Последняя искра

Я четко осознавала, что меня куда-то несут. Но куда? И кто? Этого я разобрать не могла. Потом снова наступила темнота. И тишина.
Очнулась я в целительском крыле. Возле меня на стульях, сидели подруги.
— Она очнулась! Очнулась! — защебетала Присцилла.
— Док! Оливия очнулась! — позвала кого-то Лусия.
— Ну и напугала ты нас, подруга! — взяла меня за руку Лиди.
— А, что случилось? Где я? И почему так болит спина? — задала я волнующий вопрос.
— Ты в целительском крыле. — ответила Присцилла.
— У тебя обгорела спина от магического пульсара. — это Лусия.
— Ректор и Декан Боевиков, ищут того кто на тебя напал. — добавила Лиди.
— Кто напал? Когда? — не могла я понять.
— Так в понедельник, на боевой подготовке! — замешкалась фея. — Тебя в спину долбонули. И если бы Декан Ан Грон не успел закрыть тебя своим щитом, то…
— Ели бы по мне пирожки, всей Академией?
— Что прости? — Лидрелла смахнула слезу.
— Какие ещё пирожки? — переспросила Лусия.
— Посмертные! Оооой! — попыталась засмеяться, зря, спину пронзила боль.
— Так, прошу покинуть помещение. Мне нужно осмотреть больную. — в комнату, или палату, здесь все было белое, вошла высокая женщина.
— Док, когда ее выпишут? — спросила Присцилла.
— Ну, она здесь уже четыре дня, и идёт на поправку. Сейчас осмотрю, и уже потом смогу сказать когда выпишу.
Девчонки быстро выскочили за дверь.
Док осмотрела мою спину, намазала какой-то вонючей мазью, обмотала чистыми бинтами.
— Впервые вижу такую быструю регенерацию. После таких ожогов, минимум два месяца раны заживают, а у тебя лишь мелкие пятнышки остались. — сказала Док.
— Если все так быстро заживает, зачем вы меня этой гадостью намазали?
— Магией излечить не получилось. А мазь нанесла, чтобы с меня твои защитники, шкуру не содрали.
— Мои защитники? — удивилась, о ком это она?
— Так Декан Боевиков и Ректор. Особенно Ан Грон. Он когда тебя сюда принес, и на минуту не отходил от твоей койки. Даже когда я пыталась его выгнать, чтобы снять с тебя остатки одежды.
— Что, не ушёл?
— Не-а! Все держал тебя за руку. А когда через два дня явился Ректор, то еле оторвал от тебя. Если бы не расследование, то до сих пор наверное сидел бы здесь.
— А когда вы меня вы пишете?
— Да хоть прям сейчас, но при одном условии.
— Каком?
— Повязку до завтра не снимать. А ещё тебе придется приходить сюда и хотя бы пару часов лежать на вот этом. — она откинула простынь на моей койке, а там вместо матраса доска с тысячью гвоздями. Ну, на такой японцы любят спать.
— Интересно откуда эта штука у вас взялась?
— Так, в Академии когда-то фея одна училась, вот она и посоветовала, действенный способ для больной спины.
— Случайно не Самойлова?
— А ты откуда знаешь?
— Так это же моя тетя!
Ой. Что-то я разговорилась и расхвасталась. Никогда раньше не была болтушкой и не пользовалась влиянием семьи. Мой папа был не последним человеком в стране. Он был влиятельным и знаменитым. Но я никогда никому не признавалась, что я его дочь. Всего добивалась сама. А тут, словно прорвало. Чёрт. Что со мной делает этот мир?
— Док! Если ожоги сошли и раны зажили, почему так болит спина?
— Ну мясо и кожа отросли, а…
— Мясо и кожа? Ну вы и выражаетесь!
— Говорю по сути. Так вот, удар был настолько сильным, что повредил не только плоть, но и кости. Они конечно тоже регенерируют, но ушиб остался. А ещё новые мышцы и жилы, ещё не до конца обрели упругость. Поэтому как минимум две недели, надо лежать на этом. — она указала на гвозди.
— А если я на таком матрасе буду в своей комнате спать, я могу к вам не ходить? — с надеждой посмотрела на целительницу.
— Ой, я не могу тебе это отдать. У меня столько переломаных…
— А я и не прошу. Как никак это пришло из моего мира, и я с детства на таком отдыхала. — и не соврала, так как мы с папой сделали такой матрас, своими руками, когда я записалась в секцию АйКидо. — Я смогу сделать его сама.
— Ну, что ж, в таком случае я согласна. Но через две недели жду на осмотр. И я отстраняю тебя от физических нагрузок, на эти две недели.
— Спасибо. — я бросилась одеваться, что бы побыстрее сбежать от сюда.
Одевшись рванула к двери, но Док, схватила меня за руку.
— Не забудь, Повязку до завтра не снимать. И душ сегодня тоже не желательно принимать.
Я хотела было возмутиться, что за столько дней в целительском крыле, мне просто необходим душ, но… Перед глазами все поплыло, вместо палаты я оказалась в кабинете Дока.
Целительница склонилась над своим столом, роясь в куче бумаг. Вдруг кто-то ее хватает закрывая рот. Она сбивает рукой настольный календарь. 9 сентября. Взгляд поднимается на окно. Закат. Чья-то рука в черной перчатке, наносит удары кинжалом в бок Дока. Потом ещё, и ещё, и ещё. Бездыханное тело падает на пол. Везде кровь.
— Оливия? Ты меня слышишь?
Очнулась. Живая целительница передо мною, держит за руку.
— Что, простите?
— С тобой всё в порядке?
Кивнула.
— Смотри, ослушаешся меня, запру в этой палате на неделю.
— Док! 9 сентября… Не задерживайтесь здесь до заката.
Она улыбнулась.
— Да я здесь почти живу. От вас не путевых, и передохнуть некогда. То одного подпалят, то другой на зельях подорвется.
— Док, я серьезно!
— Хорошо, хорошо. Иди уже.
Я вышла и прислонилась спиной к стене. Неужели началось? Больше двух месяцев прошло, с той поры, когда я про свое ясновидение от Дафуса узнала. И за эти два месяца, ничего не происходило. Ни вещих снов, ни видений. А тут бац, и на тебе. А Док ко мне не прислушается, я в этом уверена. И что мне теперь делать? Что если 9 сентября ее и правда убьют? Хорошо хоть до этой даты, десять дней ещё есть. Может найду способ её спасти! А ещё, нужно Дарелу и ректору, про видение рассказать, может они, что нибудь придумают. С этими мыслями, направилась в кабинет ректора.
— Оливия! Ты куда?
Девчонок даже не заметила. А они меня оказывается в коридоре ждали.
— К ректору. Мне срочно.
Извинившись, поспешила в ректорскую башню. Перед дверью остановилась, отдышалась. Спина всё таки болит. Постучала.
— Входите!