Григорий Распутин - царь без короны
Его подельники ахнули. Олег подхватил оброненный пистолет, и наведя на них закричал:
- Все ребята! Кончились танцы - руки вверх!
Один из подельников попытался атаковать мальчишку, но Олег выстрел ему в ногу и тот упал. Дико завыл от боли.
Второй поднял руки вверх и завопил:
- Не стреляй! Я больше не буду!
Олег улыбнулся, ответил:
- А больше не надо!
Мальчишка улыбнулся. Юсупов лежит без сознания, другой ранен, третий на мушке. Значит, Распутин сможет уйти. И тогда... Мальчишка прорычал:
- Вы хотели убить человека! Вы преступники - сами не знаете какие!
Олег тут подумал, что да... Крах самодержавия породил дикую борьбу за власть. Следствием, которой и был крах России. Столько крови пролилось. И главное пришли большевики, которые отучили женщин рожать детей, и русская нация стала вымирать. Чтобы не говорили, но при царях, детей рожалось много, и нация росла. Причем смертность падала, от чего прирост возрастал.
Население становилось более здоровым и сильным. И вот нашлись, сволочи, которые уничтожили царизм, и пошел закат русской нации. Сначала власть захватили евреи и азиаты, а потом и вовсе стало хуже! Сталинские репрессии, голодомор, коллективизация отбившая чувство хозяйственника земли.
Мальчик стоял и думал... Несколько городовых подбежало к нему. Вырвали из рук пистолет и защелкнули на запястьях наручники.
Олег вздрогнул, и с улыбкой ответил:
- Главное я сделал! Распутин жив!
Мальчишку посадили в полицейскую карету и повезли в участок. Олег ликовал, что ему удалось изменить ход истории и спасти Григория Распутина. И не слишком задумывался о себе. Главное что царская империя сохраниться. И будет все хорошо! И скоро закончится первая мировая война победой русского оружия!
Олег ввели в знамению тюрьму - "Питерские кресты". Неприятные запахи тюрьмы отвлекли от возвышенных мыслей. Мальчишку сразу же раздели для обыска. Две надзирательницы командовали:
- Нагнись, наклонись, присядь!
Потом заглянули в рот, щупали плечи. Видимо немолодым женщинам было приятно помять мускулистого и красивого мальчика. Так что шмон затянулся. Его снова просили приседать и щупали груди, пресс. А потом как хватят за хоботок. Олег пылал от стыда.
Далее его отвели душ. Вода была холодная и неприятная. Потом стрижка при помощи ручной машинки - наголо. Процедура очень неприятная, так как машина тупая и рвет волосы с корнем. Мальчик терпел. Затем с него сняли отпечатки пальцев, и даже босых ног.
Фотографирование в профиль, анфас. Взвешивание. Олег весил пятьдесят килограмм, и рост в метр пятьдесят пять. Довольно крупный, для своего возраста, но не слишком. Но по мерам начала двадцатого века уже подросток, и вряд ли поверят что ему только двенадцать лет. Преступление довольно серьезное - ранить дворянина, вырубить ударом члена царской фамилии.
Олег после выполнения всех процедур отвели в отдельную камеру. Одежду выдали полосатую робу и грубые ботинки на деревянной подошве. Одиночка была несколько тесновата. Но все равно, отдельная камера. Маленькое окно с решеткой, прохладно. Ни одеяла, ни подушки не выдали.
Олег лег на деревянные доски, поежился. На нем только пижама на голое тело, а в камере холодно. Ботинки лучше не снимать, хоть какое-то тепло.
Бр...
Пацан полежал минут пять, а потом вскочил и стал отжиматься. Надо хоть как-то согреется. Да неприятно тут. Вообще он, конечно же, влип. Следовало бежать от полиции, а не ловить ворон. А сейчас он в тюрьме.
В тюрьме холодно, сыро, темно, и пищат крысы. Еще есть и страшные уголовники.
Олег впрочем, уже имел опыт общения с тюрьмами. Пусть и не слишком длинный. Во время драки юный боксер выбил глаз одному из противных сверстников. На него напало тогда четверо мальчишек с палками. Олег только оборонялся. Но кому зубы выбил, кому ребра сломала, а одного самого противного и рыжего лишил глаза.
От спецшколы мальчишку спасло, что ему еще тогда несколько дней не хватило до одиннадцати лет. Но на тридцать суток его задержали в центре временного содержания детей.
Неприятно конечно. Надели милиционеры наручники, и повезли как преступника. В центре он и два еще мальчика вынуждены были раздеться для обыска. Заглянули в рты, уши, ноздри. Потом заодно их обследовал врач. Слушали мерили давление. Потом голышом и босыми, юные узники ходили по лестницам. Сделали рентген, сняли кардиограмму. Проверили и зрение, и слух, и отвели к психологу. Тут была детская поликлиника при тюрьме.
Затем их так голыми, отвели в тюремную часть корпусу. Решетки, запоры, проемы забранные сетками. Настоящая тюрьма с реальными камерами. Милиционеры в форме, строгие взгляды. Их снова обыскали, довольно грубо щупая, и залезая в рот. Сфотографировали, обкатали пальцы. Затем тоже взвесили и опять измерили рост. И еще пришлось голышом стоять перед тетками, которые переписывали приметы. После чего их постригли электрическими машинками наголо. Ну, это не больно, но унизительно, говорит, что ты арестант. И вымыли под теплыми душами.
И Олег, и мальчики, конечно, были в шоке. Стыдно, унизительно, страшно все это. Хотя вроде бы особой боли и не испытывали. Больше унижения осознания того, что ты теперь арестанты.
Только теплая вода расслабила немного. Потом выдали мягкие пижамы, с номерками на груди и тапочки.
В самих камерах оказалось в общем не так уж и страшно. Белые потолки, чистые кровати, и даже цветной телевизор. Типичный детский лагерь с тумбочками, на стенах рисунки, и даже пара вазонов. Но только решетки на окнах портят все впечатление. А для детской психики, эта та еще нагрузка, многие мальчики даже ревут от этого как девочки.