. Дело в том, что Ксюша мне изменяла, - решаюсь на откровенность.
- Ох, ничего себе новости! – картинно удивляется Таня, и мне становится противно. Вижу, что она решила отпираться до последнего, дабы избежать собственной причастности в разоблачении моей супруги.
- Послушай, - совсем не удивляется Игорь, - эти вещи решать вам с женой, меня больше интересует вопрос, какого черта ты украл деньги моей дочери, - выглядит он грозно, и я ощущаю себя как на допросе.
Неужели он с Ксюшей заодно? – проносится в голове. Почему не удивился, услышав про измены, не попытался оправдать или осудить гулящую дочь?
Ксюша и отца втянула в тайны с адюльтерами?
- Почему украл? Это и мои деньги тоже! – отвечаю мужчине.
Краем глаза замечаю, как Соня перемещается в угол дивана и пытается делать вид, что разговор ее абсолютно не касается. Таня стоит и молчит, также не желая вмешиваться или помочь мне в этой неприятной беседе.
- И много ты отложил из пяти миллионов? А? – голос тестя звучит грубо, подумываю о том, что в порыве гнева он может мне и зарядить.
- Это вас вообще не касается, - бросаю ему в лицо.
- Что ты сказал? - наступает на меня, - Шкатулка с драгоценностями от моей покойной супруги меня тоже не касается? Или ты и на это решил заявить права? – гаркает в лицо.
- Все украшения в надежном месте, я был вынужден так поступить, чтобы себя обезопасить, - пытаюсь объяснить Игорю свою позицию. – Ксюша завела роман со своим боссом и решила выселить меня на улицу, я не мог себе позволить не ответить на это подлое предательство.
- Твою мать, ну ты и оболтус. В твоей башке есть хоть что-то? – с силой нажимает указательным пальцем на мой лоб, намекая, что внутри пусто.
- Прекратите! – отстраняюсь. – Вы бы лучше поговорили со своей дочкой. Вырастили аморальную женщину, неспособную на верность и ответственность перед своим партнером.
- А я поговорил. В отличие от тебя, у меня есть серое вещество в мозгах и язык во рту, и вместо того, чтобы верить глупым непроверенным слухам, я поехал и лично обсудил все с дочерью. А ты? Сделал это или начал искать утешение под юбкой чужой бабы?