Эй, Всевышний! Я научился ценить. Том III (СИ)

— Если бы. — Если говорить условно, то маг ранга короля сильнейшим заклинанием может убить тысячу. Император — десять тысяч. А Божественный ранг? Моё сильнейшее заклинание на грани смешения школ воды и воздуха истребило несколько тысяч монстров, полностью остановив волну. Так на что тогда способен маг рангом выше? Ведь во всём, что я читал о Божественных магах, было больше прикрас, чем правды. «Он уронил луну, и все его враги пали вмиг» или «Само солнце опалило своим светом Тёмный Город, и тот исчез, оставив после себя лишь равнину из оплавленного камня». Слишком мало было индивидуумов, достигших таких рангов, да и изучать свои силы они не позволяли. Собственно, даже я стараюсь хранить свои секреты, и с подобными мне императорами не могут не считаться. Определённо, мне не стоит конфликтовать с союзником, прибытие которого уже не за горами. Сотрёт в пыль — и не заметит, а ведь мне ещё столько всего надо сделать… — Его и одного хватит. Главное — дождаться.
— Если вы так говорите, господин, то я не могу не верить. Вот, ознакомьтесь со схемами построения противника, а так же с запланированными операциями.
Итак, новая волна, в которой не было ничего нового, кроме живых, — пусть и гнилых местами, — и здоровых порождений подземелья.
Монстры всё так же пёрли, разделившись на группы по видовой принадлежности, сторонясь своих S-ранговых собратьев, и собираясь вокруг А-ранговых. По моим представлениям, это было обусловлено тем, что сильные эски, по своей природе одиночки, походя убивали более слабых тварей, совершенно не заботясь об их жизнях. Что-то вроде того, как некоторые люди давят муравьёв и прочую мелочь, обнаруженную на как бы принадлежащей им территории. На столе в кафе, например, или рядом с домом. В то же время, более слабые А-ранги в большинстве своём были лидерами от природы, сильнейшими представителями своих видов или их прямой эволюцией. Неудивительно, что слабые выбирали сильных, которые были похожи на них и вели их за собой.
Ничего нового, но принадлежащие нежити области я запомнил, решив после убийства смеска носорога и трицератопса вплотную заняться неживыми.
Огромное поле для отработки боевой магии огня!
И все мишени — совершенно бесплатно!
— Кхм. — Качнув головой и закончив на том изучение бумаг с приказами, я попрощался с бывшим тысячником. Как и три раза до этого, мне не поручили практически ничего, но при этом повесили ответственность за правый фланг и центральное направление, вынуждая крутиться между этими областями и затыкать собой бреши. Так сказать, убей одного высокорангового монстра, которого можно или закидать трупами, или отдать мне на откуп. Мне — или Кэлу, который трудится на левом-центральном направлениях. А после уничтожай, уничтожай и уничтожай. Делай, так сказать, то, что умеешь лучше всего.
Весьма неприятно, скажу я вам, внезапно осознать, — на фоне Гессы и Седрика, — что я умею только убивать и разрушать. Ну и капельку созидать, на уровне подмастерья артефакторики. Не так давно, во время одной из передышек, когда я решил послушать музыку, демонесса сказала, что самостоятельная фигура должна быть самодостаточной во всём. Я же целенаправленно рос в одном направлении, словно в какой-то дешёвой манхве о боевых искусствах…
А ещё она обвинила меня в чрезмерном самодовольстве, из чего я сделал вывод, — после парочки экспериментов, — что в своём внутреннем пространстве я оградился от её эмоций, но она мои всё ещё улавливала, пусть и на несколько меньшем расстоянии. Досадно, но ладно — как-нибудь отыщу способ совсем ликвидировать эту связь, если на тот момент это ещё будет необходимо. А то уж слишком недвусмысленные взгляды на меня бросала демонесса в те редкие моменты, когда нам удавалось пересечься.
Так сказать, или влюбилась, или хочет убить с особой жестокостью. Второе, между прочим, менее вероятно, чем первое. И я не самодоволен!
