Кровавая весна 91-го (СИ)

— Это правильно, — ухмыльнулся бугай. — За пацанов по любому ответку надо дать.
— А ты, Авто, — Черный придавил тяжелым взглядом грузина. — Попридержи свой горячий нрав. Пацана и кооператора не трогай. Когда наступит время, я все подготовлю, можешь потом лично им бошки снести. Сейчас, за километр каждого обходи. Понял?
Авто вспыхнул, хотел сказать что-то резкое, глянул на злого Черного и сдержался. Выдержал небольшую паузу, вздохнул:
— Понял.
— Вот и хорошо…
— Максим Олегович, а что это за случай в мордовской колонии, с Ваней Мальком? — поинтересовался Андрей, когда машины выехали на трассу.
— Много будешь знать, скоро состаришься, — усмехнулся начальник ОУР, но чуть погодя всё же добавил:
— Ваня Малек по этапу в ИТК пришел. И сразу с Черным закусился. Парень был авторитетный, за него серьезные люди положенцу маляву прислали. Но его вроде случайно зашкварили и опустили. Весло, положенец, ничего сделать не успел, а потом уже поздно было. Подставу организовал Черный. Доказательства у кума были, но он их попридержал, затем мне передал. Я всегда с ребятами из оперчасти ГУИН контакты поддерживаю и информацию на подопечных собираю. На каждого фигуранта отдельная папочка лежит. Вот сегодня одна из них и пригодилась. Удовлетворил твоё любопытство?
— Удовлетворили, — признал Максимов.
— А теперь ты мне скажи, твоя задумка с журналистом и ББС — выдумка, или действительно такое отмочил?
— Выдумка, — ответил Андрей и широко улыбнулся. — Пока. Но может скоро стать реальностью.
* * *
Воскресенье Максимов посвятил тренировкам и учёбе. Посещение секции кикбоксинга из-за подработки и последующих событий было перенесено на будущее, но спортивную форму Максимов по-прежнему поддерживал. Воскресным утром вышел на спортивную площадку, предварительно договорившись с Вадиком. Парни пробежали двадцать кругов, проработали разные комбинации, делая упор на стопорящие удары по бицепсам, голеням и бедрам, боксерские двойки-тройки, нестандартные комбинации с применением коленей, головы, ребра ладони и пальцев. Вадим уже не удивлялся и не спрашивал, что это за техники, как на первых тренировках, а молча выполнял указания Максимова.
После спортивной площадки Андрей принял душ, позавтракал и засел за учебники — в понедельник истекал срок пари с математичкой. Закончил с алгеброй и другими уроками. В шесть часов опять провел часовую силовую тренировку, чтобы немного развеяться и продолжил занятия. Закончил он только половине девятого, когда обеспокоенные родители насильно выгнали со стола. Поужинал и лег спать.
Понедельник, традиционно выдался тяжелым. Первый урок — контрольная по физике, на втором самостоятельная по химии, потом Максимову перед всем классом пришлось выдержать настоящий экзамен от математички. Попотев под взглядами одноклассников, весь урок у доски, он всё-таки честно заработал пятерку по алгебре.
Физкультура пролетела мгновенно за игрой в футбол. На истории директриса традиционно устроила дискуссию о Сталинграде, блокаде Ленинграда, Курской дуге и других моментах Великой Отечественной, выслушивала мнения ребят, добавляла свои замечания.
Как только затрезвонил звонок, извещающий об окончании последнего урока, к Максимову бросился Хомяков.
— Ты помнишь у нас через час комсомольское собрание?
— Помню, — лаконично ответил Андрей, укладывая в портфель учебник и тетрадь.
— Не вздумай сачкануть, — предупредил комсорг. — Иначе будут проблемы с характеристикой.
— Обязательно приду, — пообещал Максимов и усмехнулся про себя.
— Вот и хорошо, — толстяк отвернулся и вслед за остальными одноклассниками двинулся к выходу.
«Только не обижайся потом», — мысленно добавил Андрей…
Дома Максимов быстро перекусил бутербродом с колбасой и чаем, расставил по местам учебники и тетради, переоделся. Взял большой кусок старой ткани, оставшийся от отреза, купленного когда-то матушкой на платье, но так и не использованного. Подошел к стоящей на подоконнике небольшой клетке. Глянул на мохнатого зверька, сосредоточенно жующего корм.
  
