Помни имя свое (СИ)

Одна из машин — головная — свернула к воротам и остановилась. Вторая — проехала лальше, начала поворачивать…
— Черт бы все побрал. Одна машина подъехала к воротам. Вторая — сворачивает в проулок, где находитесь вы. Лежать, черт возьми, не дергаться…
Тусклый свет фар осветил проулок, стоящих у бочки с горящим, политым солярой тряпьем боевиков. Те никак не отреагировали.
— Вторая встала. Вторая встала.
Из внедорожника, стоящего во дворе вылез человек с автоматом. Видимо, вместо того, чтобы бдить, он там спал. Пошел к воротам походкой вразвалочку…
— Еще один урод во дворе, АК-47. Идет к воротам… Открывает их…
Охранник открыл ворота — и машина два, второй «Ниссан» проехал во двор. Страж ворот даже не подумал проверить документы, значит — эту машину хорошо знали и люди в ней сидевшие имели право здесь появляться.
— Машина два проехала во двор. Машина два во дворе. Машина два остановилась…
Из второй машины — с переднего сидения вылез человек с короткоствольным автоматом, держал он его совсем не так, как местные воины, держал уверенно и профессионально. На голове у него — было что-то типа арабской куфьи. Осмотревшись, он пошел к входу в жилой комплекс…
— Один парень вылез, вооружен коротким «Булги». Водитель остается в машине. Парень выглядит профессионалом, повторяю — парень с Булги похож на профессионала. Осматривается. Черт… не нравится мне это.
— Продолжай наблюдение, Лучник. Докладывай…
— Еще один парень вылез… и еще. Еще два парня… трое. Вооружены АК-47. Остаются у машины. Третий, с Булги идет в дом, идет в дом.
Двое парней остались во дворе. Не было видно, что они чувствуют здесь угрозу…
— Что наблюдаешь, Лучник?
— Пока ничего.
Мешал свет. Довольно сильно мешал. Современные термооптические приборы позволяли автоматически отстраиваться от паразитной засветки, да и вообще от лампочки теплового излучения гораздо меньше, чем от костра, к примеру. Но проблема в том, что одна из лампочек висела как раз у входа в дом и это было очень хреново…
— Лучник, что наблюдаешь. Докладывай.
— Пока ничего…
Время тянулось медленно, как и всегда, когда происходит такое вот дерьмо…
Черт, надо было все же взять Мк11.
Во дворе началось движение…
— Движение! Один человек вышел. Два человека вышли! Во двор выходят люди, вооружены АК-47, пулеметами и РПГ. Несколько человек… шесть… семь… идут к машинам, идут к машинам. Заводят машины…
— Принять готовность.
— Есть готовность. Машина начинает движение… вторая машина начинает движение… черт, это «Хаммер». «Хаммер», который я видел!
— Ты видишь цель? Наблюдаешь цель?
— Отрицательно. Отрицательно!
И в этот момент, Лучник увидел, как выходит парень с Булги, а с ним. Видно было плохо… в конце концов, термооптический прицел позволяет видеть не человека, а всего лишь излучаемое его телом тепло. В обычных условиях — он не сделал бы выстрела, это противоречило бы правилам ведения боя, требующим максимально надежного опознания цели перед выстрелом. Но здесь, в Могадишо — ПВБ не действовали, законы они нарушили многократно и следовало принимать во внимание лишь соображения здравого смысла. А они подсказывали, что парень, который садится на переднее пассажирское сидение «Хаммера», и который до этого вышел из здания вместе с профессионалом с Булги и есть цель.
— Вижу цель. Открываю огонь.