Крылья послушно подхватили нещадно эксплуатируемое в последние часы тело и подняли меня на расстояние в несколько сот метров, где я перешёл на пространственное маневрирование, экономя силы и, чисто на всякий случай, маскируясь, пусть на такой высоте среди всех защитников могли передвигаться только я, Кэл и парочка магов-королей, специализирующихся на воздухе и передвижении.
 
К счастью для этого мира, здесь не каждый маг был убийцей и воином, и примерно половина заклинателей боевую магию своего ранга не знала в принципе. Гесса командовала таким отрядом в сорок человек на правах той, кто был исследователем — но вынужденно приобщился к военному делу, и как никто другой понимал хотя бы малую часть проблем, способных вылезти при столь резкой смене деятельности.
И свою роль магов поддержки они выполняли вполне неплохо, регулярно бомбардируя врагов объединяемыми демонессой заклинаниями. В небо со стен как раз взметнулось несколько сотен огненных стрел, призванных проредить наступающих на город тварей. Находясь высоко в воздухе, я лучше всех прочих смог оценить результативность этого залпа, оставившего пару солидных прорех в рядах нежити на нашем направлении.
Кэл тоже не церемонился и уже вступил в бой — его маленькую на таком расстоянии фигуру я видел вполне отчётливо.
Значит, и мне пора браться за работу.
Передние ряды вырвавшихся вперёд неживых выкосило градом огненных стрел, за которыми последовал дождь из массивных валунов — отстрелялись выставленные на стены баллисты, усиленные слабейшими магами из числа защитников города.
Спрогнозировав результат, я добавил искры в этот праздник жизни, раскалив сердцевины части валунов до сверхвысоких температур, что закономерно привело к детонации и эффекту разрыва фугаса прямо над головами монстров.
Но этого для желаемых итогов было мало, так что я вдовесок сбросил вниз парочку алхимических склянок, обладающих хаотичным разрушительным эффектом.
И только после этого снизился, половину своего внимания перенаправив на защиту от возможного внезапного нападения.
Где-то тут могли скрываться человеческие химеры, но посвятить всего себя их поиску я не мог — S-ранговая цитадель, покачивая рогами, пёрла вперёд, защищая от заклинаний и стрел укрывшихся за ним монстров-рептилий.
Гигантский варан длиной в сорок метров, которому какой-то извращенец надел на голову усеянный подобными шипам рогами костяной шлем, не мог не произвести впечатление. Тысячи тонн звериной мощи, помноженной на отличную лобовую защиту и яростный характер… были бесполезны в чистом поле, где даже десяток экспертов мог бесконечно долго издеваться над зверем, и, в конечном итоге, взять его измором.
Едва ли такая тварь могла не то, что эволюционировать, но и даже выжить в дикой природе. Следовательно — её кто-то намеренно вывел. Уж слишком хороша защита морды, а на более тонких костяных пластинах, защищающих его спину, можно без особого труда разглядеть выемки, в которых предполагается размещение неплохо защищённого десанта, перебить который будет не так-то просто.
Принимая во внимание химерологию и великое наследие ушедших эпох, в которые простой обыватель был много сильнее нынешних магов ранга эксперта и равных им пользователей праны, можно было предположить, что эта зверушка была этаким живым тараном, призванным доставлять солдат к стенам крепостей врагов.
Отчего я вдруг ударился в предположения? Да, собственно, всё из-за того же самого. Меня сильно интересовало происхождение моих привитых или вообще искусственно созданных сил, а зацепки могли быть повсюду.
Немаловажно было размышлять здраво, не притягивая устраивающие меня теории за уши, но уж слишком этот зверь походил на искусственную тварь…
Я резко спикировал вниз и опустился на гребень монстра, клинком из концентрированной маны отколов от него небольшой кусочек. Провернуть это получилось с трудом, затратив несколько секунд, так что я мог с уверенностью сказать, что по прочности эта кость, будто бы состоящая из перекрученных друг с другом канатов, превосходила мой панцирь и совсем немного уступала адамантиту. Тот был неразрушимым — факт, но если очень захотеть, то и на него можно было найти управу.