Таверна «Зеленый попугай»
– Добрый день! Проходите, пожалуйста! – Лекса подумала и изобразила лёгкий книксен – не слишком, впрочем, прогибаясь. Всё же она принцесса, хоть и хозяйка коммерции! – Желаете освежиться или отобедать? Быть может, вам нужна комната?
Тёмные глаза весело блеснули, и молодой человек фыркнул:
– Комната? А ты уже убрала в комнатах, Лекса, чтобы предлагать постояльцам?
Она распахнула глаза, внезапно находя знакомые черты в этом гладко выбритом лице, и спросила, чувствуя себя полной дурой:
– Вик, это ты?
– Не Вик, будь любезна, а Виктор Блаугардский!
– Виуз, я брежу! – с восторгом прошептала Лекса, подходя. Обогнула этого нового Вика, обошла полностью, любуясь на стать, и продолжила: – Ну, вот это я понимаю! Это уже похоже на владельца таверны!
– А как теперь в таком виде… – он огляделся. Вид сияющей таверны обескуражил его. Вик поднял взгляд на потолок: – Как комнаты в порядок приводить?
– У меня есть заклинание, чтобы чистить одежду! – Лекса захлопала в ладоши. – Так хочется наконец применить его!
– Милорд варвар, если ты не забыл, то мы купили ещё один комплект, попроще, – любуясь подточенными коготками на лапке, заметил Пашка.
– О, отлично! – с воодушевлением сказала Лекса. – Тогда переодевайся и пойдём наверх. Скоро вечер, надо приготовить хотя бы две комнаты, чтобы было, где спать!
– А разве мы не отпразднуем… – начал было Вик, всё ещё на волне эйфории, но она строго перебила его:
– Я заказала доставку мебели и мастера по наладке технике. Всё это прибудет через несколько часов. А потом привезут кое-какие продукты. До этого нам надо убрать хотя бы две комнаты, понятно?
– Пф, могла бы и подольше повосторгаться, – обиделся Вик. Лекса привстала на цыпочки и чмокнула его в щёку:
– Я обязательно повосторгаюсь, но позже! Договорились?
– Ладно.
Он размяк, сдался и позволил вплыть в таверну большому бумажному пакету. Лекса с удивлением рассмотрела покупки, которые оказались в нём, и подняла бровь:
– Вот это вот всё было совершенно необходимо для одного мужчины?
– Продавец нас уверил, что да, – пожал плечами Вик, сбрасывая камзол.
Лекса смотрела на него большими глазами:
– Ты собираешься переодеваться ЗДЕСЬ?
– А где?
– Ну я не знаю… Найди себе уголок!
– Ты что, никогда не видела мужчину голышом?
– Фу, мерзость какая! – возмутилась Лекса. – Как тебе не стыдно об этом говорить?!
– Стыдно, когда видно, – буркнул Вик, отворачиваясь и стаскивая отутюженные брюки.
Лекса насторожилась. Эту фразу иногда говорила матушка. Откуда этому пусть и приодевшемуся, но всё ещё дикому варвару из неприсоединившегося мира знать такие слова, причём не на общемировом языке, а на матушкином родном?!
Но тут Вик сверкнул голым задом, и у Лексы перехватило дыхание. Она сразу забыла о непонятном явлении, покраснела, залившись жаром, побледнела в один миг и резко отвернулась. Сдавленным голосом пробормотала:
– Я пойду наверх! А ты… потом… тоже… это…
Поднявшись по крепкой, но узкой лестнице, Лекса остановилась на балюстраде, с которой был виден весь зал, и прижалась спиной к стене. Закрыв глаза, вызвала в памяти крепкие ягодицы варвара и снова покраснела. Разве можно так смущать невинную девицу? Что бы сказала матушка…
О том, что бы сказал отец, Лекса старалась не думать. Она похлопала себя по щекам, чтобы согнать краску, и на выдохе распахнула первую попавшуюся дверь.
Вдохнула, унимая слишком быстро стучавшее сердце, и улыбнулась. Слава Виузу, комнаты в порядке! А вот в этой она бы с удовольствием поселилась! Прекрасная комната, обставленная добротной старинной мебелью, с ковром на полу и большим шкафом. Умывальный столик, а на нём очень милый кувшинчик и фарфоровый тазик с рисунком по краю… Кровать широкая и солидная, только простыни сменить, покрывало почистить… И можно заносить вещи.
Решено.
А Вик сам себе комнату выберет.
* * *
Через пару часов работы Лекса чувствовала себя выжатой, как лимон. Магия прекрасна, но она утомляет: не физически, а духовно. Особенно, когда ты не практикуешь её постоянно, не упражняешься каждый день… Лекса утешала себя тем, что не надо будет убираться вот так постоянно. Только в первый раз, а потом поддерживать. Так говорила старшая горничная дворца, Вилес. Ей можно верить…
Вик тоже прилежно трудился наверху. Ну как прилежно… Варвару не хотелось махать метлой. Поэтому он сосредоточенно управлял щётками и тряпочками на расстоянии. Янтарная кровь, подаренная родителями, позволяла не слишком напрягаться физически. А вот над мыслями она была не властна.
Почему бесов член так реагирует на Лексу?
Разве не видел он раньше девок, не прижимал их к груди, не выпрыгивал из-за кустов в реку, когда девицы купались голышом? И груди их были податливыми, а крики притворными, когда Вик успевал сорвать поцелуй с мокрых губ. Видел он и зажатых скромняшек жеренто, которые и взгляд лишний боятся бросить на мужчину, и говорить стыдятся чуть громче шёпота… Так называемые аристократки!
А Лекса… Она совсем другая! Тонкий стан, затянутый корсетом, хрупкие руки, длинные пальцы – леди, ничего не скажешь. А вот по характеру совсем другая. Скажет приятность, улыбнётся мило – и как зарядит сковородкой, аж в башке зазвенит!
Куда только её родители смотрят! А ведь императорская чета… Вырастили на розовом кусте колючку! Но такую сладкую! Как разговаривать с ней и не думать о её груди? А главное: куда прятать член?
Вик выбрал для себя самую дальнюю комнату от той, что заняла Лекса. Так ему будет спокойнее. Маленькая, но уютная, комнатка напоминала ему ту, что была его в замке отца. Только здесь было окно побольше и кровать пошире. Но в замке всё равно было веселее. Вик рос с братьями и сестрой, однако она была совсем маленькая, последыш и любимица матушки. Вик терпеть не мог её слёзы и капризы, поэтому держался от девчонки подальше. И вот, встретив Лексу, понял, что совершенно не знает, как обращаться с девушкой.
Он оставил ей честь принимать продукты, бокалы и мебель, которую она заказала по магическому каталогу, и самолично выдраил половину комнат. А потом почувствовал такую сильную усталость, что смог лишь спуститься задать корм Зике и вернуться к себе.
Упал на кровать и ощутил, как сон обволакивает его мягким покрывалом, как будто матушка коснулась губами чела и отошла. Забылся сразу, смежив тяжёлые веки, и только улыбнулся напоследок, вспомнив сегодняшнее преображение. Видел бы его отец… Убил бы…
А вот потом Вику приснилось что-то очень неприятное. То ли змеи, то ли крысы – зверьки кусали его по всему телу, да так остро и больно, что Вик махал кинжалом, пытаясь убить их всех, а потом разъярился и от этого проснулся. Вскочил в постели и огляделся. Темнота вокруг, свеча потухла, ставни закрыты… Никаких зверей! А кусается! Кто кусается?