«Хаммер» конечно же был бронированным… не так сильно, как бронировали машины в Ираке, но все же достаточно серьезно, чтобы выдержать обстрел из автоматов. Но такое бронирование — было ничто перед пулей RAUFOSS Mk211 mod 0 пятидесятого калибра. Этот патрон, разработанный в Норвегии компанией NAMMO Raufoss AS имел уникальную конструкцию. Под оболочкой первой — шла зажигательная смесь, за ней — твердосплавный заостренный сердечник из вольфрамового сплава на кобальтовой связке. Но, кроме того — пуля содержала и специальный заряд состоящий из взрывчатого вещества типа RDX и опилок циркония в стакане из мягкой стали, который пробивался в образованную сердечником пробоину. Пуля была сконструирована так, что подрыв взрывчатого вещества происходил не при преодолении сердечником преграды — а на расстоянии тридцать — сорок сантиметров за ней. При подрыве — опилки циркония превращались в огненные брызги и могли вызвать возгорание на расстоянии до пятнадцати метров за преградой. В результате — достигалось не только поражение бронеобъекта, но и поражение тех, кто находился внутри с весьма вероятным возгоранием. Патрон был разработан в рамках программы НАТО по поиску легких средств борьбы с русскими БТР, он был столь эффективен, что был принят на вооружение всех стран НАТО и по лицензии изготавливался несколькими поставщиками боеприпасов для государственных нужд США. Эти патроны стоили так дорого, что снайперам в Ираке и Афганистане выдавали их буквально поштучно и за каждый израсходованный — необходимо было отписываться, указывая на какую цель он израсходован. Однако сейчас, они работали на парня, у которого в кармане было несколько миллиардов долларов, а в сердце — дикое желание мести. И потому — у Лучника было вдоволь и этих патронов и особо точных, фирмы A-Square, изготавливаемых на прецизионных многокоординатных станках и проверяемых лазером. Тот, кому врачи дали год жизни — может многое себе позволить, чтобы уйти с чистым сердцем…
  
Лучник — а у него в магазине сейчас были именно патроны Мк 211 mod 0 — открыл огонь. Условия были почти идеальными — машина еще не двинулась, но пассажиры заняли в ней места, расстояние детское — чуть меньше ста пятидесяти ярдов, выстрел сверху вниз под углом около сорока градусов, термооптический прицел позволяет видеть сквозь ночь, в то время как вышедшие из дома, оторванные ото сна боевики, попав на свет почти ничего не видели. К тому же — глушитель на винтовке, позволяющий если и не заглушить звук полностью — то скрыть дульное пламя, истекающие пороховые газы и сделать задачу обнаружения стрелка еще более сложной…
Он выстрелил четырежды, раз за разом, поразив все четыре места для сидения в «Хаммере», которые, как известно, располагаются по обе стороны от широченного трансмиссионного тоннеля. Можно было обойтись и меньшим — но он решил не рисковать, в конце концов, ему заплатили за эту работу больше, чем он смог бы заработать за шестимесячный тур в Ирак или Афганистан — а он привык отрабатывать заплаченные ему деньги. Потом — он резко сменил точку прицеливания — ошалевший пулеметчик на крыше не знал, что делать — скорее всего он тоже впотаек жевал кат, как делали это все, а кат замедляет время реакции.
Лучник снова выстрелил — и пулемет на крыше снесло вместе с пулеметчиком…
Внизу уже кричали и стреляли во все стороны…
Майор нажал на спуск прикрепленного под стволом сорокамиллиметрового гранатомета — и граната ударила в остававшийся вне огороженного забором дворика «Ниссан», проломила лобовоке стекло и рванула внутри. Он увидел вспышку и понял, что цель поражена.
Засевший рядом Джек — короткими, скупыми очередями Калашникова разобрался с ошалевшими патрулями, собравшимися погреться у горящей бочки. Только один успел среагировать — вскинул гранатомет, но выстрелить не успел — выстрел с шипением ушел в небо, а реактивной струей добило тех у бочки, кто еще возможно был жив.
— Чисто!
— За мной!
Они выскочили на улицу. Глухой и высокий забор сейчас работал в обе стороны — он не давал им стрелять по зданию и по боевикам, которым двор буквально кишел — но и многократно превосходящим по численности боевикам он тоже не давал возможности расстреливать англичан.
— Лучник!
— Цель поражена! Нахожусь под обстрелом!
Во дворе стреляли, стреляли во все стороны и по всем зданиям, не менее, чем из десяти автоматов разом. Очевидно, никто так и не понял, где находится стрелок. Прямо над ними — пролетел заряд РПГ, врезался в стену намного выше их, вспышка — и во все стороны полетели куски бетона.
Твою мать…
— Гранаты!