Чингисхан. Пядь земли (СИ)

— Та-а-ак... — произнёс Куруфин. — А топоров, копий и мечей со щитами?
Эйрих начал считать.
— Тысяча спат от консула, — произнёс он. — Восемьдесят четыре штуки боевых топоров я купил у римлян в Филиппополе, ещё двести девять боевых топоров я купил в Константинополе — такое оружие у них не в ходу, они больше предпочитают мечи. Четыреста копий купил в Филиппополе, а ещё четыре тысячи передал нам консул Флавий Антемий. Ну и я прикупил по случаю ещё сто тридцать штук. Щитов я купил четыреста в Филиппополе, ещё четыре тысячи передал римский консул, а также я приобрёл у других римлян девяносто штук. В итоге топоров двести девяносто три, мечей тысяча, а также четыре тысячи пятьсот тридцать копий, называемых римлянами ланцеями, четыре тысячи четыреста девяносто щитов, а также двести аркобаллист, купленных от особого расположения викария Соломона Атратина Приска из Филиппополя. 
— Что за аркобаллисты? — поинтересовался сенатор Сигумир Беззубый.
— Это такой лук, из которого очень легко пробить кольчугу, — ответил Эйрих. — Нужно будет обучить две центурии, а также подумать о том, где взять ещё аркобаллист или всерьёз озаботиться собственным производством — мы испытывали их во время похода и я уверяю вас, почтенные сенаторы, что кольчуга не держит стрелу из аркобаллисты на расстоянии до ста шагов.
На это римское изобретение Эйрих возлагал некоторые надежды. Главное — кольчуги, даже римские, являлись недостаточно надёжным препятствием для аркобаллист, что делало их крайне ценными против римлян. А ещё, как самостоятельно убедился Эйрих, стрелять из аркобаллисты стократно легче, чем из лука. Не надо учить стрелка годами, нет сильной зависимости от личных характеристик, таких как глазомер, острота зрения, выносливость и точность мелких действий руками.
Обучить можно было хоть тысячу аркобаллистиариев, но вот вооружить каждого из них — это очень дорогое удовольствие. Каждая аркобаллиста, купленная Эйрихом в Филиппополе, обошлась ему в триста пятьдесят силикв, за которые можно было снабдить троих легионеров оружием и бронёй.
Но была причина, по которой Эйрих пошёл на эти излишние траты. А заключалась она в тангутах. 
Во времена их покорения, войско Темучжина столкнулось с особым видом метательного оружия, представлявшего собой необычную аркобаллисту, выпускающую множество стрел подряд, пока не исчерпается их запас в коробке над механизмом.
Истинный дождь из стрел — вот чем осыпалось монгольское войско с крепостных стен города Сучжоу. Сопротивление было ожесточённым, но город пал, после чего Темучжин приказал вырезать всех жителей. Гора из отрубленных голов была оставлена в назидание остальным.
Причиной вырезания жителей было не ожесточённое сопротивление, а то, что Темучжин был зол на тангутов, посмевших оскорблять его, но сейчас он понимал, что сильно погорячился тогда. Гораздо полезнее было бы сначала забрать всех мастеров и учёных, а уже потом вырезать остальных, но очень легко рассуждать потом, как надо было бы действовать...
— Пусть об этом болит голова у консула, — махнул рукой сенатор Осгар из Зелёной фракции. — Ты лучше нам подробнее расскажи о тысяче римлян, что сейчас копошатся под деревней.
— Люди это надёжные, — вздохнул Эйрих. — Каждый из них — опытный легионер, десятки зим служивший в римском войске. Они лучшие, по заверению консула, поэтому лучше всего подойдут для обучения наших юношей римскому военному делу. Я хочу создать легион, состоящий из наших людей, чтобы они знали римскую воинскую науку не хуже самих римлян и представляли собой полноценную силу, способную сокрушить любого врага. И вот об этом я и хотел поговорить...
— Денег хочешь? — сразу же понял, о чём ведёт речь Эйрих, сенатор Сигумир Беззубый.
— Оружие и брони мы уже получили... — начал Эйрих.
— Денег нет, — перебил его Сигумир Беззубый. — За свой счёт это делай, мы и так выделили тебе достаточно денег на твою затею.
— Опять за всех говорит, старый хрыч! — возмутился сенатор Дропаней. — Нет, я точно тебе башку клюкой проломлю!