— Нам пора.
Накрыл клетку тканью и двинулся в прихожую…
В класс Максимов намерено явился с опозданием в пять минут. Из помещения раздавался голос Хомякова.
— На каникулах нам вместе с параллельным и выпускными классами тридцать первой школы предстоит экскурсия в Москву на ВДНХ. Предлагаю утвердить порядок мероприятий и назначить ответственных за поездку в каждом классе.
Андрей решительно открыл дверь. Шагнул в помещение, аккуратно придерживая рукой, накрытую тканью клетку.
Хомяков повернулся на звук и увидел Андрея. Пухлое розовощекое лицо расплылось в злорадной ухмылке и снова приняло суровое выражение.
— Воронов! Я же тебе говорил, — приходить вовремя! — холодно бросил он.
— Извините, — Андрей обернулся к присутствующим. На первой парте сидела серьезная Таня с парнем из параллельного класса. За ними две неразлучные подружки: Лена и Инга. В соседнем ряду Гринченко, трое парней и девушка из одиннадцатого «Б». Все остальные, похоже, послали комсорга в пешее эротическое путешествие.
— Почему опоздал? — недовольно буркнул нахохлившийся Хомяков.
— Так получилось, — скорбно вздохнул Максимов. — По дороге встретил товарища. Он с родителями уезжает надолго, животное обещал забрать знакомый, но его не оказалось дома, а им через полчаса выходить. Пришлось выручать друга, взять питомца на время. Домой занести не успел, опаздывал на собрание. Поэтому принес с собой.
— Животное? — на секунду оторопел комсорг. — На комсомольское собрание⁈ Ты, что совсем с ума сошел, Воронов?
— Да он совсем маленький и безобидный, вот посмотри, — Андрей поднял клетку, сунул её под нос Хомякову и жестом профессионального фокусника эффектно снял покрывало. Мохнатый толстый хомяк перестал точить зубами очередной кусочек яблока, уставился блестящими глазками-бусинками на толстую рожу комсорга. Секунду животное и Хомяков оторопело пялились друг на друга.
Из парт донеслось хихиканье. Толстенький мохнатый хомячок с набитыми кормом защечными мешочками выглядел злобной пародией на полного розовощекого комсорга.
— Вы прямо как братья-близнецы, — восхитился Максимов. — Один в один, оба упитанные и в меру воспитанные. Может вас, как в индийском кино, злые враги разлучили в младенчестве?
— Т-ты, изде-вв-аешься? — заорал и перешел на хрип налившийся краской Хомяков.
Испугавшееся животное отшатнулось, упало на спинку, обнажив беленькое мохнатое брюшко, задергало лапками и истошно с надрывом заверещало.
— Вот зачем ты так, Хомяков? — укоризненно произнес Андрей. — Напугал Толика.
Хихиканье на долю секунды стихло, и снова взорвалась волной такого громового хохота, что в классе затряслись стекла.
Хихикала, утирая выступившие из глаз слезы, Инга. Заливалась звонким задорным смехом, раскачиваясь в стороны, Лена Колокольцева. Улыбнулся, а потом захохотал всегда грустный рыжий Гринченко.
Ржал, хлопая ладонью по парте, парень из одиннадцатого «Б». Покрасневшая и выпучившая глаза Ивченко изо всех сил закрывала рот обеими ладонями, издавала глухие бессвязные звуки, пытаясь удержать рвущийся наружу смех.
— О-он ещё и То-о-о-лик, аха-ха-ха,. — заливался черноволосый парень из параллельного класса, конвульсивно дергая ногами. — Т-Тезки, твою мать!
Примечание:
ГУИН — Главное Управление Исполнения Наказаний (СССР) сейчас ФСИН
  
Глава 23
 
— Ты, ты… — Хомяков хватал ртом воздух.
— Не смог бросить на произвол судьбы бедную зверушку и пропустить собрание, о котором мне много раз напомнили? — участливо подсказал Максимов. — Чего ты так взбеленился, Толик? Может тебе тоже яблочка нарезать? В нём витаминов много. Погрызешь, успокоишься.
— Вон отсюда, — заорал багровый от ярости комсорг. — Ты здесь больше не появишься! Завтра будешь у директора объяснительную писать!