 
— Прекратить! — воскликнул сенатор Торисмуд. — Ты уверен в том, что эта затея завершится успехом, претор Эйрих?
— Уверен, — ответил мальчик. — Здесь ведь нет людей, сомневающихся в моих способностях?
Повисла тишина, сенаторы начали переглядываться и перешёптываться.
— Я знаю, как сделать несокрушимый легион, способный уничтожать римских комитатов и даже побеждать гуннов! — заявил Эйрих. — Но для этого мне нужны средства и ваша поддержка. Помните, почтенные старцы: на кону величие остготского племени. Будет легион — будем непобедимыми. Не будет легиона...
— Это мы поняли, претор Эйрих... — прервал его Торисмуд, знавший, что Эйрих умеет заражать сенаторов идеями за счёт ораторского мастерства.
— Нет, мы послушаем, — не согласился с ним сидящий рядом отец Григорий. — Продолжай, сын мой!
И Эйрих продолжил.
Он сгущал краски, разбавлял их, стращал сенаторов могуществом римских легионов, мечтательно разглагольствовал о былом величии предков римлян, раскрывал перспективы создания из остготов легиона старого порядка, впечатлял примерами успехов легионов Октавиана и Цезаря, сожалел о том, что у остготов воюют по-старому, не перенимая новое и полезное...
Сенаторы прониклись его идеей, потому что он не лгал, но намеренно долго не переходил к стоимости всей этой затеи.
— Сколько воинов будет в твоём легионе? — задал главный вопрос сенатор Альбвин из Чёрной фракции. — Во сколько это будет нам обходиться?
Эйрих уже давно всё тщательно просчитывал, поэтому имел готовые ответы. Каждый легионер-инструктор получает по две силиквы в день, за исключением старших центурионов, коих триста шестьдесят один человек — эти получают по четыре. Но удалось договориться, что кормление и снабжение будут за счёт остготов, поэтому зарплаты урезаются вдвое, пока что. Это тысяча триста шестьдесят одна силиква в день только на инструкторов — бесплатно никто работать не хочет. Строить тренировочный каструм и жильё будут новобранцы, но они будут обходиться, примерно, в полсиликвы в три дня, так как зарплаты им, пока идёт обучение, не положены, но в будущем они будут получать не меньше, чем заведено в римских легионах. А так, пока что, примерно три тысячи силикв в три дня, потому что еда стоит денег и пусть выделять её будет Сенат, напрямую из складов продовольствия, минуя денежную фазу, это всё равно расход.
Часть времени новобранцы будут заняты выращиванием зерна, ради чего они срубят и выкорчуют большое пространство леса рядом с будущим каструмом, заодно так будет создан строительный материал для самого тренировочного каструма.
Оружие и броня для большей части новобранцев уже есть, но надо будет докупить или изготовить ещё — это уже работа непосредственно для Эйриха.
— Шесть тысяч легионеров, — после небольшой паузы ответил Эйрих. — И обходиться это будет в две тысячи девятьсот пятьдесят один солид в месяц. Но тысячу двести пятьдесят солидов из них будут выдаваться напрямую со складов, в виде еды и материалов. В итоге чисто серебром нужно будет каждый месяц давать тысячу семьсот один солид.
— Это безумные деньги, претор! — возмутился сенатор Сигумир Беззубый. — В месяц! Это невозможно! И что дадут нам эти траты?! Шесть тысяч воинов?! Да у нас УЖЕ есть почти двадцать тысяч воинов!
— Эти двадцать тысяч уступят будущему легиону, — уверенно ответил Эйрих. — Да, траты, на первый взгляд, нерациональны, но в итоге мы получим...
— И слушать нечего! — перебил его Сигумир Беззубый.
— Не перебивай меня, старик, — предупредил его Эйрих. — Я слушаю всё, что ты говоришь, а ты не позволяешь мне даже договорить.
— Ты... — начал вскипать лидер Чёрной фракции.
— ... тот человек, который сделал для остготов больше, чем твоё жалкое гузно! — перебил его сенатор Дропаней, лидер Красной фракции. — А мне нравится затея Эйриха! Я этого юношу знаю уже давно и он склонен отвечать за свои слова и вождь успешный! Деньги у нас есть, гунны привезли достаточно золота, чтобы содержать этих легионеров хоть следующие два года.